Арктическая проблематика на Петербургском Международном Экономическом форуме - 2019

Information
[-]

Севморпуть: говорят о рекордах, но не говорят, что для этого надо

В этом году на Санкт-Петербургском экономическом форуме, пожалуй, с самым впечатляющим заявлением по арктической проблематике выступил глава «Роснефти» Игорь Сечин.

Его слова о «великих открытиях и масштабных проектах» в Карском море и на севере Красноярского края с потенциалом более 20 млрд тонн нефти действительно поражают воображение. А данные о результатах по показателям продуктивности разведочного бурения на полуострове Таймыр, «граничащих с самыми высокими дебетами, которые когда-либо были зарегистрированы и в России, и в Саудовской Аравии», с лихвой объясняют ажиотажный интерес к этому региону со стороны международной общественности.

По словам Сечина, руководство страны уже одобрило создание нового арктического кластера, а открытые запасы станут «основным источником грузопотока для загрузки Северного морского пути и громко заявят о себе в ближайшие годы». И здесь стоит обратить внимание как минимум на два события вокруг Севморпути, которые прошли «на полях» ПМЭФ-2019, но оказались чуть в тени выступления главы «Роснефти».

Оба эти события состоялись на борту судов — знаменитом музее-ледоколе «Красин» и атомном ледоколе «Арктика», который строится на «Балтийском заводе». В обоих случаях состав участников (или скорее структур, которые они представляли) был очень похожим.

И в ходе «круглого стола» на ледоколе «Красин», проведенного по инициативе руководства «Объединенной судостроительной корпорации», и на строящемся ледоколе «Арктика», где по приглашению госкорпорации «Росатом» состоялось учредительное заседание Общественного совета СМП, никто не поставил под сомнение возможность выполнения майского указа Владимира Путина относительно объемов грузоперевозок по Севморпути.

Напомним, что он содержит задачу увеличить грузооборот по СМП к 2024 году до 80 млн тонн. Еще в начале нынешнего года эксперты и чиновники осторожно вели разговор о невозможности достичь подобных плановых показателей. Но, похоже, что точку в этом споре поставил сам президент, который в апреле 2019 года на Международном арктическом форуме в Санкт-Петербурге назвал заданные параметры «реалистичной, посчитанной и предметной задачей».

Такую же уверенность выразил перед журналистами и генеральный директор госкорпорации «Росатом» Алексей Лихачев. По его мнению: «Это решение не обсуждается, а выполняется. Есть план, по которому все ответственные структуры идут точно и в срок».

При этом, по словам Лихачева, в 2024 году жизнь не заканчивается, и уже осенью этого года «Росатом» представит в правительство план по инфраструктурному развитию СМП на 2025−2035 гг. с задачей завершить все работы (по обустройству удобных хабов, систем навигации, бесперебойной связи, вопросов ремонта, безопасности и др.) для круглогодичного использования СМП. Тогда же планируется сделать первые флагманские проводки, ориентированные преимущественно на потребности российского бизнеса.

Следующим, третьим, этапом в 2035—2040 гг. должен стать переход к полноценному использованию Северного транспортного коридора (а не только СМП) в интересах всего международного бизнес-сообщества. «Это амбициозная цель — значимо изменить всю евразийскую логистику, предложив более привлекательные экономические условия для передвижения по Северному коридору в сравнении с Суэцким каналом», — отметил глава «Росатома». Очевидно, что для выполнения этой амбициозной цели уже на первом этапе необходимо выполнить как минимум три задачи.

Первая — это достижение грузопотока (транзит и вывоз-завоз) по СПМ до искомых 80 млн тонн. На сегодняшний день аналитики, в зависимости от подходов к расчетам, дают разные цифры, но в «Росатоме» уверены, что при условии реализации всех запланированных проектов к 2024 году можно выйти на результат в 92,6 млн тонн.

Вторая, и, возможно, самая сложная задача — это необходимый флот. Здесь следует напомнить, что за проведение российской арктической политики на практике консолидировано отвечают три государственные ведомства — уже названный «Росатом», Минтранс и Министерство по развитию Дальнего Востока и Арктики.

Применительно к судам, пожалуй, лучше всего обстоят дела у «Росатома», в чьей зоне ответственности находится государственный арктический ледокольный флот. Уже осенью 2019 года должен пройти ходовые испытания тот самый ледокол «Арктика», в 2021 году на «Балтийском заводе» планируется введение собрата по проекту — атомного ледокола «Сибирь». И если не подведет дальневосточный завод «Звезда», то в 2020 году должно начаться строительство ледокола нового поколения «Лидер».

С остальными судами ситуация складывается намного напряженнее. В начале 2019 года вице-премьер Юрий Борисов, выступая на заседании морской коллегии при правительстве, отметил, что для выполнения майского указа президента потребуется свыше 100 новых судов.

На «круглом столе» в музее-ледоколе «Красин» эту цифру удвоил заместитель министра транспорта Российской Федерации — руководитель Федерального агентства морского и речного транспорта Юрий Цветков. «В целом, по нашим подсчетам, потребуется более двухсот судов усиленного ледового класса (помимо ледоколов, гидрографических и спасательных судов) — это и балкеры, и сверхтяжелые танкеры для перевозки СПГ и нефти… То есть необходим целый новый кластер, что является своеобразным вызовом для отечественного судостроения», — отметил он.

При этом ответ на «своеобразный вызов» усложняется запретом провозить по СМП углеводороды судам, построенным за границей. Тем самым перевозчики, как, впрочем, и выполнение всех планов, попадают в серьезную зависимость от возможностей наших кораблестроителей.

Оценивая эту ситуацию в беседе с корреспондентом ИА REGNUM, президент АО «Объединенная судостроительная корпорация» Алексей Рахманов излучал уверенность и оптимизм. Кроме того, он клятвенно заверил не позднее 3-го квартала 2020 года построить на Северной верфи Санкт-Петербурга два места в крытом эллинге размером 250×49 м. По его словам, это позволит строить суда ледового класса, «чуть не дотягивающие до судна типа Афрамакс (80 000−120 000 тонн)».

«А наличие в Петербурге предприятий, которые имеют лицензию на работу с ядерным топливом, позволяют строить суда любых измерений. За исключением таких, как ледокол «Лидер», и тех, которые строит «Звезда». Поэтому видна четкая структура и локализация», — подытожил Алексей Рахманов.

Однако, обеспечивать заданные параметры нужно «здесь и сейчас». Лучше всех это понимают лица, которые будут отвечать за результат «головой». Поэтому заместитель генерального директора «Росатома» (и одновременно директор Дирекции СМП) Вячеслав Рукша в разговоре с корреспондентом ИА REGNUM был максимально откровенен и предметен: «Нужно исходить из практических и технологических возможностей. Вы на «Выборгском судостроительном заводе» стотысячный пароход не построите. Даже если что-то напишете и примете двести законов», — добавив при этом, что «Росатом» отвечает только за ледокольный флот, а также создание морских портов СМП и соответствующую инфраструктуру.

И именно развитие инфраструктуры Севморпути является третьей серьезной задачей. Оценивая ее состояние, Алексей Рахманов отметил: «Все говорят о круглогодичной навигации, но мало говорят о том, куда мы будем ходить, об инфраструктуре. Ведь сейчас на Севморпути можно рассчитывать на 5−6 точек. Все остальное нужно создавать. Это ключевой вопрос, и только решив его, можно переходить к вопросу об обсуждении количества судов необходимых для строительства».

Представляется, что именно поэтому глава «ОСК», будучи модератором круглого стола на ледоколе «Красин», так часто произносил слово «взаимодействие». Характерно, что его коллеги, не сговариваясь, официально и в кулуарах говорили о том же самом.

Например, Вячеслав Рукша обозначил проблему так: «Необходимо серьезнее подходить к синхронизации всех процессов. Например, введение в эксплуатацию завода «Звезда» на Дальнем Востоке должно было быть синхронизировано с развитием проекта Ямал СПГ, и первые газовозы должны были строиться уже в 2012—2014 годах». Таким образом, представляется, что именно синхронизация и четкое взаимодействие производственников, чиновников, бизнесменов и всех, кто осваивает Севморпуть, является непременным условием для того, чтобы первая «отсечка» в 2024 году была выполнена. И оба проведенных заседания на полях ПМЭФ показывают, что понимание этого есть у всех участников процесса.

Анонсируя свое новое детище (Общественный совет Северного морского пути), глава «Росатома» Алексей Лихачев заявил: «Я очень не хочу, чтобы он превратился в общественный совет при министерстве. Это должно быть гораздо более широкое формирование, включающее наших зарубежных партнеров, представителей науки, Совета Федерации и Государственной думы России. При этом он не будет подменять уже существующие структуры — Государственную комиссию по Арктике, правительственную комиссию по транспорту и т. д. Здесь есть отдельное пространство для общественного и международного обсуждения и выработки соответствующих рекомендаций».

Окончательно новый орган будет представлен в сентябре 2019 года на Восточном экономическом форуме (ВЭФ) во Владивостоке. Тогда же можно будет оценить, насколько все заинтересованные стороны продвинулись в вопросах синхронизации и взаимодействия.

Автор: Валентин Юшкевич

https://regnum.ru/news/economy/2644230.html

***

Комментарий: Кому нужна Российская Арктика

Якутия как яркий пример реализации общей стратегии развития региона

Все чаще мы слышим об усилиях российской власти по развитию Арктики: тут и восстановление оборонных мощностей, и строительство супермощных ледоколов, и известие, что Минвостокразвития теперь будет заниматься арктическими территориями. Казалось бы, явлена наглядная забота государства о важном макрорегионе страны. Но если заглянуть за ширму информационной мишуры, вдуматься в суть происходящего, перед нами предстанет совершенно иная картина.

Для того чтобы понять, как идет процесс развития арктических регионов, далеко за примерами ходить не нужно. Возьмем Якутию – крупнейший субъект Федерации: 3 млн кв.  км, население – менее 1 млн человек, треть территории находится за полярным кругом, более 40% территории – арктическая часть республики. Резко континентальный климат, где зимой доходит до минус 70 градусов, вечная мерзлота и полюс холода. Не так давно президент Владимир Путин своим указом расширил арктическую зону страны за счет восьми улусов республики. Одним словом, Якутию можно считать настоящим воплощением Арктики, где в чрезвычайно суровых климатических и географических условиях живет небольшое количество населения.

Разумеется, власти республики, лучше всех понимая свои территориальные особенности, всегда думали о том, как поддерживать прежде всего свои арктические владения. А сделать это, без преувеличения, очень сложно. И потому, что между населенными пунктами порой сотни километров, и потому, что трудно не только строить, но и содержать инфраструктуру, и потому, что в рыночных условиях многие из этих населенных пунктов оказались нежизнеспособными. Промышленность, созданная во времена Советского Союза, развалилась, плановой экономики нет, вот и остаются такие села, деревни, города и целые районы, по сути дела, на содержании бюджета. Стандартная практически для всех арктических регионов ситуация.

В арктической части Якутии проживает немногим менее 70 тыс. человек, это коренные жители Арктики, зачастую – представители малочисленных народов Севера. И это те люди, которые хотят жить здесь. Остальные, как только стал разваливаться Советский Союз, благодаря гайдаровской антиарктической политике уехали уже давно. В 1990 году на арктической части республики проживало 148 тыс. человек, а к 2018 году численность населения здесь сократилась в 2,2 раза.

Все постсоветские годы республика старалась хоть как-то поддерживать свою арктическую территорию – ведь там живут якутяне. Несмотря на все сложности в виде разрушенной системы хозяйствования в стране, основательно осложнившей северный завоз, дефолты и перманентные сложности с финансами. Здесь строились объекты социальной, транспортной и энергетической инфраструктуры, поддерживались традиционные виды хозяйствования (рыболовство, охота, оленеводство), предпринимательство, бюджетные учреждения, поскольку в основном именно благодаря бюджетным рабочим местам еще как-то задерживались люди.

В 2014 году в Якутии была принята собственная программа по развитию арктических и северных улусов до 2020 года, на ее реализацию запланировали 44 млрд руб. В итоге к сегодняшнему дню в арктической части Якутии построено 14 детских садов на 781 место, осуществлен ввод 4 общеобразовательных школ на 745 ученических мест, введены 1 участковая больница и 4 ФАП, 3 спортивных зала, 2 этнокультурных центра и 3 многофункциональных культурно-досуговых учреждения. И еще ведется строительство 4 школ, 3 детских садов, детского центра, культурно-спортивного комплекса и этнокультурного центра. Введено более 30 жилых домов для молодых специалистов, 19 объектов коммунальной инфраструктуры. Чего стоит только строительство Батагайской солнечной электростанции, которая вошла в Книгу рекордов Гиннесса как единственная СЭС за полярным кругом.

Отдельная работа проводится по привлечению и закреплению молодежи для работы в Арктике. В 2015 году привлечено 100 человек, в 2016-м – 125, в 2017 году – 150 человек. По плану в 2018 году в Арктику должно было поехать 175 человек, а в 2019-м – 200. Разумеется, все это средства госбюджета – как федерального, так и регионального.

Но несмотря на все усилия республики и помощь из федерального Центра, якутская Арктика не развивается. Средств нужно гораздо больше, потому что основные фонды изношены, заработная плата северян никак не соответствует уровню цен, которые запредельны: стоимость десятка яиц может превышать 300 руб. Предпринимательство толком не развивается, промышленность – тоже.

Да и в целом ситуация в экономике республики оставляет желать лучшего. Как сказал председатель правительства республики Владимир Солодов, дефицит бюджета в 15 млрд руб. (при общей цифре в 201,5 млрд руб.) заставил принять кардинальные меры по упорядочению функционирования объектов социальной инфраструктуры, а вместе с этим  и их штатного расписания. Реализация этих мер пока не началась, но уже привела к серьезным волнениям в обществе. Шутка ли – по отдельным оценкам, в республике должно быть сокращено до 7 тыс. штатных единиц из-за введенных стандартов соответствия жителей и объектов социальной инфраструктуры.

Разумеется, в первую очередь эти решения отразятся на арктической части республики. Ведь, как уже было сказано, именно здесь большая часть населения живет за счет работы в бюджетных учреждениях. И если таковые будут реорганизованы, упразднены, а также в них будут сокращены штатные единицы, это неминуемо приведет к тому, что люди начнут покидать насиженные места. Якутская Арктика опустеет окончательно.

«Наш район подвергается самому большому сокращению – 87 единиц. Мы потеряем образованных людей, мужей, жен, семьи уедут!» – в сердцах говорит глава Момского района Якутии Иван Павлов. Возникает резонный вопрос: зачем нужна была республиканская программа, зачем были потрачены миллиарды бюджетных рублей, построено множество объектов социальной, энергетической инфраструктуры? Зачем всевозможными способами сюда заманивались молодые специалисты в надежде на то, что они останутся здесь навсегда? Зачем все это было?

Думается, над этим всерьез и долго размышляло руководство республики, понимая, к чему приведут нововведения. И их мотивы можно понять. Если в арктическом селе на школу приходится всего два ученика, обучение которых оценивается в миллионы рублей и которые в итоге так и не получают не то что качественного, а просто нормального образования, – что делать?

Республика тянуть дальше такую серьезную социальную нагрузку не в состоянии, а у федерального Центра есть свои нормативы, по которым рассчитываются субсидии и субвенции. Не беремся судить, почему Якутия больше не может тратить такое количество средств на бюджетные учреждения, – это вопрос эффективности управления и экономики. Но фактически получается замкнутый круг.

Вопрос даже не в Якутии. Республика лишь яркий, концентрированный пример реализации общей стратегии в отношении Арктики, сложившейся в стране в постсоветское время. Когда глава правительства России Егор Гайдар сказал, что Арктика может жить сама по себе, а плановое хозяйство было отменено, арктические регионы пришли в запустение почти мгновенно. Это объясняется совершенно другими условиями хозяйствования, чем, например, в центральной части страны. Тут требуются совершенно другие затраты и подходы.

Самый яркий пример – северный завоз: нужно обеспечить самым необходимым – продуктами питания, горючим, медикаментами и другим – самые отдаленные арктические населенные пункты. Чтобы сделать это, приходится: накопить средства или взять заем; сформировать все грузы и хранить их в отправной точке в Усть-Куте; везти их по реке Лене до Якутска или Нижнего Бестяха; здесь снова хранить их; в короткое лето снова везти по реке, а потом еще и по морю Лаптевых; зайти в реку Яну, снова перегрузить и доставить до адресата. Чтобы завезти грузы в отдельные населенные пункты, требуется порой два года. В такой ситуации без планирования не обойтись в принципе. Были провозглашены рыночные отношения с упором на то, что рынок сам все отрегулирует. Но кому нужна невыгодная Арктика с ее обнищавшим населением?

Со временем руководство страны развернулось в сторону своих арктических территорий. Как бы то ни было, свои рубежи надо защищать. А если взглянуть на карту Российской Федерации и ее полярных владений, можно убедиться, какую колоссальную протяженность имеет граница в Арктике. Началась работа – федеральная власть стала восстанавливать то, что до того было разрушено.

Вот лишь один пример. В 2012 году высшим руководством Минобороны РФ было принято решение о расформировании воинской части, расположенной в поселке Тикси Булунского района Якутии. Военные спешно покинули поселок. А теперь там заново возобновилось строительство военных объектов. В планах – развитие объединения противовоздушной обороны, которое будет входить в состав 45-й армии. Такая же работа идет на Новосибирских островах. Одним словом, сначала все бросили, теперь восстанавливаем.

К тому же в Арктике находятся внушительные и почти нетронутые запасы природных ископаемых и биологических ресурсов: например, около 22% мировых неразведанных ресурсов углеводородов и уникальная природа, включающая более 20 тыс. видов растений, животных, грибов и микроорганизмов.

Начались практические шаги. Были приняты Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике (2008), затем Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации (2013), далее появилась госпрограмма развития Арктики (2014). Были предприняты попытки принять разработанный Советом по Арктике и Антарктике при Совете Федерации проект комплексного закона о развитии Арктической зоны Российской Федерации, которые не увенчались успехом. Чуть позже Арктикой стало ведать Минвостокразвития РФ.

И что в итоге: более 10 лет государство вплотную занято арктической проблематикой, а где видимые результаты? Да, понемногу восстанавливаем оборонительные рубежи за полярным кругом, строим ледоколы, даже некоторые средства на неоднократно переписанную госпрограмму выделяем, но где толк? Люди как уезжали, так и уезжают. Арктические населенные пункты все так же напоминают фильмы про апокалипсис, цены на товары космические, заработная плата  невысокая, инфраструктура практически не развивается. А все потому, что ситуация по всей Арктике такая же, как и в Якутии.

Когда нет четкого видения, что должно быть через 20, а лучше – через 50 лет, когда непонятна цель всех преобразований – тогда царят непоследовательность, суета и принятие срочных, порой болезненных мер. И что самое печальное, совершенно непонятно, есть ли смысл в этих «хирургических вмешательствах».

Впрочем, дело не только в Арктике. Так уж сложилось в новейший период истории нашей страны, что главное – не реальные результаты работы, дело, а сиюминутный хайп, видимость. Возможно, где-то это срабатывает, но с Арктикой такой номер не проходит. Как было уже сказано, здесь совершенно другие условия хозяйствования, а потому решения должны приниматься обдуманно, с учетом всех нюансов и особенностей, с расчетом на средне- и долгосрочную перспективу.

Разработанный в недрах Совета Федерации проект федерального закона, который описывает все стороны жизни Арктики, давно должен был быть принят. Но правительство РФ посчитало, что принятие такого закона слишком затратно для госбюджета. А теперь, как сказал глава государства Владимир Путин на последней международной конференции, посвященной Арктике, будет принят закон, облегчающий работу инвесторов в макрорегионе.

Это означает, что для людей в Арктике ничего не поменяется, а значит, они будут уезжать. А если уедут практически все, к чему это приведет? Как сказал заместитель председателя Совета по Арктике и Антарктике, экс-глава Якутии Вячеслав Штыров, ведущий эксперт по проблематике Арктики и Дальнего Востока, не понаслышке знающий проблемы арктических регионов: «Господствующая на правительственном уровне идеология экономического либерализма предполагает стандартный нормативно-правовой подход ко всем макрорегионам страны. Считается, что рациональное территориальное размещение производительных сил будет автоматически обеспечено действиями рынка. Но реализация этой идеологии в нашей стране, с огромным природно-климатическим и экономико-географическим разнообразием ее регионов, приводит к прямой угрозе территориальной целостности Российского государства».

Не хочется драматизировать, но если нынешний курс на «освоение Арктики»  продолжится, то, кроме выкачивающих установок и поселков вахтовиков, там ничего не останется. А вахтовики-то необязательно могут быть россиянами…

Автор: Маргарита Нифонтова

http://www.ng.ru/ideas/2019-06-17/7_7599_ideas1.html

***

Приложение. Как обустроить Российскую Арктику?

Итоги выездного заседания Совета по Арктике и Антарктике при Совете Федерации

То, что выездное заседание Совета по Арктике и Антарктике при Совете Федерации ФС РФ состоялось именно в Якутске, случайностью не назовешь.

Во-первых, потому, что на примере Якутии очень ярко видны все достижения и все арктические проблемы. С одной стороны, Республика Саха по итогам 2018 года занимает 4 место в рейтинге наиболее динамично развивающихся российских регионов (лидер роста в рейтинге состояния инвестиционного климата и одиннадцатое место по росту основных макроэкономических показателей). С другой, Якутия — рекордсмен по доле ветхого и аварийного жилья (18,8%), круглогодичной транспортной доступностью обеспечено менее 21% населения, уровень бедности составляет 19% (при среднероссийском — 12,9%).

Во-вторых, тема заседания касалась стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации, а в вопросах стратегии Якутия продвинулась заметно дальше других северных территорий. Здесь в декабре прошлого года создано Министерство по развитию Арктики и делам народов Севера (руководителем которого буквально в дни заседания был назначен Владимир Черноградский); разработана «Стратегия социально-экономической развития Арктической зоны Республики Саха (Якутия) до 2030 года»; во все региональные программы включаются арктические разделы.

Ну, а на том, что вопрос определения арктической стратегии является ключевым, акцентировали свое внимание практически все собравшиеся. Так, модератор заседания, председатель Совета по Арктике и Антарктике при Совфеде Александр Акимов напомнил о поручении Владимира Путина разработать в ближайшее время закон, предусматривающий специальные меры господдержки по инвестиционной деятельности в Арктике и Антарктике и новую Стратегию развития Арктической зоны до 2035 года. В завершение прозвучала президентская задача, которая была поставлена на апрельском Арктическом форуме в Санкт-Петербурге: «Все арктические регионы необходимо вывести на уровень не ниже среднероссийских регионов РФ».

Александра Акимова поддержал председатель комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Олег Мельниченко. Он указал на то, что проект соответствующей стратегии должен быть представлен уже 1 декабря 2019 года и поторопил всех заинтересованных лиц с внесением возможных предложений.

Исполнительная власть, в лице замминистра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики Александра Крутикова, была единодушна с законодательной: «Правительством России на днях принято решение о том, что новая стратегия будет разрабатываться вместе с новой госпрограммой развития Арктики. Она должна стать основным механизмом реализации стратегии».

При этом любопытно, что очевидную мысль о дальнейшем развитии государственной политики в отношении Арктики и Дальнего Востока озвучили представители принимающей стороны. Председатель Госсобрания Якутии Петр Гоголев, а следом его первый заместитель Александр Жирков высказались за создание отдельного базового закона по Арктике, на котором будет основываться вся дальнейшая стратегия развития. Впрочем, необходимость принятия всеобъемлющего «многоформатного закона» высказывали многие участники заседания. Вместе с тем только стратегическим планированием они не ограничивались. Глава Якутии Айсен Николаев умело использовал домашнюю трибуну, чтобы презентовать возможности своего региона и обозначить имеющиеся проблемы.

В частности, он представил свою законодательную инициативу об освобождении жителей арктических районов от уплаты транспортного налога и списанию задолженностей по нему. «На муниципальном уровне всеми арктическими районами республики приняты решения об освобождении физических лиц от налогов на имущество и земельного налога», — добавил Глава региона.

Характерно, что Минвостокразвития, в лице присутствующего замминистра Александра Крутикова, всецело поддержало данную инициативу. «Мы считаем, что такое решение будет способствовать снижению бедности в этих территориях, где эта проблема наиболее ощутима. Сегодня мы ведем подсчет показателей, чтобы распространить вашу инициативу на всю Арктическую зону России. Хочу еще раз сказать, что данное решение мы абсолютно поддерживаем и будем его дальше продвигать», — сказал Александр Крутиков.

Еще одним предметом для дискуссии стал проект ФЗ «О государственной поддержке предпринимательской деятельности в Арктической зоне Российской Федерации». По мнению члена Комитета Совфеда по бюджету и финансовым рынкам (представителя Республики Коми) Дмитрия Шатохина, под него будет попадать преимущественно крупный бизнес (Северный морской путь, СПГ-проекты и т. д.). В то же время в нем плохо проработаны интересы среднего и малого бизнеса.

«Большая часть льгот по налогам будет реализовываться по региональным налогам. Это — потери. Кто их будет возмещать? У нас уже есть примеры — налог на движимое имущество, налог на прибыль мы потеряли» — отмечает Дмитрий Шатохин.

Со своей стороны председатель постоянного комитета Госсобрания Якутии по вопросам коренных малочисленных народов Севера и делам Арктики Елена Голомарева отмечает, что законопроект в данном виде не предусматривает гарантий прав коренных малых народов для ведения ими традиционного природопользования и традиционного образа жизни, не гарантирует процедуры проведения этнологической экспертизы при проведении хозяйственной деятельности.

Впрочем, необходимость разработки подобного закона никто из участников не отрицал, поскольку сейчас вопрос «нужно ли нам промышленное освоение Арктики?» на повестке дня не стоит. Главная проблема заключается в том, как именно и кто будет это делать?

Автор: Валентин Юшкевич

https://regnum.ru/news/polit/2649351.html


Infos zum Autor
[-]

Author: Валентин Юшкевич, Маргарита Нифонтова, Валентин Юшкевич

Quelle: regnum.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 03.07.2019. Aufrufe: 123

Kommentare
[-]
 jessicahenry | 18.07.2019, 09:49 #
hii nice blog keep it up thanks & to give for informative content... run 3
Ihre Daten: *  
Name:

Kommentar: *  
Dateien anhängen  
 


zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta