О социалистических чаяниях общества страны за год президентских выборов в США

Information
[-]

Наиболее активной частью избирательного электората на предстоящих президентских выборах в США в конце 2020 года станет поколение Z (люди, родившиеся после 1995 года)

Согласно опросу исследовательской службы Harris Poll половина из них (49,6%) хотят жить в социализме. Фактически речь идет о феноменальной для западного мира ситуации. Одержав победу в Холодной войне с коммунизмом и развалив главного противника – СССР, американское общество возвращается к идеям социализма.

В американском городе Бостоне, известном своими политическими мероприятиями, состоялся парад гордости натуралов. Разрешение о его проведении командой мужчин, именующих себя «Супер Счастливая Весёлая Америка» (Super Happy Fun America) было получено еще в начале июня, но потом информация утекла в прессу, либералы подняли вой и мэрия города поспешила от всего откреститься. Однако активисты обратились в суд и выиграли дело.

Марш Натуралов пришлось разрешить, но в городе, где ежегодно проводится «Неделя гордости» — одно из крупнейших периодических общественных мероприятий ЛГБТ-сообщества Америки, без скандала такое обойтись не могло. И он, конечно, же состоялся.

В марше приняло участие примерно 200 человек. Рассказывать — какие они фашисты и уроды собралось более 1000 протестующих. Не обошлось без драк. Особенно отличились местные «антифа» — считающие себя боевым крылом американских социалистов. Чтобы их не путали с фашистами, молодчики нарядились в черную униформу и черные маски. По ходу дела они не только дрались, но и выкрикивали лозунги, доказывая, что защищают не просто права сексуальных меньшинств, но и борются против возрождения фашизма в США. Марш достаточно быстро отменила вмешавшаяся полиция, остановившая драки и упаковавшая наиболее буйных участников. Что любопытно, теперь известная Александрия Оказио-Кортес развернула активную программу по сбору средств на уплату залогов за находящихся в кутузке членов «антифа».

Что в этом такого знакового и каким боком тут социалистическая революция в будущем году? Все просто. В событиях в Бостоне столкнулась новая Америка, вне зависимости от стороны цисгендерной баррикады, на 40% уже считающая именно социализм лучшим будущим для государства и общества.

По мнению экспертов, дела складываются так, что наиболее активной частью избирательного электората на предстоящих президентских выборах в США в конце 2020 года станет поколение Z (люди, родившиеся после 1995 года). Согласно опросу исследовательской службы Harris Poll половина из них (49,6%) хотят жить в социализме. И вообще, даже в среднем по стране в целом, идея построения в Америке именно социалистического государства поддерживается 37,2% всех опрошенных граждан вне зависимости от пола, возраста и расовой принадлежности.

Фактически речь идет о феноменальной для западного мира ситуации. Одержав победу в Холодной войне с коммунизмом и развалив главного противника — СССР, американское общество за каких-то четверть века добилось всего, чего хотело от капитализма и в итоге полностью в нем разочаровалось. Так что Трампу через год предстоит столкнуться не просто с лоббистами американских транснациональных корпораций, но и что-то сделать с новой общественной мечтой о бесплатном счастье.

Потому что социализм по-американски довольно мало похож на советские и постсоветские о нем представления. Молодежь поколения Z желает бесплатного (полностью за государственный счет) среднего и высшего образования (67,1% респондентов), всеобщей и тоже бесплатной системы здравоохранения (73,2%), а также полной ликвидации федеральной миграционной службы, не пускающей в Америку мигрантов и беженцев из других стран (43,1%). Плюс всеобщее расовое, гендерное и сексуальное равенство.

Дело осложняется не только тем, что по трем первым пунктам Трамп (и его сторонники) занимает жесткую отрицательную позицию. Как показывают итоги уже начавшихся праймериз, противостоящая ему Демократическая партия на данный момент просто не имеет никакой внятной альтернативной политической программы, способной эффективно противостоять консервативной повестке Make America Great Again.

Чтобы победить, принципы американской демократии требуют собрать именно под своим знаменем наибольшую долю общества, так сказать, в штуках избирателей. А они, как следует из опросов и анализа обстановки, по меньшей мере на 37−40% будут состоять как раз из того самого поколения Z, которое желает социализма. Следовательно игнорировать тенденцию демократы абсолютно не в силах. Иначе «Трамп должен уйти» им не видать, как собственных ушей.

Этот вывод уже начинает подтверждаться промежуточными итогами отбора кандидатов в будущие противники Трампу на предстоящих выборах. Хотя формально их без малого 50, в реальные лидеры с солидным запасом уже выбились двое: бывший вице-президент Джо Байден и в свое время уступивший свои голоса в пользу Хиллари Клинтон уже один раз пытавшийся подраться за Овальный кабинет Берни Сандерс. И оба они — социалисты. С той лишь разницей, что Байден под актуальную повестку еще только мигрирует, представляя собой эдакого социалиста-но-с-умом-и-без-неадекватного-фанатизма, тогда как Сандерс является агрессивным социалистом с очень большим стажем.

Однако практика показывает, что одними лишь осторожными лозунгами отделаться не выйдет. Глубина идейного вакуума насильно затягивает обоих в сторону экстремального роста радикальности позиций и заявляемых целей. Дело дошло до того, что недостаточно левой все чаще оказывается даже Александрия Оказио-Кортес с ее «Зеленым новым курсом». Команда Сандерс-Кортес все чаще начинает высказываться на выступлениях перед избирателями о необходимости полного демонтажа капитализма как политико-экономической системы в Соединенных Штатах.

В качестве примера для подражания приводится норвежская модель, где принадлежащие государству предприятия формируют 60% национального ВВП, сохраняя при этом принципы рыночной свободы и социальной демократии. Правда, ряд важных ключевых деталей скромно умалчивается. Например, что из 2,8 млн наемных работников в стране на госпредприятиях занято лишь 280 тыс., тогда как остальным средства к существованию создают частные компании. Да, граждане Норвегии имеют один из самых высоких в мире уровней социальных гарантий, но обеспечивается он не собственным трудом норвежцев, а доходами от вложений капитала Фонда национального благосостояния за границами страны. То есть за счет изъятия результатов труда граждан других стран мира.

В общем, социализм оказывается хорош лишь до тех пор, пока существуют источники, за счет которых можно покрывать все его хотелки. Сторонники его строительства в США в качестве таковых полагают необходимым наращивание доли государства в экономики до максимальной, с обязательной денежной эмиссией в масштабе «сколько нужно». Точнее, обобществляться должны не все капиталы, а по довольно избирательной схеме. В государственную собственность следует забрать транснациональные корпорации, оружейные конгломераты и все компании, имеющие проблемы с долгами. В то время как успешные бизнесы, особенно малые и средние, даже если таковыми они сделаны искусственно, могут и должны оставаться в частных руках.

Словом, предстоящая битва за президентское кресло обещает оказаться эпичной. Кто в ней победит в 2020-м пока с определенностью сказать сложно. Шансы Трампа выглядят несколько лучше. За него высказываются более 46% опрашиваемых, и их количество стабильно растет. Так что к контрольному сроку за нынешнего президента может оказаться каждый второй американец. Однако нельзя сбрасывать со счетов и тот факт, что пока в работу еще не включилась на полную мощь пропагандистская машина, как уже неоднократно доказывалось практикой, очень даже способная сильно влиять на расстановку сил.

Но вот что уже видится достаточно четко, что после Трампа социалисты получат явное преимущество. Дональд сумел добиться вроде бы почти всего обещанного. Экономика США по статистическим данным находится на подъеме. Безработица опустилась до 4% — самого низкого уровня за время работы трех предыдущих президентов США. Казалось бы, живи да радуйся, но нация, даже среди сторонников главы Белого дома, особого восторга не испытывает.

Потому что фактические доходы работников не увеличиваются. Тогда как цены, пусть и неспешно, но растут. Учитывая текущую плотность платежных обязательств, у абсолютного большинства домохозяйств, даже относящихся к среднему и выше среднего уровню доходов, свободных денег практически не остается. Для них рост цен даже на 3−4% в год уже неприятно ощутим. Если в течение второго срока Трамп не сумеет как-то кардинально переломить тенденцию к лучшему, то идея, что государство обязано раздавать деньги даром, скорее всего, окажется доминирующей по привлекательности.

Некоторые могут сказать, что России до всего сказанного нет совершенно никакого дела. Хотят за океаном развалить свою страну — имеют на то полное законное право. Флаг, барабан и попутный ветер прилагаются. Но тут приходится напомнить о тесной зависимости социалистического благосостояния от наличия внешнего источника доходов. Согласно все той же норвежской модели. И взять его можно лишь там, где находятся значительные запасы нефти, газа и длинного перечня прочих полезных ископаемых, остро необходимых мировой экономике. Причем это вовсе не Китай. Он, конечно, экономически большой, но все же является, прежде всего, их потребителем и переработчиком в промышленные товары. А вот Россия богатствами Сибири и Дальнего Востока располагает с американской точки зрения абсолютно несправедливо.

Из чего неизбежно следует однозначный вывод: американский социализм будет носить крайне антироссийский характер. Со всеми отсюда вытекающими последствиями. Вплоть до усиления попыток развала РФ по той же схеме, как три десятка лет назад они развалили СССР. И как они этой их версии справедливости намерены добиваться — уже сегодня хорошо видно на примере Марша Натуралов. То есть банально силой.

Автор: Александр Запольскис

https://regnum.ru/news/polit/2712096.html

***

Сокращение рабочего дня: давняя мечта и неизбежный кошмар

Во времена активности масс и революций идея предельного сокращения рабочего дня находила немало сторонников. Сегодня, когда политический процесс идёт совсем «мимо» народа, былые мечты вызывают больше опасений, чем энтузиазма. Оправданно ли?

Кажущееся разнообразие общественных движений и правозащитных организаций находится сегодня в резком противоречии с фактическим закатом организованной массовой политики. Требования «общественников» отличаются и умеренностью, и узостью: горячая тема в англоязычном интернете — «social justice warriors» (воины социальной справедливости), требующие от разных корпораций высказать публичную поддержку феминизма, ЛГБТ, расовых и иных меньшинств. Например, добавив в фильм чернокожего персонажа.

Политика же может сводиться к призыву поддержать малоизвестных лиц, без политической программы и массовой организации, в их неудачной попытке даже не выиграть локальные выборы (что затруднительно, когда уже минимальное количество подписей за выдвижение собирается с трудом), а просто принять в них участие.

Так или иначе, даже традиционные экономические требования (повышение зарплаты и пенсии, социальные гарантии, улучшение условий труда) оказываются сегодня редкостью: добиваться их трудно и «небезопасно». Многие же цели, реальные для XIX и XX веков, стали столь невозможными, что люди уже забыли их смысл. Лишь в некоторых странах, более-менее сохранивших традиции гражданственности, можно и сегодня услышать что-то похожее.

Одно из классических, но ныне забытых требований, — сокращение рабочего дня. Восемь часов работы в день кажется сейчас само собой разумеющимся, однако когда-то «разорительным» казалось даже ограничение в 12 часов. Но большую часть ХХ века передовые страны подступались и к дальнейшему сокращению рабочего времени, и к увеличению количества выходных.

Впрочем, ныне и строгое соблюдение 8 часов может стать актуальным требованием: и низко-, и высококвалифицированные работы отнимают одинаково больше времени. Причин — достаточно: завышенные нормы, «авральные» проекты, необходимость актуализировать свои навыки и знания во внерабочее время… Просто неоплачиваемые переработки как «неофициальное» требование для сохранения работы (настоящий бич такой «передовой» страны, как Япония)!

Одним из самых ранних и радикальных сторонников предельного сокращения рабочего дня был французский марксист Поль Лафарг. Этой проблеме посвящён его развёрнутый памфлет, входящий в сборник «Право на лень. Религия капитала». Лафарг выступает здесь как популяризатор марксисткой повестки, делающий общие выводы из подробного анализа Маркса и других левых авторов.

Взглянув на историю человечества в целом, Лафарг отмечает странную тенденцию: несмотря на то, что производственные силы стремительно развиваются и производительность труда растёт, рабочее время не только не сокращается, но и увеличивается.

 «Лишний» труд не может уходить в никуда. Лафарг указывает, с одной стороны, на растущую роскошь жизни капиталистов (уже тогда отказавшихся от классических добродетелей умеренности и бережливости), а с другой — на увеличивающийся слой их «обслуги»: от служанок — до проституток и философов-пропагандистов. Особенно возмущает марксиста сфера финансовых спекуляций, щедро черпающая деньги (и материальные блага на содержание финансистов) из «реальной» экономики. Проблема не только в том, что эти слои не просто получают непропорционально большую часть «общественного пирога». Проблема ещё и в том, что это происходит при нищете и банальном недоедании большинства «необходимых» производителей.

При всей «цифровизации» сегодняшней экономики мы должны помнить, что люди из «сферы услуг» и «теоретических» работ потребляют вполне материальные вещи, до сих пор производимые нищими работниками из регионов России или условного Бангладеш. При этом вклад высших слоёв в жизнь общества может быть весьма сомнительным. Уже во всём мире обсуждается проблема «рабочей нищеты», когда даже стабильное рабочее место не гарантирует человеку приемлемого уровня жизни. Можно подумать, что эффективность труда не повысилась с XV века, и работник не производит достаточно продукта, чтобы прокормить самого себя. Классический пример — когда швея из Азии не может позволить себе купить платье, которые она шьёт сотнями.

В связи с этим особое значение приобретает извечная проблема капитализма — перепроизводство, а также обратная ему низкая платёжеспособность населения: «И вот тогда, — ибо товаров избыток, а покупателей мало, — фабрики закрываются, и голод бичует рабочее население своею тысячехвостой плетью… Вместо того чтобы воспользоваться временем кризиса и распределить между всеми готовые продукты и благодаря общему вынужденному отдыху устроить всеобщее веселье, рабочие, пухнущие с голода, стучатся головами о фабричные двери»

Поль Лафарг

Наконец, отдельный капиталист заинтересован в том, чтобы выжимать работника без остатка, а затем, при надобности, просто нанимать «свежего». Даже в наше время работодатель старается избавиться, например, от стариков или женщин с детьми. Но труд на износ отнюдь не оздоровляет. Что уж говорить о чисто человеческих потребностях — в культуре, знании, всестороннем развитии? Вспомним общемировое стремление сократить высшее образование как не отвечающее потребностям экономики (о развитии человека вне экономики и речи не идёт!).

Лафарг, конечно, перегибает здесь палку, прославляя размеренный быт крестьянина (скорее вынужденный и нищенский) или абсолютную леность древних греков. Правильней кажется позиция его соотечественника из ХХ века, писателя Антуана де Сент-Экзюпери: «Каторга не там, где работают киркой. Она ужасна не тем, что это тяжкий труд. Каторга там, где удары кирки лишены смысла, где труд не соединяет человека с людьми». Антуан де Сент-Экзюпери. Планета людей.

Труд не ради другого человека, не ради общей цели, а труд как товар и как производство товаров на продаж, — это и есть работа при рыночном капитализме.

С развитием монополий и переходом капитализма на более «плановые» рельсы (что проявилось, помимо прочего, в опоре корпораций на аппарат государства) сокращение рабочего времени по перечисленным выше причинам стало находить поддержку и среди представителей бизнеса. Известнейший пример — Генри Форд, сокративший на своих предприятиях рабочий день, увеличивший зарплаты (именно для улучшения покупательной способности рабочих) и т. д. Но примеры приводит и сам Лафарг.

Собственно, ещё в 1968 году перспектива сокращения рабочего времени казалась на Западе реалистичной. Во Франции за неё выступали социалисты — например, Ги Дебор. В США о необходимости уменьшения рабочей недели высказались в письме Конгрессу 1200 экономистов.

Снятие этого вопроса с повестки после неудач протестного движения 1960—1970-х годов и последовавшей либерализации мировой экономики — неслучайно. Лафарг подмечает, что наличие дешёвой, бесправной и неистово преданной труду рабочей силы делает ненужным технический прогресс (а значит, и рост производительности труда). Зачем создавать и внедрять, условно, машину, кладущую плитку, если можно нанять бригаду копеечных рабочих-мигрантов?

«Чтобы заставить капиталистов совершенствовать их машины из дерева и железа, нужно повысить заработную плату и уменьшить рабочее время машин из костей и мяса». Сегодня, когда новые технологии резко подорожали, этот вопрос стоит совсем остро. Помимо этого, чтобы сохранять спрос, капиталисты искусственно занижают срок годности продукции, снижают её надёжность.

Почему же граждане России так настороженно отнеслись к идее главы правительства Дмитрия Медведева о сокращении рабочей недели до четырех дней? Производительность труда уже давно выросла настолько, что она может удовлетворить все мыслимые и немыслимые потребности класса капиталистов. Никто больше, кроме них самих, капиталистов не интересует. Поскольку производительность продолжает расти, а спрос «кончился», логичным шагом станет простое сокращение производства, увольнение рабочих. Или, что наблюдается уже давно в развитом мире, — перевод их на неполную занятость: так, экономист Гай Стэндинг указывает, что в Японии с конца 1990-х по 2010 год треть всех работников оказались переведены на неполную ставку с понижением зарплаты на 40%, сокращением льгот и т. д.

Для Лафарга очевидно, что сокращение рабочего дня должно сопровождаться справедливым перераспределением продуктов труда во всём обществе (даже между странами), иначе оно станет просто урезанием затрат бизнеса на рабочую силу. Всё это невозможно осуществить при патриархальном господстве капиталистов и их идеологов, без политической активности самих работников.

Лафарг оказывается очарованным прошлым, «золотым веком», в котором, как ему кажется, царствовал коллектив и демократия — свергнутые впоследствии властью собственника-патриарха. Большая часть сборника посвящена поэтому именно его работе с прошлым, с историей религии. Современное Лафаргу христианство явно защищало капиталистическую иерархию, интенсивный и безропотный труд работника, которому запрещалось претендовать на продукт собственного труда. Марксист пытается доказать, что такое положение вещей не является извечным; что это — лишь идеологический продукт определённой эпохи. В древней религии, а также сюжетах, подобных мифу о Прометее, Лафарг находит остатки этого нужного ему «альтернативного мироустройства».

Кажется, однако, что матриархат и «первобытный коммунизм» для него — всё же нечто большее, чем просто доказательства исторически преходящей природы капитализма и патернализма. Вместо того чтобы преодолевать существующие противоречия в будущем, на новом этапе развития, Лафарг пытается преодолеть их в прошлом, в возвращении в «радостную» крестьянскую жизнь, но с большей производительностью труда. Примерный сегодняшний аналог — желание вернуться к организации труда и распределения, работавшей при СССР. Несмотря на то, что Ленин в 1914 году, а Сталин — в 1952 году писали о шестичасовом рабочем дне, в нашей стране он так и не был введён. Напротив, говорилось о необходимости в производстве «догнать и перегнать». Вопрос, что делать с людьми, вытесняемыми автоматизацией, также не был внятно решён.

Впрочем, сложно представить, что с подобной задачей справится текущая капиталистическая администрация. Как минимум необходимо увеличение свободного времени дополнить улучшением материального положения и расширением социалки, что позволило бы занять освободившиеся часы с толком. Такое изменение было бы большим шагом вперёд для всей страны, а то и мира. Однако оно требует большей сознательности и организованности от народа, чем большинство обсуждаемых сейчас «реформ».

Автор: Дмитрий Буянов

https://regnum.ru/news/economy/2715042.html


Infos zum Autor
[-]

Author: Александр Запольскис, Дмитрий Буянов

Quelle: regnum.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 22.10.2019. Aufrufe: 81

Kommentare
[-]
 vure | 29.10.2019, 10:49 #
Я не первый раз захожу на этот сайт, я просматриваю этот сайт
на сайте и получайте оттуда постоянные факты.
посетите мой сайт
sahabatqq
samaqq
sanadomino
sejarahqq
senyumqq
shinchanpoker
sinikartu
taipanqq
taktikpoker
terataiqq
Ihre Daten: *  
Name:

Kommentar: *  
Dateien anhängen  
 


zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta