Россия и Китай: газопровод «Сила Сибири» - из настоящего в будущее

Information
[-]

Запуск в эксплуатацию газопровода "Сила Сибири"

Появление в Евразии мощной и разветвленной сухопутной инфраструктуры создает дополнительный импульс сопряжению, вплоть до интеграции, проектов ЕАЭС и «Пояса и пути». А каждый шаг в направлении сближения России и Китая в военной и военно-технической сфере и в технологиях двойного назначения – это очередной «кирпичик» изоляции США в глобальном треугольнике этих стран, где оказавшийся в такой изоляции, как правило, терпит стратегическое поражение.

Владимир Путин и Си Цзиньпин в торжественной обстановке запустили газопровод «Сила Сибири», дав команду на открытие вентиля. Газ с Чаяндинского месторождения в Якутии пошел в Китай. В 2023 году к нему присоединится газ и с Ковыктинского месторождения в Иркутской области. Постепенно, год за годом будут расти и объемы газовых поставок: если в 2020 году запланирована транспортировка 5 млрд кубометров, то в 2021 году — 10 млрд и т.д., вплоть до 2025 года, когда газопровод выйдет на проектную мощность, пик которой заявлен на уровне в 38 млрд кубометров. По различным экспертным оценкам, удельный вес российского газа на китайском рынке на пике поставок в предстоящий 30-летний период, на который рассчитан контракт, составит от 10-ти до 15-ти или даже 20%. Причем, несмотря на то, что импортная политика Поднебесной не допускает монополий. Самое большее — это 12% рынка, и Россия полностью выберет этот максимум, а возможно и превысит его, что говорит о высоком уровне взаимного доверия сторон. К слову, Китай на постсоветском пространстве ведет переговоры по поставкам газа и с Туркменией, но там о двустороннем характере сотрудничества говорить трудно, ибо ветка проложена китайцами и им же и принадлежит.

Большую важность проект имеет и для российских регионов, которые находятся на маршруте. Во-первых, эксплуатация «трубы» — это проекты по освоению территорий, рабочие места, региональные бюджеты и перспективы. И, следовательно, люди, ибо вопрос народонаселения — главное узкое место Сибири и Дальнего Востока. Во-вторых, запланирована достройка двух ответвлений «Силы Сибири». От Благовещенска, где осуществляется пограничный переход в Китай, на Восток, к Хабаровску, а в перспективе — не исключено соединение с подлежащим модернизации Сахалинским трубопроводом, ведущим к Владивостоку. Второе ответвление пойдет от Ковыкты к областному центру Прибайкалья, Иркутску. Газификация — один из решающих параметров, влияющих на масштабы и темпы развития этих территорий. В-третьих, строится Амурский газоперерабатывающий завод, который, являясь частью проекта, позволит развить индустрию газопереработки.

Что означает состоявшееся событие с точки зрения геополитики, частью которой, как известно, является геоэкономика, в том числе трубопроводная? Вопреки заблуждениям, сохраняющим живучесть не только в обывательском, но и в экспертном сознании, китайский маршрут — пока не альтернатива европейскому. И не только по объемам: в Европу в прошлом году направлено около 200 млрд кубометров, а в текущем — чуть больше 190 млрд. Прежде всего, ресурсные базы китайского и европейского экспорта не являются взаимозаменяемыми, между ними не существует «переключателя» потоков. Газ в Европу идет с Ямала, от которого до Чаянды и Ковыкты далековато. Теоретически более вероятно, что взаимозаменяемость западной и восточной «труб» обеспечил бы другой газопровод — «Сила Сибири — 2», ранее носивший название «Алтай». Но под беспрецедентным нажимом Западе в лице ЮНЕСКО с его списками «природного и культурного наследия» и роем вращающихся вокруг них «экологов» и прочих НКО, этот проект был заморожен. Особую роль в этом сыграла Германия, по сути поставившая тогда в зависимость от судьбы «Алтая» европейскую ветку «Северного потока — 2».

Шансы на возвращение к его реализации появляются только сейчас, после владивостокского Восточного экономического форума, на котором, по информации, обнародованной монгольской стороной, достигнуто предварительное соглашение о проведении «Силы Сибири — 2» не напрямую из России в Китай через алтайский заповедник, а транзитом через Монголию. С одной стороны, это вроде бы конструктивный выход из «природоохранного» тупика, отдающего привкусом большой политики, еще больших денег и закулисных маневров глобалистского «зеленого» лобби. С другой, — не факт, что с этим решением согласятся на Западе, где к российско-китайской трубопроводной системе, каким бы маршрутом она ни пошла, имеются три основных претензии, которые под «экологию» лишь маскируются. Первая заключается в том, что в этой системе не задействуется транзит, подобный украинскому, стало быть ограничиваются, причем существенно, возможности ему помешать, дестабилизировав территорию по принципу «евразийских Балкан» (Бжезинского) на Ближнем и Среднем Востоке, где хаос развернут как раз на трубопроводных маршрутах. С ходу приходит в голову повышенная вероятность ответных попыток подрыва в обозримом будущем политической стабильности в Монголии, что американцы в свое время уже проделывали, причем, неоднократно. Значит, Улан-Батору следует сделать интересное предложение, от которого нельзя отказаться.

Второй комплекс претензий Запада к другой ветке «Силы Сибири» является главным как раз с точки зрения российских национальных интересов. Следующий восточный газопровод, в отличие от запущенного сегодня, своей ресурсной базой привязывается к месторождениям не Восточной, а Западной Сибири, в том числе Ямала, откуда проложены ветки европейских экспортных маршрутов. Это и означает ту самую взаимозаменяемость западного и восточного векторов, которая характеризуется термином «переключатель». Подобно Владимиру Зеленскому, который в преддверии заседания «нормандского формата» в Париже признал, что введение «Северного потока» существенно ослабило переговорные позиции Украины, Европа окажется точно в таком же положении. С той лишь разницей, что с Украиной она «в одном окопе» — антироссийском, а с Китаем — в разных.

И если Еврокомиссия со сменой руководства принялась давить на Москву в интересах Киева с помощью европейских судебных инстанций (дискриминационное антироссийское решение по ветке OPAL), то Китай не исключено, что с удовольствием расширит за счет Европы объемы импорта за сегодняшние пределы, невзирая на неписанные «нормы». Очень может получиться так, что подобный вариант будет выгоден и России. Причем как по политическим соображениям — избавиться от навязчивого диктата европейских идеологических принципов и Энергетических хартий, так и по экономическим. Цена на импортный газ на Востоке уже сейчас превысила цены западных рынков, и по мере наполнения европейских НПЗ и сетей СПГ-продукцией из США, эти ценовые ножницы между Европой и Китаем станут лишь нарастать. Обратим внимание: тех, кто будет принимать такое решение в Москве, меньше всего будут интересовать «издержки» противоречий с интересами прозападных «элитариев» с их недвижимостью в баварских и австрийских Альпах или на Лазурном берегу. Не должны интересовать!

Третья группа пока еще даже не претензий Запада к официально обретшему сегодня новое качество взаимодействию России и Китая в энергетической сфере — уже по-настоящему большая геополитика. С одной стороны, надо понимать, что появление в Евразии мощной и разветвленной сухопутной инфраструктуры создает дополнительный импульс сопряжению, вплоть до интеграции, проектов ЕАЭС (или того, что его заменит) и «Пояса и пути». Единая инфраструктура потребует единой системы безопасности, создание которой, в соответствии с преамбулой и рядом статей Хартии ШОС (2002 г.), подтолкнет Москву и Пекин к еще более тесному сближению в военной и военно-технической сфере и в технологиях двойного назначения. Каждый шаг в этом направлении, в свою очередь, — это очередной «кирпичик» изоляции США от России и Китая в глобальном треугольнике этих стран, где оказавшийся в такой изоляции, как правило, терпит стратегическое поражение.

Ну и военная составляющая этих тенденций. Чем шире сухопутный транзит в Китай жизненно важных для него энергоносителей, потребность в которых у Поднебесной с каждый годом растет, а своими силами удовлетворяется менее, чем на половину — тем меньше шансов у 7-го американского флота, контролирующего проливы между Индийским и Тихим океанами, этому транзиту помешать. Уязвимый на море, такой транзит будет надежно защищен от внешних угроз гигантскими сухопутными пространствами, куда доступ англосаксам закрыт, и его открытие, в отличие от времен «Большой Игры», не предполагается.

Учитывая вышеизложенное, еще раз подчеркнем: сегодняшнее, действительно, неординарное событие — это важный, но лишь самый первый шаг по пути «принуждения» Запада к адекватности и конструктивным подходам, которые не совместимы ни с практикой глобального диктата, ни с представлениями о собственной цивилизационной или, в прочтении британских первоисточников, расовой исключительности.

Автор: Владимир Павленко

https://regnum.ru/news/polit/2795736.html

***

Приложение: В чем "Сила Сибири"? Пять фактов о проекте

2 декабря 2019 года "Газпром" торжественно запустил один из своих самых крупных проектов - газопровод в Китай. DW собрала основные факты.

О старте поставок российского газа в Китай по газопроводу "Сила Сибири" договорились президент РФ Владимир Путин и председатель КНР Си Цзиньпин. Они же и приняли участие в торжественном открытии газопровода в режиме телемоста 2 декабря. Таким образом, "Газпром" начал выполнять свои обязательства по договору, заключенному с Китайской Национальной Нефтегазовой Корпорацией (CNPC) в мае 2014 года на ближайшие 30 лет.

Характеристики "Силы Сибири" и политический контекст

"Крупнейшая система транспортировки газа на востоке России" - так охарактеризован проект "Сила Сибири" на официальном сайте "Газпрома". А Владимир Путин на старте проекта называл его "крупнейшим в газовой сфере для эпохи СССР и России". Магистральный газопровод будет транспортировать газ Иркутского и Якутского центров газодобычи российским потребителям на Дальнем Востоке и в Китай. Общая протяженность составит около 3 тысяч километров, экспортная мощность - 38 млрд кубометров в год. Трасса проходит по территории Иркутской и Амурской областей, а также республики Саха.

"Газпром" и CNPC подписали договор в мае 2014 года, спустя примерно два месяца после аннексии Россией Крыма и последовавших вслед за этим со стороны Запада санкций в адрес Москвы. Объявление о заключении с Китаем "контракта века" прозвучало как ответ на эти санкции на XVIII Петербургском международном экономическом форуме. Подписание состоялось 21 мая в 4 утра по китайскому времени - форум открылся на следующий день. Тема "восточного разворота" России тогда впервые артикулировалась российскими спикерами.

Переговоры о подписании полномасштабного газового контракта с Китаем велись "Газпромом" более десяти лет, однако стороны не могли прийти к обоюдовыгодному соглашению. В итоге общая цена контракта составила 400 млрд долларов на 30 лет (в объеме 38 млрд кубометров в год). Конкретная цена газа (как и формула цены) не раскрывалась, было лишь сказано, что она привязана к цене на нефть.

Инвестиции в газопровод: окупаемость не важна?

Перед началом строительства, озвучивая оценки затрат на проект, глава "Газпрома" Алексей Миллер говорил о том, что объем российских инвестиций составит 55 млрд долларов. В дальнейшем в СМИ появлялась информация об удорожании газопровода - "Газпром" объяснял это тем, что контракты по строительству заключались в базовых ценах 2014 года, являвшихся предварительными.

Глава East European Gas Analysis Михаил Корчемкин обращает внимание на "небрежное отношение руководства "Газпрома" к информации об инвестициях в "Силу Сибири". По его словам, показательно, что "когда "Газпром" сократил  длину "Силы Сибири" на треть, это никак не отразилось на стоимости". Такой подход, по мнению эксперта, свидетельствует "о желании скрыть реальные затраты на реализацию и, соответственно, будущие амортизационные расходы".

Не питали надежды по поводу окупаемости и официальные лица. "В данном случае речь идет не об инвестициях в проект, которые должны в последующем окупиться…", - заявил на заседании Госдумы 24 апреля 2015 года замминистра энергетики Юрий Сентюрин. Как говорит Михаил Корчемкин, "газовое соглашение с Китаем имеет явно политический характер. Китайская сторона прекрасно понимала, что президент РФ пойдет практически на любые уступки, и получила все, что хотела". Тем не менее, всех, кто высказывал предположения в нецелесообразности проекта, ожидали санкции. Так, в мае 2018 года аналитики Sberbank CIB Александр Фэк и Анна Котельникова были уволены за доклад, в котором говорилось о том, что "Сила Сибири" имела более дешевую альтернативу (примерно в 5,5 раза) - газопровод "Алтай".

Будет ли спрос на газ и хватит ли предложения

Ожидается, что "Сила Сибири" выйдет на проектную мощность в 38 млрд кубометров в 2025 году, а в 2022 году поставки достигнут 16 млрд кубометров. "График представляется реалистичным", - заявил DW аналитик по газу Центра энергетики бизнес-школы Сколково Сергей Капитонов. По его словам, оба месторождения (Чаяндинское и Ковыктинское), которые станут ресурсной базой, способны обеспечить добычу выше предусмотренных проектом объемов (25 млрд кубометров для каждого).

Что касается спроса, то эксперт уверен в том, что он будет достаточным. "Объемы поставок определяются контрактом, который предусматривает денежные санкции для поставщика или покупателя за недопоставку или за невыборку газа (условие take-or-pay). Поэтому нельзя ожидать того, что фактические объемы окажутся ниже предусмотренных проектом", - считает он. Михаил Корчемкин полагает, что спрос все же может оказаться ниже прогнозируемого: "Опыт предыдущих экспортных проектов "Газпрома" показывает, что спрос на газ всегда отстает от прогнозов".

Эксперты в последнее время указывают на замедление роста китайской экономики как на один из факторов риска, однако, как говорит Сергей Капитонов, "несмотря на все неопределенности, в целом Китай сегодня находится на пути к превращению в один и наиболее емких газовых рынков в мире". Эксперт напоминает, что официальные прогнозы Китая предусматривают рост потребления газа в стране до свыше 600 млрд кубометров к середине 2030-х годов.

Конкуренция на китайском рынке - потеснит ли "Газпром" поставщиков СПГ

Однако же российский газ - далеко не единственный на китайском рынке. Здесь "Газпрому" предстоит столкнуться с такими конкурентами, как поставщики сжиженного природного газа (главным образом, Австралия). Некоторые аналитики, в частности, китайские, уже высказали предположение о том, что австралийцам придется потесниться, а экспансия СПГ на рынок Китая может и вовсе остановиться.

В Центре энергетики Сколково считают, что емкости китайского рынка хватит на всех, тем более что СПГ и трубопроводный газ будут поступать в разные регионы. "Газ "Силы Сибири" - это северные провинции Хэйлунцзян, Цзилинь, Ляонин (у ряда из которых плохо развита местная газораспределительная сеть, и поставки газа из России окажутся стимулом к ее развитию) и - далее - центральные регионы. СПГ – это, прежде всего, решение для прибрежных районов преимущественно в южной части страны", - говорит Капитонов.

Бенефициары "Силы Сибири": регионы или подрядчики

Говоря о пользе "Силы Сибири", представители "Газпрома" и чиновники делают акцент на том, что проект позволит ускорить развитие удаленных регионов. Однако выбранная трасса проходит вдали от населенных пунктов и выходит к потенциальным потребителям только вблизи границы с Китаем.

"Газификация Байкальского региона становится непомерно дорогим удовольствием. Маршрут от Ковыкты до Иркутска через Якутию протянется на четыре с лишним тысячи километров. Компания "Русиа Петролеум" (владела лицензией на разработку Ковыкты, принадлежала ТНК-ВР. - Ред.) собиралась проложить трубу Ковыкта - Саяны - Иркутск длиной 645 км. Но в итоге получилось так, как будто маршрут выбирали подрядчики (основными подрядчиками строительства экспортных газопроводов "Газпрома" являются компании, аффилированные с Аркадием Ротенбергом и Геннадием Тимченко. - Ред.)", - отмечает Корчемкин.

Эксперт напоминает, что "Газпром" вложил более 100 миллиардов долларов в расширение единой системы газоснабжения для подачи газа в "Южный/Турецкий поток" и два "Северных потока". "Реальный положительный эффект от этих проектов заметен только у подрядчиков "Газпрома". Ни регионы, где проходят трассы газопроводов, ни смежные отрасли не выделяются какими-то особенными темпами развития", - говорит Михаил Корчемкин.

Впрочем, один плюс для Дальнего Востока, по его словам, будет - "заметный позитивный эффект может дать Амурский газоперерабатывающий завод". Завод должен быть запущен в 2024 году и будет выделять гелий, этан и другие углеводороды из газа, транспортируемого по "Силе Сибири".

Автор: Евлалия Самедова

https://p.dw.com/p/3Tz0k

***

Мнение эксперта: «Газопровод «Сила Сибири» - историческая показуха. Проект не окупится».

Газопровод «Сила Сибири» торжественно открыт лидерами России и Китая по телемосту. Первую в истории трубу в Поднебесную «Газпром» строил пять лет, но не все понимают - зачем. Суть договорённостей далека от рынка: «Не окупится лет за 10».

Об этом изданию  fontanka.ru рассказал нефтегазовый аналитик, партнёр агентства RusEnergy Михаил Крутихин.

 «Разрешите дать команду на открытие линейного крана», – сказал 2 декабря глава «Газпрома» Алексей Миллер Владимиру Путину. «Разрешаю», – ответил президент, и, не дожидаясь окончания фразы, шеф газовой монополии дал команду открыть заветный кран «линейному диспетчеру». На экране замелькали цифры. Первые десять секунд – первая тысяча кубометров сибирского газа для КНР. «Исторический проект», – сказал глава Российского государства. «Сердечная благодарность, это знаковый проект», – ответил коллега Синь Цзиньпин по телемосту.

Суть договорённостей далека от рынка: «Не окупится лет за 10», – заявил в интервью «Фонтанке» нефтегазовый аналитик, партнёр агентства RusEnergy Михаил Крутихин.

Издание «fontanka.ru»:  – Михаил Иванович, «Сила Сибири» – «историческое событие» не столько для глобального рынка, сколько для России и КНР, сказал Владимир Путин, торжественно «разрешая» пустить газ китайцам. Как россиянину понять, что это для страны, а что для глобального рынка?

Михаил Крутихин: – Если в двух словах, то «Сила Сибири» – это очень затратная показуха. Для глобального рынка этот проект ничего не даёт. В будущем году нам обещают прокачать за год 5 млрд кубометров природного газа по этой трубе в Китай. А для того, чтобы выйти на заявленные 38 млрд кубометров в год, по моим расчётам и по расчётам моих знакомых экспертов в том же «Газпроме», надо примерно ещё 10 лет. И для этого нужно разработать не только одно Чаяндинское месторождение (Ленский район Якутии, открыто в 1983 году. – Прим. ред.), но ещё и Ковыктинское газоконденсатное месторождение (северо-восток Иркутской области, открыто в 1987 году. – Прим. ред.). Нужно соединить эти месторождения новой трубой ещё на 900 километров. Набурить новых скважин, поставить новые компрессоры, довести до ума, фактически построить газоперерабатывающий завод в Амурской области. И вот только тогда, через 10 лет, если китайцам это будет ещё нужно, газопровод выйдет на заявленную мощность. Но, судя по всему, китайцам этот объём газа не нужен вообще.

Происходит примерно то же самое, что было с открытием газопровода Сахалин – Хабаровск – Владивосток (построен в 2011 году. – Прим. ред.). Тогда на торжественный пуск подвезли баллон кухонного газа, зажгли огонёчек под нажатую кнопку, но с тех пор фактически тот газопровод не работает. Там прокачиваются минимальные объёмы газа. С одного конца нет достаточного количества газа, а с другого конца нет достаточного потребления. Но построили. Торжественно пустили. «Сила Сибири» – такая же показуха. В прошлом году министр энергетики Александр Новак в Госдуме честно признался, что это не коммерческий проект. Прибыли России «Сила Сибири» не даёт. Это чистые затраты.

– Но позвольте, акции «Газпрома» растут на позитивных новостях от «Силы Сибири» с конца октября. Как новая труба влияет на развитие «Газпрома»?

– Только затратами. Прибыль «Газпром» от этого проекта не получит никогда. Вот передо мной лежит график капитальных вложений в этот проект до 2030 года. В этом же графике по пунктам расписаны прибыли от этого проекта. И в самом конце есть графа «период окупаемости». И стоят два русских слова: не окупается. До 2030 года «Сила Сибири» даже не окупится.

– Что за провокационная бумажка у вас на столе?

– А это выводы научно-исследовательского института, который готовил для «Газпрома» обоснование инвестиций в этот проект. Естественно, бумажка для «служебного пользования». Но она настолько красноречивая, что я взял на себя смелость её процитировать «Фонтанке». Мы тоже в RusEnergy считали этот проект. У нас получалось, что полные затраты на «Силу Сибири», включая разработку месторождений, строительство трубопроводов со всеми компрессорными станциями в дикой тайге, газоперерабатывающего завода, перехода под Амуром, газохимического производства, которое там же будет в будущем, составляют отнюдь не 55 млрд долларов, о которых вслух говорит «Газпром». У нас получалось около 100 млрд долларов. «Газпром» врёт. Первый раз в мае 2014 года – когда они подписали «контракт» с китайцами в Шанхае по «Силе Сибири». Но это был не контракт, это был меморандум о взаимопонимании, в который потом вставляли нужные цифры, чтобы это немного напоминало контракт. Следующее враньё было, когда объявили, что китайцы дадут 20–25 млрд долларов, чтобы это всё построить. Китайцы ничего не обещали и в итоге ничего не дали. Все деньги – от «Газпрома», а это значит, что деньги госкомпании были взяты из карманов налогоплательщиков. Красиво Россия заплатила за никому не нужный газопровод! Отвечая на ваш вопрос про простого гражданина, я говорю, что «Сила Сибири», конечно, влияет. Но исключительно негативно. На строительство ушли деньги налогоплательщиков. В выигрыше только компании, которые строили этот никому не нужный газопровод. То есть компании господ Ротенберга и Тимченко. «Газпром» же тратил свои средства. Никто ему в долг не дал. Повышение стоимости акций «Газпрома» – не более чем внутрибиржевая игра. Ничего общего с «Силой Сибири» эти скачки акций не имеют.

– То есть мне не показалось, что китайские друзья во время торжественного пуска газа были заметно веселее? Путин, Миллер и другие действующие лица были подчёркнуто спокойны, если не сказать равнодушны. Товарищ Си и его помощники широко улыбались и очень громко говорили.

– Есть причины для улыбок и радости китайцев. Первая: китайцы на том конце трубы являются уникальным покупателем. Это называется не «монополия», а «монопсония». То есть один покупатель. И он может диктовать какие угодно условия поставщику. Он один покупатель у поставщика. Это изменить нельзя.

– Соседним монголам этот газ не продать?

– Вообще никому его там не продать. Один покупатель на трубе. И они будут диктовать свои условия точно так же, как они диктовали условия по цене на нефть в нефтепроводе от «Роснефти». Получили скидку – «Роснефти» пришлось соглашаться.

Я ещё два года назад в Пекине беседовал с китайскими чиновниками о том, что для них «Сила Сибири». И они мне сказали, что, если военно-политическая обстановка в Тихом океане не позволит им получать сжиженный природный газ в тех объёмах, что им нужно, вот тогда они будут эти объёмы получать через «Силу Сибири». Это у них запасной вариант такой. И для них это очень выгодно. Тем более что в Китае снижается потребление газа. В октябре зафиксировано снижение импорта газа из Средней Азии по трубе на 20% с лишним, а импорта сжиженного природного газа – на 14%. То есть Китай не повышает, а снижает потребление импортного газа. И вот в этот момент мы торжественно открываем трубу, навязанную ими. Они получили ключ от кладовки, которым они как захотят, так и будут пользоваться. И всё это за счёт наших налогоплательщиков.

– И всё же. Пусть и не сейчас, но 38 млрд кубометров газа в год не могут не сказаться на мировых рынках.

– Поймите же. Газа на рынках навалом. Цены смехотворные, что в Европе, что в Азии. Такого, кстати, давно не было. Например, «Газпрому» продавать газ в ЕС нужно примерно по цене 5,5–6 долларов за 1 млн британских тепловых единиц (БТЕ). А на будущий год цены в Европе планируются на уровне 2 долларов. И в такой ситуации китайцы будут диктовать «Газпрому» всё что угодно. Прибыли не будет.

– Си Цзиньпин сказал, что внешние отношения обеих стран – главное направление международного сотрудничества и Китая и России. Будем укреплять сотрудничество. Какой энергетический проект станет следующим?

– Китайцы сейчас уже вошли во второй проект по сжиженному природному газу в Арктике. И они – не покупатель. Они – партнеры международного консорциума. Российские власти подарили этот газ международному консорциуму во главе с «Новатэком». Газ, который будет выходить из скважины, уже будет принадлежать международному консорциуму, включая китайцев. Это будет сразу и их газ. Там введён специальный налоговый режим. В течение 12 лет этот консорциум не платит России никаких налогов. Ни на добычу полезных ископаемых, ни на прибыль, ни экспортную пошлину на газ, ни пошлину на импорт оборудования. Вообще ничего. Подарок.

– Подарки иногда дарят с далеко идущими планами. Нам-то что потом с этой щедрости?

– Ничего. Мы красиво надуваем щёки. Теперь можно говорить, что мы тоже участники глобального рынка торговли газом. Всё. Вот этим наша выгода в глазах нашего руководства и ограничивается. Ну, и ещё хорошо заработали товарищи, которые строят.

– Весной СМИ писали про забастовки субподрядчиков строительства. Сегодня подчёркивали, что всё сделали строго в срок. Обиженных много осталось?

– Думаю, очень много. «Газпром», как правило, очень сильно задерживает выплаты всем подрядчикам. Но проверить это невозможно. Доступа к строительным площадкам «Газпрома» нет. Это одна из самых секретных организаций. Сколько она на самом деле туда вбухала денег, не знает никто. Заявлено 55 млрд долларов. Известно, что 2019 и 2020 годы – пиковые по объёмам трат по капитальным вложениям. Но я уже сказал, что вся затея приближается к 100 млрд долларов.

– Игоря Сечина с его газом в эту трубу пустят? Летом глава «Роснефти» демонстрировал большое желание влиться в этот проект.

– Кто же его туда пустит! Есть «Газпром». У него монополия на экспорт. А Игорь Иванович влезает не то что невпопад... Рано или поздно нужно будет как-то вводить в РФ газовый рынок. У нас же его нет! А чтобы был равноправный доступ на этот будущий рынок, нужны равные условия игры. Для этого «Газпром» надо лишать операторства над трубопроводами, где он себя ведёт, как хочет. И дальше лишать компанию монопольного права на экспорт. И вот тогда российские потребители смогут выбирать, кто будет поставлять им газ и по какой цене. Будет конкуренция, будет всё нормальнее. Так же, как во всех остальных странах.

– То есть мы должны Сечину спасибо сказать? Он же рыночные принципы прокачивает!

– Ну, в данном случае – да. Здесь он прокачивает либерализацию российского газового рынка. Он в правильном направлении давит. Но давить тут очень тяжело. Ведь давить надо не только против «Газпрома», а ещё и против Минфина. Потому что любая такая серьезная рыночная реформа обязательно сопряжена с провалом в получении доходов в госбюджет. И Минфин будет спиной стоять против любой реформы, которая неминуемо на какое-то время скажется на доходах страны. Не потому, что рынок менее выгоден, чем монополия. А потому, что в период перестройки обязательно будут провалы в доходах казны.

– Если газа, как вы сказали, навалом, а Китай может диктовать нам ценовую политику, значит, они могут с выгодой для себя реэкспортировать газ из «Силы Сибири»?

– Нет. Китаю это не нужно. И у них нет возможностей для реэкспорта. Сейчас они хорошо развивают свою добычу. И потом, они не слишком активно переходят с угля на газ. Они строят новые электростанции, которые работают на современных технологиях на угле, а не на газе. Китайская экономика замедляется. Не надо верить китайской статистике. (Смеётся.) Китаю столько газа, сколько «Газпром» хочет им продавать, не нужно. «Сила Сибири» – это их стратегический запас. Страховка. Не случайно именно в тех районах, куда газ будет приходить в КНР, то есть на севере и северо-востоке страны, усиленно строят новые терминалы по приёму сжиженного природного газа. Без расчёта на российский природный газ. Это, в том числе, им позволит диктовать свои условия России, то есть покупать за бесценок.

– То есть в случае ухудшения отношений с КНР Россия не сможет этой новой трубой пользоваться так же, как трубой в Украину? «Сила Сибири» может быть элементом «политического давления»?

– Нет. Ровно наоборот. Если Москва им что-то такое скажет, китайцы просто похихикают, как сегодня. У них полно газа. Есть газопровод из Мьянмы. Есть сжиженный природный газ. Собственную добычу активно развивают. Их веселье на торжественной церемонии сегодня совершенно оправданно.

– В чём слабость «Силы Сибири»? На торжественном пуске глава «Газпрома» Алексей Миллер заявил, что Чингинское месторождение – «самое большое».

– Глупость. Сначала думали, что оно сможет давать 33 млрд кубометров газа в год, затем геологи сократили цифру до 25. Сейчас есть подозрения, у меня есть сигналы от геологов «Газпрома», что больше 17 оно не даст. А для того, чтобы выйти на заявленные 38 млрд кубов в год, нужно добывать 42 млрд кубов. Ведь в газе из земли не только метан, который можно экспортировать. Там же ещё и никому не нужный азот – 7%. Ещё этан, бутан и прочее сырьё для нефтехимии. Там же ещё гелий, который нужно выделять. Дополнительные объёмы – это новые, ещё не построенные сотни километров трубопроводов.

– Можно поздравить Михаила Борисовича Ходорковского? Его идея наконец-то реализована? ЮКОС же хотел тянуть трубу к китайцам ещё в начале нулевых.

– Да, там был и газ в проекте. Но в основном тогда ведь речь шла про продажу нефти в Китай, а не газа. В этом смысле его не поздравить. Сказать, что если бы строил газопровод условный Ходорковский, то было бы иначе, я не могу. Там очень быстро проект ЮКОС перешёл под контроль к другим компаниям. ТНК-BP вмешалась, но потом бросила это дело. Были большие сложности. Думаю, что и тогда бы всё не заиграло. Перспективы были слабые ещё тогда. Но если про стоимость самой трубы, то у Ходорковского бы получилось точно в разы дешевле и быстрее. Но ценность китайского рынка уже тогда была под большим вопросительным знаком. Сегодня этот вопросительный знак вырос ещё больше. Не думаю, что Ходорковский сегодня радуется. Это не его проект. Это чудовищно затратная показуха. Это не бизнес-схема.

Автор: Николай Нелюбин,  опубликовано в издании  Фонтанка.ру

http://argumentua.com/stati/istoricheskaya-pokazukha-ne-okupitsya-ekspert-o-tom-zachem-kremlyu-sila-sibiri

***

Ответ эксперта критиканам: нужен ли российский газ Китаю?

Это уже становится традицией. Стоит России взяться за какой-нибудь большой и сложный проект, как оппозиция начинает дружное хоровое пение в стиле классических греческих трагедий. Сначала про ничего не получится, потому что подобные задачи «этой» стране точно не по плечу. Потом, что в процессе все деньги разворуют, а сроки точно сорвут.

А когда дело доходит до торжественного пуска, они немедленно переключаются в режим «всёпропальщиков»: мол, сделанное всё равно бесполезно, уже сейчас, мол, видно, что расходы не окупятся никогда, и, вообще, лучше бы сразу деньги раздали пенсионерам. Так было с первым «Северным потоком», так было с газопроводом в Турцию, так было с Крымским мостом, и точно так же, один в один, всё теперь повторяется с газопроводом «Сила Сибири».

Не успела закончиться торжественная церемония пуска, как отечественные либеральные СМИ и особенно либероидные телеграм-каналы буквально взорвались материалами экспертов про «историческую показуху» и ненужность Китаю российского газового экспорта по причине неких невероятных успехов собственной внутренней добычи, а также падения внутреннего спроса на газ.

Якобы по планам КПК, внутренний спрос на 2019 год планировался в 360 млрд кубометров, а по факту составил всего 305,6 млрд. В связи с чем предложение достигло 315,2 млрд, тем самым сформировав аж 9,7 млрд «излишков». Дальше будет только хуже, так как превышение предложения над спросом всё равно сохранится, а Китай отказался (!), мол, «в связи с «Газпромом» от регулирования цен на газ на внутреннем рынке. Ну, и дальше в том же стиле — «шеф, всё пропало!».

Это забавно уже потому, что буквально неделю назад эти же эксперты ни словом не возражали против консолидированных (в том смысле, что между собой значительно совпадающих и взаимодополняющих друг друга) прогнозов министерства энергетики США, OPEC, экспертного сообщества Евросоюза, ведущих мировых нефтегазовых корпораций, а также собственной китайской статистики.

А она гласила, что с 2000 по 2017 год потребление газа в Китае выросло в 16 раз, с 15,8 до 240,4 млрд кубометров в год. И продолжает увеличиваться. Причём из этого объёма на энергетику приходится всего 15%. То есть основным драйвером роста пока остаются домохозяйства. В 2017 году ожидалось, что их спрос вырастет на 5%, а он увеличился сразу на 17% и продолжает опережать прогнозы по настоящий момент.

Собственная добыча тоже существует, но на 38% оказывается ниже потребления (149,2 млрд кубометров). Разницу покрывает импорт, составивший в 2018 году 125,5 млрд кубических метров. Где тут алармистские источники находят переизбыток предложения — непонятно. Потому что рынок говорит об обратном: доля импорта достигла уже 44% потребления и за последний год выросла на 13 процентных пунктов или практически на треть.

Специалисты французского института международных отношений (IFRI) обоснованно прогнозируют увеличение внутренней потребности Китая в газе до 600 млрд кубометров к 2030 году, что сделает КНР вторым по размеру мировым газовым рынком. В том числе благодаря целевой программе КПК по сокращению объёмов угольной генерации и её замене газовой. Хочется всёпропальщикам напомнить один маленький «пустячок»: в 2018 доля газа в энергоснабжении Китая составила только 7,8%, а угля — 78%.

То есть имеющаяся диспропорция с учётом экологической составляющей и общее движение китайской энергетической политики в будущем — понятны: пропорция должна быть прямо обратная. Соответственно, к 2030 году газ должен занимать уже 15%, а к 2040 им должно быть заменено не менее 20% угольной электрогенерации страны. Но ведь это «только»! Так как надо заменить не 20, а 70% угольной генерации. То есть двигаться и двигаться.

Что же касается внутренней добычи, то она тоже растёт, но сильно ниже планов. За последний год прирост составил всего 9%, и, похоже, это почти предел. Как и в США, ставка на сланцевую добычу в Китае также не сыграла. Вместо двукратного роста удалось обеспечить всего 40%, и по итогам 2019 показатель ожидается ещё хуже. Во всяком случае, от планов сланцевой революции в Китае отказался последний крупный иностранный инвестор — BP, полностью вышедший из сланцевых проектов вслед за Shell, ExxonMobil, ConocoPhillips и Eni.

Кстати, проект газопровода из Мьянмы тоже оказался не слишком конкурентным. Размер местного газового месторождения оказался сильно переоценён. При проектной мощности в 12 млрд кубометров он последние шесть лет загружен от силы на треть. При этом сама Мьянма испытывает дефицит газа на внутреннем рынке, для покрытия которого правительство бьётся между дилеммой масштабного, в разы, снижения экспорта или столь же масштабного расширения импорта СПГ.

Так что перспективы сбыта 38 млрд кубометров газа в год для «Силы Сибири» вполне обоснованы, реалистичны и даже недостаточны для растущей китайской экономики. По крайней мере до 2049, когда Китай планирует достичь положения мирового промышленного гегемона и кардинально снизить темпы своего промышленного роста, следовательно и стабилизировать объём потребления энергоносителей.

Но это если смотреть на вещи объективно. Либеральным критикам требуется совершенно иной результат. Отсюда и столь яростная их приверженность традициям голого критиканства. Ну, не может Россия делать что бы то ни было хорошее и успешное. Не может, и точка. Крымский мост вот-вот смоет ближайшим зимним (зачеркнуто, весенним) штормом, а русский газ в Китае вообще не будут покупать. Потому что потому.

И совсем неудивительно, что всплеск взбалмошного и неподтверждённого аргументами алармизма начался именно сейчас, в день запуска российско-китайского газопровода. У критиканов всегда так. Хайп ценен только к дате. Потом про него все забывают. Потому что прекрасно понимают его заведомую тенденциозность. Однако в ближайшие несколько дней пресса хайп на громкой теме ловить, конечно же, будет активно.

Автор: Александр Запольскис

https://regnum.ru/news/economy/2795967.html

***

Дополнение 1. Первый автодорожный мост из России в Китай достроен на Дальнем Востоке

Трансграничный мост через реку Амур соединил российский Благовещенск и китайский город Хэйхэ. Движение по нему обещают запустить весной 2020 года. Проезд будет платным.

Грузовое автомобильное движение по новому мосту будет запущено весной 2020 года. Строители российской части автомобильного моста из России в Китай в пятницу 29 ноября сдали объект. Это двухполосный мост протяженностью чуть больше километра, подъездные пути составили еще 20 километров с обоих сторон.

Проекту автомобильной магистрали в Китай уже больше 20 лет, первое межгосударственное соглашение было подписано в 1995 году. Это первая возможность сухопутной связи в регионе. Строительство началось в декабре 2016 года, общая стоимость оценивается почти в 19 миллиардов рублей. Пока завершено лишь строительство самого моста, подрядчикам осталось благоустроить территорию.

Открытие грузового движения планируется на апрель 2020 года, до тех пор он будет в тестовой эксплуатации. Пассажирское движение обещают запустить примерно через полтора года, когда будут построены пункты пропуска.  Пока что решено строить временный пункт пропуска, для грузовиков, для чего летом российское правительство выделило из резервного фонда 466 миллионов рублей.

Проезд по мосту Благовещенск-Хэйхэ будет платным

Стоимость проезда по мосту пока не определена, управлять объектом должна российско-китайская компания в рамках концессии. Мост рассчитан на проезд ежедневно 630 грузовиков, 164 автобусов и 68 легковых автомобилей.

Сейчас товарооборот между Приамурьем и Китаем составляет 500 тысяч тонн, такие данные привел на церемонии открытия моста министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Александр Козлов. Ожидается, что после запуска движения по мосту грузооборот вырастет в восемь раз и больше не будет зависеть от смены сезонов.

Автор: Ольга Тихомирова

https://p.dw.com/p/3Tw1X

***

Дополнение 2. Российская экономика прирастет метанолом

Отечественные предприятия добились полной независимости от импортных технологий и оборудования при его производстве.

Конец 2019 года отметился несколькими знаковыми событиями для российской газодобывающей и газохимической промышленности. Самое громкое, конечно — это ввод в эксплуатацию газопровода «Сила Сибири». А на днях СМИ сообщили, что в посёлке Сковородино, рядом с которым прошел этот газопровод, будет построен завод по производству метилового спирта с экспортным прицелом на Китай, Японию и Южную Корею.

Правда, этот завод выйдет на полную мощность только в 2023 году. Но есть предприятия, которые запустят производство уже летом этого года! Россия входит в небольшой пул стран-экспортёров этого востребованного сырья и уже добилась полной независимости от импортных технологий и оборудования при его производстве. Это говорит о серьезных планах России на «метанольную экспансию», необходимость которой диктуется рынком: по прогнозу Vygon Consulting, за ближайшие семь лет мировое потребление метанола должно вырасти на 60,5%.

Анонсированный проект в Амурской области — не единственное свидетельство позитивного «драйва» в российской газохимии. Из источников в отрасли известно также о скором запуске еще одного нового крупного завода по производству метанола: пробный запуск должен состояться уже весной 2020 года. Завод, что немаловажно, будет производить метанол с использованием только российских технологий и оборудования — то есть импортозамещение в отрасли реализовано на все 100 процентов.

Самый же масштабный проект в этой сфере «вынашивает» Газпром, как сообщают «Ведомости», в партнерстве с концернами SABIC из Саудовской Аравии и SOCAR из Азербайджана. В планах госкорпорации заявлено строительство газохимического комплекса на полуострове Ямал, на базе Бованенковского кластера месторождений.

Неудивительно поэтому, что в России на текущий момент к строительству заявлено полтора десятка крупных метанольных производств суммарным выпуском около 19 млн тонн продукта в год. И, конечно, российские инвесторы, вкладывающее средства в создание и развитие газохимических производств, ожидаемо рассчитывают на поддержку со стороны государства.

В аналитическом докладе упомянутой выше компании Vygon Consulting назывались два основных сдерживающих фактора развития этой отрасли. Первый — слабая логистическая инфраструктура: на всю Россию есть только один портовый терминал по перевалке данного продукта, который находится в порту Находка, и для поставок метанола на запад экспортёры вынуждены использовать финский порт Котка, что значительно увеличивает транспортные расходы. Второй фактор — отсутствие льготного кредитования.

Тем не менее у государства есть определенные инструменты стимулирования отрасли, которые могут частично компенсировать издержки производителей на сложную логистику и обслуживание дорогих кредитов. Например, можно частично пересмотреть правительственные льготы на импорт оборудования и технологий, которых нет в России. Ввозные пошлины «обнулялись» совсем вроде бы недавно, в 2015 году, однако импортозамещение идет ударными темпами, и в той же газохимической отрасли при производстве метанола сегодня можно в полной мере обойтись отечественными разработками. А деньги от пошлин за импорт оборудования направить на преференции тем, кто способствует импортозамещению.

В общем, механизмы государственного стимулирования тех или иных отраслей экономики требуют не менее точной и оперативной «наладки», чем сложные производственные механизмы. А в сфере производства метанола, где Россия имеет все шансы «подвинуть» на мировом рынке таких конкурентов, как страны Ближнего Востока, это особенно важно.

На долю нашей страны сегодня приходится 4% мирового экспорта метанола, при этом внутренние потребности полностью закрываются отечественными предприятиями. Практически решенным делом можно считать переход морских судов на заправку метанолом: за это двумя руками голосуют все судовладельцы мира, ведь экономия получается очень существенная. То есть рост спроса на метанол во всем мире на многие годы вперед практически гарантирован.

При этом для России речь, повторим, идет об «одностроннем» экспорте — когда для производства экспортируемого продукта не используются ни иностранные технологии, ни иностранное оборудование, ни иностранная рабочая сила. Это, пожалуй, то, о чем мечтает правительство любой страны и на развитие чего должны быть направлены усилия всех государственных институтов.

Автор: Андрей Селиванов

https://regnum.ru/news/economy/2815679.html


Infos zum Autor
[-]

Author: Владимир Павленко, Евлалия Самедова, Александр Запольскис, Николай Нелюбин, Ольга Тихомирова, Андрей Селиванов

Quelle: regnum.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 01.01.2020. Aufrufe: 79

Kommentare
[-]

Kommentare werden nicht hinzugefügt

Ihre Daten: *  
Name:

Kommentar: *  
Dateien anhängen  
 


zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta