Куда и как идет бундесвер

Information
[-]

Куда и как идет бундесвер

Германия вновь серьезно трансформирует свои Вооруженные силы, бундесвер. Развернутой оценки преобразований в сфере военного строительства в ФРГ в отечественных источниках до сих пор не представлено. Чаще фокусируется внимание на отдельных фактах, что создает фрагментарную картину происходящего.

Германию приводят в качестве примера, когда надо получить дополнительные аргументы для обоснования необходимости отказа в нашей стране от военной службы по призыву. К сожалению, невнимание к политике безопасности и обороны Германии, ее формированию и практической реализации стало традицией для отечественного экспертного сообщества. Сложившееся положение нельзя признать оправданным.

Не претендуя на полноту и комплексность анализа реформирования бундесвера, попытаемся сосредоточиться на обзоре некоторых сюжетов, которые важны для понимания происходящего в бундесвере и поучительны для России.

В рамках проводимых в Германии мероприятий можно выделить три ключевых области реформирования: 1) отказ от призыва граждан на военную службу, 2) уменьшение численности Вооруженных сил и 3) сокращение оборонного бюджета.

Противоречия оценки реформирования

Чтобы оценить проблемы, с которыми столкнулось руководство Министерства обороны ФРГ и военное командование бундесвера, целесообразно обратиться к официальным оценкам происходящего.

Само руководство военного ведомства демонстрирует решительность. Давая оценку реформированию, министр обороны ФРГ Томас де Мезьер в своем приказе отметил, что «все принципиальные решения по реформированию бундесвера приняты», остается лишь «эти решения привести в исполнение». Тем самым де Мезьер подтвердил намерение продолжить преобразования, которые были провозглашены его предшественником цу Гуттенбергом в марте 2011 года. При этом, как считает министр, предстоит «не просто сохранить бундесвер, но сделать все, что в наших силах, чтобы подготовить его к лучшему выполнению настоящих и будущих задач». Уже в этих словах прослеживается ориентация подчиненных на сложность стоящих задач.

Глава военного ведомства ФРГ продемонстрировал и убежденность в том, что реформирование бундесвера «обосновано с точки зрения политики безопасности, солидно финансируется, соответствует демографическим условиям». Особо указывая на внутриполитические детерминанты, министр отметил, что реформа проводится «на основе политического консенсуса». Под ним имеется в виду согласие по вопросам реформирования, достигнутое в правящей партийной коалиции ХДС/ХСС и свободных демократов, имеющих большинство в бундестаге. В целом же в силу названных причин преобразование «упорно продолжается».

Вместе с тем, как и его предшественник, де Мезьер тоже вынужден был констатировать «серьезные недостатки». Он признал, что бундесвер «в течение многих лет недостаточно финансировался для решения поставленных ему задач». Несмотря на многолетнюю реорганизацию бундесвера, определенные целевые установки не были достигнуты ни в кадровом, ни в материальном отношениях. В результате у германской армии в настоящее время нет «достаточных способностей, нет оптимальных управленческих структур, чтобы эффективно выполнять свои задачи». Планирование развития вооружений находится в «катастрофическом» состоянии. Планирование строительства бундесвера, планирование вооружений и бюджетное планирование сопряжены лишь условно. Половинчатые и частные реформы прошедших лет оказались недостаточными. Структура бундесвера не соответствует современному его предназначению и, что особенно неприемлемо, перспективному. Исходя из объективной оценки сложившейся ситуации, министр сделал вывод, что структурная реформа бундесвера не может быть ограничена, как в прошлом, выборочной корректировкой или изменениями в рамках существующей организации. Чтобы последовательно укреплять эффективность и ориентацию бундесвера на готовность к применению, необходима всесторонняя и более радикальная реформа. «Эта ситуация требует изменений, а именно – всего», – такой отрезвляющий вывод де Мезьера.

Приходится резать по живому

Основные же параметры реформирования были утверждены де Мезьером 18 мая 2011 года на основе доклада генерального инспектора бундесвера в июне 2010 года. Одновременно были сформулированы и внутренние структурные проблемы, с которыми столкнулся министр обороны, как ранее его предшественники. Отправной точкой для всеобъемлющей реформы бундесвера стало решение федерального правительства Германии, принятое 7 июня 2010 года, о том, что оборонный бюджет в рамках «консолидации федерального бюджета» должен внести свой вклад в размере 8,3 млрд. евро до 2014 года.

Каким образом предполагается получить подобную экономию от армии? Прежде всего посредством «сокращения Вооруженных сил на 40 тыс. кадровых военнослужащих и военнослужащих, проходящих службу по контракту». Немецкие военные вынуждены были подчиниться принятому правительством решению. Для этого в сентябре 2010 года был подготовлен доклад генерального инспектора бундесвера. На основании его кабинет министров 15 декабря того же года принял решение сократить личный состав Вооруженных сил до 185 тыс. военнослужащих. Численность кадровых военнослужащих и военнослужащих, проходящих службу по контракту, была ограничена 170 тыс.

В целом же в соответствии с принятыми решениями армия численностью 221 068 военнослужащих сокращается до 185 тыс. Из них – 170 тыс. кадровых военнослужащих и военнослужащих по контракту (в том числе резервистов), а также от 5 до 15 тыс. добровольцев. Численность гражданского персонала также подлежит серьезному сокращению, практически на треть – с 75 до 55 тыс.

Политические мотивы приостановления воинской обязанности

Альянс ХДС/ХСС, выступавший за воинскую обязанность, в качестве уступки своему партнеру по коалиции – партии свободных демократов (СвДП), настаивавшей на отмене военной службы по призыву, – согласился закрепить в коалиционном соглашении, заключенном партиями, сокращение срока службы по призыву с девяти до шести месяцев. Эти изменения оказались лишь промежуточной мерой. Шестимесячный срок многие военные и эксперты окрестили «службой практиканта». Свободных демократов поддержал, подробно изложив свои аргументы, и тогдашний министр обороны цу Гуттенберг, представлявший ХДС/ХСС. Руководитель военного ведомства тогда апеллировал, в частности, к тому, что военнослужащие по призыву являются основным контингентом для набора на службу по контракту. Министр привел тогда данные о том, что из числа военнослужащих по призыву ежегодно заключают контракт 7–8 тыс. человек. Одновременно для подготовки призывников привлекается, как отмечал цу Гуттенберг, около 10 тыс. кадровых военных и контрактников.

После того как ХДС и ХСС на партийных съездах в конце октября и в середине ноября 2010 года присоединились к позиции своих партнеров по коалиции и министра обороны цу Гуттенберга, федеральное правительство 21 февраля 2011 года представило в бундестаг соответствующий законопроект. В результате спустя 55 лет после введения воинской обязанности бундестаг 24 марта 2011 года отменил обязательный призыв на военную службу с 1 июля того же года. Одновременно с принятием закона была введена добровольная военная служба сроком 12–23 месяца. Предполагается, что в перспективе до 15 тыс. добровольцев должны будут служить в Вооруженных силах наряду с контрактниками и кадровыми военнослужащими.

В бундесвере тем временем опасаются нехватки желающих вступить в «добровольческую» армию. И для таких опасений есть серьезные основания. Самые простые расчеты показывают, что при установленной численности личного состава бундесвера в 185 тыс. военнослужащих требуется ежегодная ротация 17 тыс. кадровых военнослужащих и военнослужащих, проходящих службу по контракту. Каждый год потребуется и около 10 тыс. человек для добровольной службы. Кандидатов придется набирать на рынке труда в условиях конкуренции. Вместе с тем германскими законодателями все еще не приняты необходимые решения для обеспечения привлекательности бундесвера как организации, где возможна профессиональная самореализация граждан. Не реализована и программа цу Гуттенберга, направленная на повышение привлекательности бундесвера и военной службы, состоящая из 82 пунктов.

Где брать кадры?

Несмотря на 40-процентный рост набора на военную службу из числа призывников, бундесвер не смог удовлетворить потребность в кадровых военнослужащих и военнослужащих, проходящих службу по контракту, нужного профиля. На протяжении нескольких лет около 7 тыс. должностей остаются вакантными. Наиболее острая нужда ощущается в таких специалистах, как врачи и инженеры. Согласно докладу уполномоченного германского бундестага по обороне, опубликованному в конце января 2011 года, бундесверу не хватало, в частности, около 550 врачей, что составляет примерно шестую часть их штатной численности. В будущем германской армии потребуется еще больше квалифицированных специалистов, которым предстоит обслуживать сложные системы вооружений. От них требуется способность выдерживать большие нагрузки и обладать дипломатическими способностями, при этом они должны осознавать все возможные риски военной службы.

Уместно напомнить о том, что ранее в военно-доктринальных документах ФРГ уже был сформулирован ряд требований к военным кадрам. Еще несколько лет назад в Директиве по оборонной политике среди необходимых германским военным качеств назывались обладание нестандартным, незашоренным мышлением. Такое качество нужно для того, чтобы уметь анализировать ситуацию в сфере обороны и безопасности, особенно в условиях асимметричного противоборства, и быстро адаптироваться к динамичной обстановке в сфере безопасности. Высокая вероятность использования бундесвера в любой точке мира и в самом широком спектре диктует повышенные требования к личному составу германской армии: «Нужны хорошо подготовленные кадры, которые могут и желают работать, способны быть единомышленниками и убеждены в правильности своего предназначения… Нагрузки и условия повседневной службы требуют от личного состава высокой психической и физической закалки, а также адаптационных способностей». С учетом реальных сценариев применения Вооруженных сил ФРГ важным требованием ко всем германским военнослужащим стало обладание такими качествами, как «этическое ответственное сознание, а также социальная, межкультурная и языковая компетентность». Представители государственного руководства Германии и экспертного сообщества, сами высокопоставленные военные ранее неоднократно заявляли, что для разрешения современных конфликтов, в том числе внутригосударственных, представляющих угрозу безопасности страны, Вооруженным силам приходится выполнять полицейские и другие функции, поэтому военнослужащий должен сочетать в себе качества бойца, дипломата, полицейского и социального работника.

Судя по всему, в настоящее время сформулированные ранее требования к германским военнослужащим только ужесточились прежде всего ввиду необходимости компетентного реагирования на новые угрозы безопасности посредством применения военной силы.

Несмотря на растущие кадровые запросы бундесвера, рынок рабочей силы в современной Германии все более сужается и становится, образно выражаясь, все менее дружелюбным для вторжения на него военного ведомства. По признанию компетентных структур, занятых в сфере военного реформирования, способность к конкуренции на этом рынке бундесвер сможет поддерживать только благодаря повышению своей привлекательности как перспективного места для карьеры.

Реформирование без денег

Решающим фактором любых реформаторских усилий является наличие надежного функционирующего финансового механизма, необходимого для того чтобы приступить к проведению мероприятий по повышению привлекательности службы в бундесвере. Это необходимо для привлечения квалифицированных молодых кадров. Немецкие специалисты убеждены, что если в рамках оборонного бюджета не будут предусмотрены необходимые первоначальные затраты на обеспечение привлечения кандидатов на военную службу, то бундесвер будет испытывать все обостряющиеся проблемы, связанные с удовлетворением потребности в мотивированных кадрах, которые имеются на рынке труда Германии. Причем проблема имеет как количественное, так и качественное измерение.

Получается, что бывшему министру обороны цу Гуттенбергу удалось добиться, действуя прежде всего в рамках партии, решения о приостановлении воинской повинности. Однако решение вопроса о том, как можно найти достаточное количество квалифицированных молодых военнослужащих в условиях, когда нет призыва, откуда они могли бы поступать на службу, Гуттенберг оставил в наследство своему преемнику. Очевидно, что если бундесвер хочет побеждать в борьбе с частным бизнесом за качественную рабочую силу, то ему необходимо стать привлекательным работодателем. И это в самой Германии признают как эксперты, так и просто здравомыслящие люди.

Нерешенный вопрос о финансировании первоначальных затрат указывает на ахиллесову пяту реформирования бундесвера. Как и все реформы, начиная с конца 1990-х годов планируемые мероприятия осуществляются в процессе так называемой консолидации федерального бюджета. В условиях, когда финансовые средства на военные нужды выделяются во все меньшем объеме, бундесвер должен по своему составу, структуре и вооружению становиться все более компактным и одновременно более эффективным для оперативного реагирования при обеспечении безопасности и обороны, не ограниченных в пространстве. Кроме того, бундесвер должен быть в состоянии действовать в рамках воинских формирований НАТО и Евросоюза. Это фактически взаимоисключающие задачи. Не удивительно, что инспектор Сухопутных войск бундесвера генерал-лейтенант Вернер Фреерс в своем докладе генеральному инспектору бундесвера высказал серьезное сомнение в том, что бундесвер сможет поддерживать необходимую численность своего контингента в Афганистане.

В условиях сокращения бюджетных ассигнований на повестку дня встает принципиальный вопрос: каким образом может быть в столь значительной степени и в течение нескольких лет сокращено число кадровых военнослужащих и военнослужащих, проходящих службу по контракту, чтобы не снизилась способность бундесвера к применению в современных условиях и в перспективе?

Кадровые диспропорции

Главным критерием эффективности применения бундесвера определили долю военнослужащих, которых можно предоставить, спустя более короткий или более продолжительный промежуток, для использования по предназначению. В настоящее время расчет строится на том, чтобы постоянно иметь в распоряжении 7 тыс. военнослужащих для участия в длительных по времени операциях и примерно 10 тыс. – для краткосрочных операций. Целевая установка для «бундесвера будущего» состоит в том, чтобы обеспечить наличие 10 тыс. военнослужащих при длительном применении в различных его сферах. Чтобы нацелить кадровую структуру Вооруженных сил на максимальное удовлетворение требований применения, доля офицеров должна быть сокращена в пользу рядового состава, а доля кадровых военнослужащих – в пользу военнослужащих, проходящих службу по контракту.

В настоящее время присутствуют признаки диспропорции: структура личного состава бундесвера характеризуется преобладанием офицеров, получающих более высокое денежное довольствие по сравнению с унтер-офицерами и рядовым составом, оплата труда которых обходится бюджету значительно дешевле. Как предупреждают немецкие эксперты, при простом пропорциональном сокращении штатов, проведенном в сжатые сроки и без изменения сложившейся системы служебных отношений – поскольку «контрактник остается контрактником» – существующая диспропорция кадровой структуры бундесвера может даже увеличиться. При этом сам по себе отказ от пропорционального сокращения личного состава не гарантирует бюджетной экономии.

Проводимые расчеты указывают также на то, что ориентация исключительно на бюджетную экономию, исходящая от федерального правительства, не позволит достичь необходимого бундесверу уровня способностей. Такой вывод диктуется следующими соображениями. Во-первых, диспропорция кадровой структуры бундесвера не может быть устранена или минимизирована в сжатые сроки, решение этой задачи требует времени. Во-вторых, разумное и взвешенное сокращение штатов с неизбежностью предполагает реализацию весьма затратных социальных гарантий применительно к увольняемым, равно как значительного финансового обеспечения потребует проведение мероприятий по набору квалифицированных кадров и повышению привлекательности военной службы в германской армии.

Дорогая экономия

В конечном итоге руководство военного ведомства ФРГ оказалось перед практически неразрешимой задачей, возникающей в результате постановки трех разнонаправленных векторов развития.

Во-первых, общая численность бундесвера и его способность действовать по предназначению должны определяться не большой численностью военнослужащих, а степенью профессионализма Вооруженных сил. В существующих непростых условиях бундесвер должен быть в таком состоянии, чтобы его применение оказалось эффективным. Такова цель строительства бундесвера. Данная целевая установка отнюдь не исключает возможности сокращения численности кадрового состава ниже критического порога в 160 тыс. военнослужащих.

Во-вторых, сокращение численности военных кадров не должно проводиться равномерно по всем категориям. Ведь требуется обеспечить наличие контингента в 10 тыс. военнослужащих для длительного применения за рубежом. Кроме того, следует учитывать и возрастные ограничения, являющиеся важным фактором обеспечения боеспособности.

В-третьих, военные способности бундесвера как армии применения делают обязательным – с учетом установок политики безопасности – смещение центра тяжести на своевременное и покрывающее потребности войск снабжение материальными ресурсами и всестороннее обеспечение. Однако нет ясности относительно того, как можно поддерживать необходимый профиль способностей с учетом установленных правительством бюджетных ограничений.

Собственно говоря, дилемма, перед которой оказалось руководство Министерства обороны Германии, сформулирована еще в мае 2000 года в отчете комиссии по военной реформе во главе с бывшим президентом ФРГ Рихардом фон Вайцзеккером: «Экономия стоит денег». Сегодня такая же комиссия под руководством Франка-Юргена Вайзе делает в своем отчете аналогичный вывод относительно предполагаемых мер: «Реализация этих предложений будет стоить денег в краткосрочной перспективе, но в среднесрочной и долгосрочной перспективе сэкономит деньги». Единственный возможный плюс сокращения кадрового состава бундесвера ниже уровня в 160 тыс. военнослужащих видится в том, что тем самым быстрее будет достигнут установленный финансовый предел.

О пользе немецкого опыты

Замыслы и промежуточные результаты реформирования бундесвера дают пищу для размышлений и сопоставления с преобразованиями, осуществляемыми в сфере военного строительства в России. Прежде всего отметим, что при оценке происходящего в Германии нельзя не учитывать его политическую логику. Следует, пожалуй, позитивно оценить ясность в вопросе, кто является авторами реформ бундесвера, чем они руководствуются и какие у них аргументы. Принципиальные моменты были представлены для дискуссии. На это следует обратить внимание потому, что в России, как известно, сегодня остается только догадываться, кто автор реформы, которую связывают с Анатолием Сердюковым и Николаем Макаровым. Однозначных сведений об авторстве общественность не получила. Значит, и спрашивать не с кого. К тому же, как заявлял Николай Макаров, начинать преобразования в армии пришлось, не имея четкого замысла и представления о цели, которую необходимо достичь, о сроках ее достижения. Как известно, новому руководству военного ведомства пришлось вносить корректировки в ход военного строительства.

Политическая система ФРГ, которая, как известно, является парламентской республикой, делает подобный волюнтаризм и импровизации в отношении армии практически невозможными. Характерно, что высокопоставленные германские военные имеют собственное обоснованное мнение и при необходимости способны корректно и аргументированно выразить его.

С другой стороны, в ФРГ наблюдаются своего рода издержки реализации принципа примата политики, его вульгарного толкования. Казалось бы, действительно, нельзя допускать возвращения ситуации, когда военные руководители все определяют самостоятельно, исходя из того, что они, как писал маршал Борис Шапошников, ответственны только «перед Богом и собственной совестью». Вместе с тем можно констатировать, что в ФРГ принцип примата политики стал трактоваться довольно вульгарно и практически оказался подмененным принципом «примата правительства». Сложившаяся в Германии ситуация в сфере реформирования бундесвера позволяет утверждать, что принятые решения практически невыполнимы, если не произойдет их серьезной корректировки. В этих условиях правомерно ставить вопрос о последствиях популизма и политической безответственности тех, кто уполномочен принимать военно-политические решения.

Политическим руководителям никогда не следует забывать о том, что принятие решений, идущих в ущерб национальной безопасности и обороноспособности, чревато тем, что их самих может настигнуть ответственность. Например, в виде военного поражения вследствие утраты функциональности армии и ее неспособности выполнить свой долг. На примере ФРГ мы видим, что фактически безопасность страны и боеспособность армии оказались принесенными в жертву экономии финансов. В этой связи нельзя не отметить то, что специалисты в Германии быстро ухватили и озвучили суть проблемы. Речь в конечном итоге идет о том, что безопасность и оборона вряд ли могут обойтись дешево.

Представители ассоциации военных политологов в России на весьма высоком уровне ставили аналогичные и достаточно очевидные вопросы. Например, о том, что наши Вооруженные силы должны быть привлекательным местом на рынке труда, что Министерство обороны должно действовать в соответствии с четким видением результатов и на основании реалистичной программы действий. О том, что надо менять статус сержанта, возвращать и развертывать институт прапорщиков и даже увеличивать число воинских званий. О том, что не представлено аргументированного обоснования численности Вооруженных сил России с учетом существующих и перспективных угроз и целого ряда других факторов. О трудностях, которые неизбежно встанут при выполнении решения президента о доведении численности военнослужащих, проходящих в Российской армии службу по контракту, до 425 тыс. человек.

В последнем случае достаточно сопоставить возможности России и ФРГ. Как известно («НВО» № 13 от 12.04.13), министр обороны Сергей Шойгу заявил о необходимости набрать для прохождения службы по контракту до конца текущего года 60 тыс. человек, а в предстоящие пять лет – по 50 тыс. ежегодно. В Германии же осознают и ощущают серьезность проблемы, связанной с ежегодным набором 10 тыс. добровольцев (равно как и 17 тыс. человек для кадровой службы). Напомним также, что общая численность населения России и Германии составляет 142 и 82 млн. человек соответственно. То есть в ФРГ возможности для покрытия потребности набора на военную службу более широкие, что проявляется еще сильнее, если сопоставить общую численность вооруженных сил двух стран.

Ясно, что России в весьма непростых условиях придется решать задачу устойчивого поступления достойных кадров на военную службу с учетом существующей численности и качества контингента. Даже выход в ближайшей перспективе на установленную численность военнослужащих по контракту в 425 тыс. человек будет означать, что и далее – при всех благоприятных условиях – ежегодно потребуется набирать 45–50 тыс. человек. Поэтому не надо одним поддаваться иллюзиям и вводить в заблуждение других. К проводимым в Германии или где бы то ни было военным преобразованиям нельзя относиться некритично, безоговорочно принимая их за образец для подражания. В действительности осмысление зарубежного опыта – всегда хороший повод для сопоставления с тем, что происходит в нашей стране.   

Оригинал


Infos zum Autor
[-]

Author: Василий Белозеров

Quelle: nvo.ng.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 12.06.2013. Aufrufe: 528

Kommentare
[-]
 Никоноров Т.Т. | 05.08.2013, 22:09 #
Опыт Германии, которая вот уже в течение многих лет пытается решить сложнейшую задачу по рефрмированию своих вооруженных сил, имеет огромное значение не только для России, но и других стран Евросоюза. Пока Германии не удается добиться такого кадрового состава своей армии, который бы обеспечил достижение двух целей: минимально необходимая численность при одновременно полном обеспечении высоквалифицированными кадрами всех родов войск при весьма ограниченном государственном финансировании. Денег армии явно не хватает, это очевидно. Ведь для создания компактной и высокопрофессиональной армии требуются очень большие ассигнования. А их правительство Германии выделить не может, наоборот, требует добиваться все большей и большей экономии.   
 Дмитрий Воробьевский | 08.08.2013, 10:04 #
"...В бундесвере тем временем опасаются нехватки желающих вступить в «добровольческую» армию. И для таких опасений есть серьезные основания..."





Здравствуйте!
На мой взгляд, никакие "серьёзные основания для таких опасений" не могут служить основанием для восстановления принудительного комплектования армии.
Между прочим, именно с восстановления этой принудительной армейской службы когда-то, увы, начинался реальный фашизм в Германии... К сожалению, и в нынешней России дело идёт к фашизму, а началось это движение к нему именно тогда (ещё в ельцинские времена), когда российские власти фактически отказались реализовывать давным-давно обещанную народу отмену армейского рабства (т.е. воинской повинности)...

В качестве комментария прилагаю пару своих небольших статеек по данной (т.е. армейско-призывной) теме, а также одно своё короткое стихотворение.
Всем читателям -- особенно, "уклонистам" и "дезертирам" -- всяческих успехов!!
Дм.В., редактор самиздатской газеты "Крамола" (её сайт: http://krrramola.narod.ru/ ), г.Воронеж.

P.S.  К сожалению, вышеприведённая ссылка на сайт "Крамолы" в данный момент не действует, т.к. недавно (23-го июля) этот наш сайт был в очередной раз заблокирован без объяснения причин администраторами того хостинга ("Укоз.ру"), где он размещён. Судя по всему -- заблокирован под давлением российских властей...

P.P.S. Заодно прилагаю ссылку на довольно свежую статью в "Новой Газете" о разделке "отцами-командирами" солдат-срочников на органы: http://www.novayagazeta.ru/news/62891.html . Слабонервным читать не рекомендую.
--------------------------



ПОВЕСТКА НА ТОТ СВЕТ

Недавно (1-го июня, в "День защиты детей") с российских телеэкранов в очередной раз за последние 2-3 года прозвучала такая официальная "новость": никакой отмены воинской повинности, никакого перехода от принудительного призыва к добровольному формированию российской армии вообще не планируется, да и раньше, мол, никогда не планировалось. Видимо, это является одним из тех редчайших случаев, когда заявлениям представителей российской власти вполне можно верить. Судя по всему, действительно абсолютной заведомой ложью были и все многочисленные обещания российских чиновников о приближающейся, мол, отмене в России воинской повинности (очень напоминающей обычное рабовладение), и даже официальный, изданный ещё в мае 1996 г., предвыборный ельцинский "Указ" о её полной отмене с 1-го января 2000-го года...
В годы путинского правления – когда российская казна чуть ли не трещала от немыслимых нефтяных миллиардов, вполне достаточных даже для содержания десятка полноценных добровольно-профессиональных армий, – официальных обещаний скорой отмены армейского рабства становилось всё меньше и меньше, а затем они и вовсе прекратились. Видимо, российская власть решила, что её "вертикаль" теперь столь укрепилась, что в некоторых вопросах можно уже и не утруждать себя надоевшей всем ложью, а цинично и откровенно указывать тем, кого эта власть считает недостойным никаких прав "быдлом", на их, мол, "соответствующее" место...
Кстати, сокращение срока принудительной армейской службы до одного года очень мало повлияло на судьбу загоняемой в армию молодёжи. Это объясняется тем, что, во-первых, и за 1 год невольничьего существования в казарме с кем угодно может случиться всякое (от потери здоровья из-за ежедневных избиений "дедами" или офицерами до разделки ещё живых солдат-срочников на органы, о чём несколько раз сообщалось, например, омским журналистом Георгием Бородянским в "Новой газете" -- http://www.novayagazeta.ru/data/2006/55/00.html , http://www.novayagazeta.ru/data/2010/060/00.html ), а во-вторых, почти повсеместной стала практика физического принуждения российских солдат-срочников к подписанию "контракта" на дополнительные 2-3 года армейской – уже как бы "добровольной" – службы.
Теперь – несколько слов вроде бы на другую тему. В конце мая и начале июня многие российские СМИ сообщили о ряде связанных с "единым государственным экзаменом" самоубийств, в частности – о самоубийстве под Воронежем выпускника Казинской средней школы Алексея Шмакова за несколько дней до предстоявшей ему сдачи "ЕГЭ". Однако, почему-то почти ни в одном сообщении об этом вообще не упомянута полученная этим выпускником накануне трагедии повестка из военкомата, хотя из публикаций некоторых воронежских СМИ (в частности – из статьи "Мёртвая петля" в газете "Воронежский Курьер" за 1 июня) очевидно практически на все 100 процентов, что причиной его самоубийства стала именно эта военкоматовская бумажка, а не сами по себе трудности со сдачей "ЕГЭ"... Очень подозреваю, что такая же причина – и у многих других подобных самоубийств.
Кстати, ещё несколько лет назад я слышал по радио "Свобода" выступление одной из руководительниц Комитета Солдатских Матерей (возглавляющей его Санкт-Петербургское отделение), где она подробно и со множеством упоминаний конкретных трагедий говорила, что увеличивается количество самоубийств не только среди насильно загнанных в российскую армию солдат-срочников, но и среди не желающих туда идти призывников...
Если Вы, уважаемый читатель, далеки от этой темы, то, возможно, понять всю чудовищность воинской повинности Вам поможет такой пример. Представьте себе, что к Вам подходят на улице какие-то незнакомые люди и говорят следующее: они, мол, решили, что Вы в ближайший час должны беспрекословно выполнять любые их приказы, причём, возможно, Вам будет приказано и "замочить" кого-нибудь из их недругов – разумеется, мол, во имя самых высоких целей. А если, мол, попытаетесь от этого "уклоняться" – "хуже будет". Интересно, как бы Вы отнеслись к сделавшим такое предложение субъектам? Думаю, что никакие Ваши эпитеты в их адрес – например, "сволочи", "подонки", "шпана отмороженная" и т. п. – не были бы в данной ситуации чрезмерными. Но каких же тогда эпитетов заслуживают государственные структуры, регулярно творящие над тысячами, а то и миллионами людей (тем более – почти детей) то же самое, но с одной лишь существенной разницей: в рабство загоняют не на час, а на год?..
Нередко приходится слышать и читать, что профессиональная армия, мол, гораздо больше, чем рекрутская, подходит всяким государственным "вождям" для подавления оппозиции и укрепления своих диктаторских режимов. Если бы это было так, то все диктатуры, включая путинский режим, давно отменили бы воинскую повинность. Однако, наблюдается противоположное явление: и Ленин, и Гитлер, и многие другие диктаторы, вводили (или усиливали) воинскую повинность всего через несколько месяцев после своего воцарения. Видимо, это объясняется не только их сугубо военными целями, не только желанием сэкономить деньги, понадобившиеся бы для добровольцев или, если угодно, "наёмников", но и тем, что воинская повинность формирует у огромного числа людей рабское самосознание и, к тому же, делает многих из них как бы помимо их воли соучастниками преступной власти.
На всякий случай – чтобы не возникало вопросов насчёт того, служил ли в армии автор данной статьи или "откосил", – могу пояснить (это, кстати, уже было обнародовано в октябре 2003 г. при чтении одного моего письма по радио "Свобода"), что ещё осенью 1982 года, когда меня пытались "призвать", все военкоматовские повестки я определял в самое подходящее место, накалывая их на гвоздик в туалете. Правда, затем их снимали оттуда и относили обратно в военкомат. Хорошо помню, что ещё в 15-летнем возрасте я не допускал для себя ни малейшей вероятности службы в армии - точнее, в рабской, принудительно комплектуемой армии – абсолютно ни при каких обстоятельствах, независимо от возможных последствий такого отказа (которые, разумеется, последовали, т. к. служить я, естественно, не пошёл). Я и сегодня не могу себе представить ничего более унизительного, чем "беспрекословное выполнение приказов" какой-то шпаны, которой вдруг померещилось, что она вправе что-то приказывать посторонним людям, знать её не желающим. Но, увы, "моральный облик" российских властей, по-моему, абсолютно не позволяет надеяться, что они когда-нибудь ликвидируют эту рекрутскую школу рабов, отменив воинскую повинность "сверху". Да и вообще в мировой истории рабство значительно чаще отменялось "снизу"... Кстати, даже в те советские времена подобное моему отношение к этому унизительнейшему рабству вовсе не было редкостью. Многие и тогда даже не рассматривали для себя возможность подневольной армейской службы, предпочитая какие угодно иные варианты...
Чтобы закончить эту статью хотя бы с каким-то намёком на что-то оптимистичное, приведу такой недавний факт: в мае было объявлено об отмене воинской повинности с 1-го июля этого года в чуть ли не последней сохраняющей её стране Запада – в Швеции. Можно порадоваться хотя бы за шведов...

Дмитрий Воробьевский (июнь 2010 г.)


P.S. В качестве дополнения прилагаю информацию из «Воронежского Курьера» об очередном – одном из очень многих, большинство которых остаются почти никому неизвестными, -- случае самоубийства призывника, решившего для себя, что смерть лучше, чем год армейского рабства…

"НЕБОЕВАЯ ПОТЕРЯ
Вчера утром в коридоре своего дома №11 на улице Крайней, что в Коминтерновском районе Воронежа, был найден повесившимся 19-летний Роман Селуянов. Предполагается, что парень решился на крайние меры из-за полученной накануне повестки в армию. Не собираясь на срочную службу, молодой человек перекинул шнур удлинителя через трубу батареи в коридоре и свёл счёты с жизнью...
Родственникам он якобы говорил, что не намерен служить в армии, и обещал покончить с собой, если всё-таки заставят.
Начальник отдела областного военкомата по Центральному и Коминтерновскому районам Сергей Карапетов вчера подтвердил в беседе с корреспондентом "ВК", что призывная повестка Роману была вручена, он должен был явиться на сборный пункт 13 октября. "Селуянов был отчислен по итогам зимней сессии из Лесотехнической академии и утратил право на отсрочку от призыва, -- сказал Карапетов. -- Он прошёл нашу медицинскую комиссию к осеннему призыву, по результатам которой был признан годным..."
Следователь отдела по Коминтерновскому району регионального следственного управления Евгений Неволько сообщил, что по факту суицида призывника проводится проверка...
Известно, что призыв должен стать самым большим за последние годы: около 5 тыс. юношей области отправят на срочную службу. Обещано "полное изъятие призывных ресурсов", на 10% больше, чем в прошлом году.
Елена Рузанова." -- "Воронежский Курьер" №113 (3059) за 9 октября 2010 г.

(ОТ РЕДАКЦИИ «КРАМОЛЫ». Здесь -- адреса нескольких интернет-сайтов с материалами, включая консультации юристов, для призывников, не желающих идти в призывную, т.е. рабовладельческую армию: http://antimil.narod.ru , http://www.prizivu-net.by.ru , http://stop-prizyv.spb.ru/ , http://www.army-hr.ru/library/category/mat...rav_prizyvnikov , http://netprizyvu.org/node/25 , http://krrramola.narod.ru/prizyv.html , http://www.prizyv.net/advice/contit/ .)
-----------------



"СВЯЩЕННЫЙ ДОЛГ"... ФАШИЗМУ

  В последние месяцы чуть ли не каждый день в Интернете и в СМИ сообщается о всё новых и новых случаях гибели в армии российских солдат-срочников -- в результате зверской "дедовщины" и прочих убийств, доведения до самоубийства, а также бесчисленных трагедий на всяких "учениях" и во время взрывов боеприпасов... И в то же время с российских телеэкранов регулярно звучат хвалебные репортажи о разных провинциальных военкоматах, успешно, мол, борющихся с "уклонистами" и выполняющих план по отправке в воинские части "призывного ресурса". Почему-то при сочетании подобных новостей нередко вспоминается слово "фашизм"...
  Как известно, оно происходит от итальянского слова "фашио", означающего "пучок" или "единство". То есть, суть фашизма -- в полном подавлении любых, так сказать, индивидуальных прав и свобод человека во имя какого-то, мол, "высшего общественного блага" (в гитлеровском варианте фашизма -- во имя, мол, "интересов германской нации", в большевистском варианте -- во имя некоего "мирового пролетариата", и т.д.). На практике все эти "высшие интересы" и "общественные блага" всегда оказывались, естественно, вовсе не высшими и вовсе не общественными, мягко говоря...
  Увы, в абсолютном большинстве государств (если не во всех) те или иные элементы фашизма присутствуют и сегодня. Правда, один из самых явных таких элементов в последние годы был, наконец, отменён почти во всех странах Запада (даже в Германии -- в прошлом году), однако в России его, похоже, отменять вообще не собираются. Конечно, под этим элементом я имею в виду воинскую повинность. Она, на мой взгляд, по сути представляет из себя 100-процентное воплощение, так сказать, классического фашизма, т.к. при ней все права человека ("виновного" лишь в достижении 18-летия) могут как бы вполне "законно" сводиться вообще к абсолютному нулю -- т.е. к некоей "почётной обязанности" беспрекословно выполнять любые приказы начальства. Разумеется -- как и положено при любом фашизме -- во имя, мол, "высших общественных интересов" (которые этим начальством, естественно, и определяются)...
  По-моему, в этом рабовладельческо-фашистском, снабжённом кучей всяких "патриотических" фраз, принуждении народа к беспрекословному подчинению "мудрому" начальству заключается высший, так сказать, идеал нынешнего российского режима. И именно поэтому (а также ради бесплатного строительства генеральских дач, ради дальнейшего разворовывания бюджетных денег, которые могли бы пойти на отмену рекрутчины, и т.п.) этот путинский режим с маниакальным упорством пытается сохранить -- в качестве массовой школы рабства -- эту позорнейшую и грозящую России очередной кровавой катастрофой систему принудительной армейской службы.
  Чтобы слова насчёт вышеупомянутой катастрофы были понятнее, можно напомнить, что в октябре 1917 года (как, впрочем, и в феврале) главной непосредственной причиной обрушения российских госструктур явилась именно воинская повинность (даже в большей степени, чем сама по себе 1-ая мировая война). Разумеется, насильственно загнанный в армейское рабство народ рано или поздно понимает, что самым явным, самым очевидным "неприятелем" являются для него вовсе не те, на кого указывает начальство, а сами эти начальники (т.е. рабовладельцы). Правда, последствия подобных событий могут быть непредсказуемыми и весьма печальными, мягко говоря (как и в октябре 1917г.). Однако, независимо от возможных последствий, загнанные в рабство люди -- особенно, если у них есть оружие, -- совершенно естественно, склонны при любом удобном случае развернуть это оружие против тех, кто ни за что загнал их в это рабство...
  И ещё приведу один очевиднейший факт. Как известно, практически все государства, ведущие войны, всегда и везде объявляют, что они, мол, являются обороняющейся стороной, т.е. вынуждены защищаться от некой агрессии. Однако, на практике таких обороняющихся сторон, естественно, никак не может быть больше половины от тех, что участвуют в войнах. По логике, другая половина участников любых войн является агрессорами (а нередко ими являются в разной степени и обе воюющие друг с другом стороны). Однако, почему-то чуть ли не все государственные режимы всего мира (и уж во всяком случае все диктаторские режимы, подобные нынешнему российскому) в так называемое "военное время" гонят своих подданных на войну, принципиально не спрашивая их согласия на это. То есть, этим подданным как бы говорят:  идите, мол, и стреляйте в тех, на кого мы -- чиновники и генералы -- вам покажем;  а то, что это, как минимум, в половине случаев непременно окажется не только убийством, но ещё и агрессией, -- не вашего, мол, ума дело... У вас, мол, -- "почётная обязанность" и "священный долг"... (В скобках можно заметить, что требование чиновниками этого, якобы задолженного, "священного долга", по сути, абсолютно ничем не отличается в лучшую сторону от такой, например, "предъявы" какого-нибудь уголовника-рэкетира какому-нибудь предпринимателю: "Ты мне должен штуку баксов, бл...!"  Разница -- лишь в том, что рэкетиры обычно хотя бы не заставляют людей становиться убийцами и стрелять в мирных жителей...)
  Кстати, за немедленную отмену воинской повинности -- судя по множеству разнообразных опросов -- выступает примерно от 70 до 90 процентов россиян. В этих цифрах я убедился лично, т.к. прошлой осенью на одном довольно популярном и даже вовсе не оппозиционном российском сайте (прилагаю соответствующую ссылку: http://otvet.mail.ru/question/64484696/ ) воспользовался существующей там возможностью организовывать опросы и задал публике в связи с началом очередного армейского призыва следующий вопрос: "Велика ли разница между захватом террористами заложников, работорговлей и принудительным призывом в армию?". Наибольшее количество сторонников получил следующий вариант ответа: "Принудительная армейская служба хуже рабства (т.к. рабов заставляют лишь работать, а солдат — ещё и убивать кого-то)"...
  В завершение прилагаю совсем короткий -- всего в один абзац -- "Манифест против воинской повинности", написанный и обнародованный ещё в 1925 году (ссылка на одну из публикаций, где приведён этот текст, а также ряд других, близких к нему по смыслу: http://antimilitary.narod.ru/antology/manifest.htm ).
  "Мы считаем, что созданные на основе воинской повинности армии, располагающие массой кадровых офицеров, представляют серьёзную угрозу миру. Воинская повинность ведет к деградации человеческой личности, к ликвидации свободы. Жизнь в казармах, военная муштра, слепое подчинение несправедливым и необоснованным приказам, обучение людей убивать себе подобных подрывает уважение к личности, демократии и человеческой жизни. Заставлять людей против воли и их убеждений идти на смерть или убивать других — это унижение человеческого достоинства. Государство, которое считает себя вправе заставлять своих граждан быть военнообязанными, даже в мирное время пренебрегает основными правами человека. Более того, обязательная воинская повинность прививает всей мужской части населения дух агрессивного милитаризма и как раз на том этапе жизни, когда человек более всего подвержен влиянию со стороны. В результате насаждения милитаризма война начинает восприниматься как неизбежное и даже желанное явление."
  На мой взгляд, очевидно, что если бы этот Манифест был бы должным образом воспринят человечеством в те далёкие двадцатые (или хотя бы в тридцатые) годы, то не было бы бесчисленных кровавейших трагедий, включая гибель многих десятков миллионов человек в ходе 2-ой мировой войны... Кстати, среди авторов, подписавших в 1925 году этот Манифест, -- Альберт Эйнштейн, Махатма Ганди, Герберт Уэллс, Бертран Рассел, Ромен Роллан... Могу добавить, что лет за 20 до этого ещё более радикально против воинской повинности многократно выступал Лев Толстой. Он, в частности, писал следующее: "...Постыдно положение блудницы, которая всегда готова отдать своё тело на осквернение тому, на кого укажет хозяин, но ещё постыдней положение солдата, всегда готового на величайшее преступление -- на убийство человека, всякого человека, на которого только укажет начальник".
  Мне остаётся лишь выразить своё полное согласие с вышеприведёнными цитатами.

Дмитрий Воробьевский (май 2012г.).
---------------


ШКОЛА РАБОВ

Тебе сказали: «Священный долг!»,
Тебе твердили про «школу жизни»,
Тебе долбили: «Приказ – твой Бог!
Ты свято должен служить Отчизне!».

И ты их слушал немало лет,
И ты шагаешь со всеми в ногу,
На все приказы лишь «Есть!» – в ответ,
Ты отдан в жертву слепому богу,
К тому же – которого нет...

И вот ты служишь лишь десять дней,
Тебя пока что почти не били,
Но ты сегодня стал чуть умней,
Ты понял: сила их – только в силе!

Ты понял: можно придумать слов
Про честь, про доблесть, про долг Отчизне,
Но это всё же не школа жизни,
Это – школа рабов!

Итак, ты понял, что слушал бред,
Но ты шагаешь всё так же в ногу,
Всё так же служишь тому же богу,
И я не в силах найти совет,
Какую выбрать тебе дорогу...
К тому же, может, дороги нет.

Дм.В.
 Мелехов Х.К. | 08.08.2013, 10:30 #
Армия во всех странах - это свято, это не школа рабов. Не было бы армии, которая защищала бы таких гнойников как этот автор, не было бы самого Дмитрия Воробьевского.  
 Ivan Bezlikiy | 08.08.2013, 18:55 #
Сегодня армия в Германии на добровольной контрактной основе, что такое дедовщина - они не знают. И не надо ее склонять сейчас, вспоминая прошлое.
 Valiko | 12.09.2013, 20:41 #
Многое поражает в продуманной системе кадров в армии Германии. Нет принуждения, хочешь-служи, как на работе. Я согласен так работать, а не быть дрессированным.
Ihre Daten: *  
Name:

Kommentar: *  
Dateien anhängen  
 


zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta