Что произошло в российской политике 15 января 2020 года: объясняют эксперты

Information
[-]

«Изменение формы манипуляции» или «революция сверху»?

***

Почему Путин выбрал Мишустина и что будет дальше

Владимир Путин меняет конституцию, но не уходит с поста президента. Так он избавляется от ответственности за экономику и начинает решать "Проблему-2024", считает Константин Эггерт.

Всему миру теперь предстоит выучить фамилию Мишустин. Скорее всего, надолго. Михаил Мишустин, который считается создателем идентификационного номера налогоплательщика (ИНН) и службы единого окна, похоже, олицетворяет в глазах Путина эффективную технократическую бюрократию без политических амбиций. Ей можно доверить управлять экономикой, и ее может безопасно назначать парламент. Тот самый, которому после скорого изменения конституции расширят полномочия. И который - если Мишустин покажет себя с правильной для Кремля стороны - вполне может вновь утвердить его главой кабинета.

Владимир Владимирович не меняет профессию

Своим выступлением перед Федеральным собранием 15 января Путин запустил процесс решения так называемой "Проблемы-2024", о чем автор этих строк писал и говорил не раз, - трансформации власти после окончания его четвертого президентского срока. Точнее - это теперь ясно - задолго до его окончания. Предложенная президентом Путиным конституционная реформа (в сущности, это будет новая конституция) не может ждать не только до 2024, но и до 2022 года.

В Кремле понимают: экономика в застое, если не сказать в кризисе. Народ начинает раздражаться, рейтинги власти и даже самого Путина падают. Государственное ТВ теряет магическую силу. Международной изоляции не видно конца. В этих условиях ждать еще почти пять лет - гигантский риск.

С конституционным референдумом власть тянуть не станет, да это бы и выглядело странно. А за ним вскоре будут новые выборы в Государственную думу. Президент же останется на своем постудо конца срока, а к этому моменту его администрация разработает какую-то новую схему. Например, сделает ключевой должность главы Госсовета и придумает для него отдельного председателя (сейчас это президент страны - по должности). Кстати, Государственный совет неслучайно теперь будет узаконен конституцией.

Предложенные президентом изменения призваны избавить Путина от надоевшей ему (и все более небезопасной для него) ответственности за все в стране, но, прежде всего, за экономику и социальную сферу, где ситуация невеселая. Теперь громоотводами общественного недовольства будут работать премьер и депутаты: "Зарплаты, говорите, маленькие? Ничего не знаем. Вы же сами этих людей выбирали, к ним и обращайтесь. У нас же демократия".

Как будут выбирать послушных депутатов - пока не совсем ясно. Политические партии, и, самое главное, "Единая Россия" гражданам надоели, не сказать обрыдли. Скорее всего, сделают выборы не по партийным спискам, а по одномандатным округам. Что, конечно, будет очень рискованно в случае, если политический режим начнет шататься. Но ведь вся трансформация задумана так, чтобы он стоял если не вечно, то еще очень долго.

Сам же Владимир Владимирович займется принуждением Беларуси к объединению, а также Донбассом, Ливией, Сирией, троллингом Запада и другими вещами, которые его по-настоящему волнуют и занимают.

Кого боится Путин?

Подготовка к 2024 году показала также, кого опасается президент. Как ни странно, первый в этом списке … Дмитрий Анатольевич Медведев. Его назначение заместителем Путина в качестве главы Совета безопасности - то есть, своего рода вице-президентом России по безопасности - выглядит как попытка удержать теперь уже бывшего премьера под контролем. Это несамостоятельная должность. Секретарь Совбеза Николай Патрушев держит в своих руках все рычаги воздействия на силовиков, которые Медведева не очень любят.

Стать влиятельной фигурой, сидя в таком кресле, довольно сложно. Получается, что Владимир Владимирович предпочитает держать Дмитрия Анатольевича пока при себе, а не отпускать, как часто предсказывали российские политологи, например, на должность главы Конституционного суда. Медведев, вкусивший в 2008-2012 годах президентской власти, на судейском посту мог бы начать фрондировать, случись в России, не дай Бог, какие-нибудь волнения. А если вдруг вспомнит, что "свобода лучше, чем несвобода"? Разумеется, в будущем Медведев, служивший 8 лет символом лояльности, может вновь взлететь. Но пока это не самый очевидный вариант.

Второй человек, которого опасается Кремль - Алексей Навальный. Именно он учился в Йельском университете в 2010 году, а стало быть, не проживал в России непрерывно 25 лет и не может претендовать на пост президента страны в 2024 году. То есть, мало кто сомневается, что пока власть принадлежит Путину, Навальному ничего не светит. Но кремлевская перестраховка это, как говорят в войсках противовоздушной обороны, "подсветила на радаре".

Россия с ЕСПЧ и без него

А чтобы ни у кого не возникло желание бросить этой системе вызов, из конституции уберут ссылку на приоритет международного права над национальным законодательством. Так что членство в Совете Европы ради сохранения юрисдикции Европейского суда по правам человека, о котором так пеклась часть российской правозащитной общественности в прошлом году, лишь сподвигло Кремль плюнуть этой общественности - и Совету Европы - в лицо. ЕСПЧ теперь не играет никакой роли.

Очень скоро власть будет иметь право соблюдать или нарушать те права, которые ей заблагорассудится, получив на это благословение ветерана юридического спецобслуживания Кремля, не единожды проверенного Валерия Зорькина. Это особенно важно ввиду грядущих перемен.

Вся эта история с конституцией и референдумом - еще один признак окостенения российского политического режима, который поглощен поисками самого надежного и долгосрочного политического страхового полиса. Именно увядающие авторитарные режимы, например, при  Франсиско Франко и Антониу Салазаре, прибегали к подобным косметическим преобразованиям и призывали во власть технократов, чтобы, с одной стороны, ублажать народ имитацией улучшения, а, с другой, ничего не менять по сути. Любые сравнения условны, но тенденция в России очень похожая. Впрочем, в Кремле рассчитывают, что власти в неуклонно стареющей стране небогатых и зависящих от государства граждан, ничего не грозит. Одни не выйдут на улицу, другие уедут. Для особо недовольного мини-меньшинства есть автозаки.

Вот, собственно, и все. Перефразируя Никиту Хрущева, можно сказать: "Нынешнее поколение россиян будет жить при Путине". Какое-то время точно будет. И главным российским вопросом теперь становится: "Какое?"

Автор: Константин Эггерт

https://p.dw.com/p/3WGB8

***

Скорее всего, Владимир Путин не будет выдвигаться на пятый президентский срок после истечения своих полномочий в 2024 году — так многие наблюдатели истолковали смысл финальной части послания президента Федеральному собранию. То, что произошло в последующие часы, оказалось еще более неожиданным, чем де-факто объявленная Владимиром Путиным конституционная реформа.

«Новая» задала экспертам главные вопросы о том, в какую сторону свернула Россия на транзитном перекрестке.  

По словам источников «Новой» в правительстве, новость об отставке кабмина стала сюрпризом для всех, включая крупных федеральных чиновников.

— Последний раз разговоры об отставке были перед заседанием Совета по стратегическому развитию и нацпроектам в декабре, — говорит собеседник «Новой». — Тогда были слухи, что на Совете устроят разнос, а кабинет до Нового года уйдет в отставку (реализация нацпроектов за прошлый год оказалась неудовлетворительной, в правительстве объяснили плохие результаты отложенным эффектом многих госпрограмм. — Ред.). Но заседание прошло более-менее позитивно, все успокоились. Ни в одном министерстве ничего не знали о грядущей отставке, даже на высшем уровне. Более того, мои коллеги из администрации президента тоже не были в курсе.

Видимо, это было во многом спонтанное решение. Либо Путин и Медведев все решили между собой, либо Медведев взбрыкнул и решил, что с него хватит. Медведев станет зампредседателя Совета безопасности, где будет заниматься вопросами обороны и безопасности. Сейчас этой должности не существует, перечень будущих полномочий не известен, что косвенно подтверждает версию о спонтанности отставки.

— Не факт, что политическая карьера Медведева закончена, но он, во всяком случае, отправлен в резерв, — говорит политолог Алексей Макаркин. — После отставки с поста премьера, кандидатом в президенты после этого стать очень сложно. Следующий премьер может оказаться как технической фигурой, который продолжит линию правительства Медведева, так и ключевым игроком в последующем трансфере власти.

— Высокие должности в новом правительстве могут стать испытанием для потенциальных преемников. Скорее всего, эта игра затевалась для того, чтобы протестировать кандидатов, разогреть среди них соперничество, — говорит источник «Новой» в правительстве.

Чем известен основной кандидат на должность нового премьера Михаил Мишустин?

Мишустин — действующий руководитель Федеральной налоговой службы, который возглавляет ведомство с апреля 2010 года. До этого, как сообщается на сайте ФНС, он был президентом группы компаний UFG («ОФГ Инвест»), «одной из крупнейших работающих в России компаний в сфере управления активами, прямыми инвестициями, а также паевыми инвестиционными фондами совместно с Deutsche Bank».

На госслужбу 53-летний Мишустин попал еще в 1998 году – тогда он был помощником по информационным системам учета и контроля за поступлением налоговых платежей руководителя Государственной налоговой службы. Также он был замминистра по налогам и сборам, руководителем Роснедвижимости и Федерального агентства по управлению особыми экономическими зонами, где какое-то время работал под руководством Германа Грефа. Заслуги Мишустина в качестве главного налоговика страны крайне высоко ценятся во властных кругах.

За счет более эффективного администрирования налоговые сборы в казну выросли за пять лет почти в 1,5 раза — и это при том, что экономика находилась либо в кризисе, либо в стагнации. Если бы все российские ведомства работали так же эффективно, как ФНС, вздыхал глава комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров на Московском финансовом форуме в сентябре прошлого года. «Когда президент сказал «хватит кошмарить», Мишустин этого добился. Сегодня у нас лучшая налоговая служба мира, хотя раньше предприниматели от налоговой шарахались». Комплимент поддержал и Герман Греф: «Что мешает нам везде сделать так же, как мы сделали в администрировании налогов?». Именно Греф, по словам Мишустина, во время их совместной работы «напитал» его инновациями.

«Переходное» правительство Мишустина будет сформировано по старым правилам, то есть без обязательного утверждения Госдумой, и не получит обещанных президентом расширенных полномочий. Но будет ли Мишустин всего лишь технической фигурой или же останется в новом, усиленном кабинете после принятия поправок к Конституции, предсказать пока невозможно.

— Новый премьер будет распоряжаться большими деньгами и проводить весьма популярную политику: раздавать пособия на детей для бедных семей, организовывать бесплатные горячие завтраки для школьников — в отличие от Медведева, который ассоциируется у населения с пенсионной реформой, — говорит политолог Алексей Макаркин. — Кроме того, должны заработать новые нацпроекты, которые создадут импульс для роста. Я не исключаю, что Мишустин может стать политическим премьером с перспективой преемничества.

Что означает объявленная властями конституционная реформа?

Многие наблюдатели восприняли предложения президента как «легкую либерализацию» и создание более сбалансированной системы власти. Смысл этого маневра в том, чтобы снизить ставки в аппаратной борьбе, пока не будет решен вопрос о следующем президенте. Однако, по мнению экспертов «Новой», реально речь идет в лучшем случае о смене декораций (Россия остается президентской республикой, хотя, возможно, уже не суперпрезидентской) а в худшем — о революции сверху, которая только укрепляет властную вертикаль в стране.

— Самое главное и значимое, что можно вынести из послания – это уничтожение федерации: фатальное сокращение полномочий региональных органов власти, разгром местного самоуправления, искажение принципа публичной власти, поражение в правах и нарушение принципа равенства граждан, — перечисляет Елена Лукьянова, профессор кафедры конституционного и муниципального права НИУ «Высшая школа экономики». —

Введение такого органа, как Госсовет, который будет управленческой вертикалью над парламентом, уничтожит даже нашу имитацию парламентаризма. А о том, каким образом будет решаться судьба основополагающего документа, нам не удосужились даже объяснить — лишь намекнули о голосовании. На практике все это представляется укреплением унитарной президентской системы.

Особенно опасным выглядит первое предложение Путина по изменению 15 статьи 1 главы о нормах международного права. Согласно этой статье, международные договоры России являются составной частью ее правовой системы, более того, им отдается приоритет в случае противоречия с российским законодательством. Президент предложил изменить эти условия, чтобы они гарантировали «приоритет Конституции России в нашем правовом пространстве».

Грядущее изменение Конституции может послужить обоснованием для невыполнения Россией своих обязательств по международным договорам, опасаются эксперты. Кроме того, 15 статья относится к основам конституционного строя и не может быть изменена в результате простого референдума.

— Сейчас в этом пакете самым сильным (и непонятным) является пункт о приоритете российского законодательства над международным, — объясняет политолог Глеб Павловский. — Этот пункт находится в защищенных разделах Конституции, которые не подлежат изменениям постановлениями Федерального Собрания. Он требует созыва Конституционной ассамблеи. И скорее всего, этот пункт, как красный рюкзачок, включен для отвлечения внимания на яростные обсуждения, лишь для того, чтобы потом его отбросить. Я не исключаю, что они собираются в какой-то момент собрать эту ассамблею, но это слишком серьезное политическое предприятие, чтобы его организовывать ради одного подпункта. Со всеми остальными заявленными в пакете изменениями в рамках конституционной реформы может справиться и Федеральное Собрание.

Решена ли проблема транзита власти в 2024 году?

Некоторые сценарии транзита, такие как создание Союзного государства России и Белоруссии, после описанных событий выглядят менее вероятными. Предложение закрепить в Конституции функции Госсовета, с другой стороны, может означать, что именно эту структуру возглавит Владимир Путин после ухода с поста президента («казахстанский сценарий»). В остальном вопросов по-прежнему больше, чем ответов. Пакет предложений по перераспределению власти между ветвями не решает проблему транзита, считает Глеб Павловский.

— Работать это может только внутри нынешней системы, когда звонками из Кремля определяется повестка Госдумы и работа правительства. Если речь идет о транзите власти, то подразумевается совсем другой режим, где не будет подобных возможностей. То, что мы услышали сегодня — это никакая не парламентская система, это лишь изменение формы манипуляции, которая не будет работать без Путина.

Это слабая и недееспособная идея для передачи власти. Гораздо разумнее было бы вернуться к конституционному распределению полномочий или создать какую-то новую схему. Но ни того, ни другого никто не предлагает.

Авторы: Арнольд Хачатуров, Дарья Козлова, Анастасия Тороп, Дарья Кобылкина, «Новая газета»

https://novayagazeta.ru/articles/2020/01/15/83464-izmenenie-formy-manipulyatsii-ili-revolyutsiya-sverhu

***

Комментарий: Советский сценарий путинского транзита

Эксперты сломали голову в обсуждениях сенсационных заявлений Владимира Путина в Послании Федеральному собранию. Много комментаторов утверждают, что в России осуществляется «казахстанский сценарий» перехода власти. Но с большой вероятностью 15 января Путин представил нам не казахстанский, а советский сценарий организации власти.

Прежде чем перейти к сути предложенных изменений, разберем задачи, стоящие перед российским президентом. Их три:

  • не проходить через всенародное избрание, выборы (это муторно, есть элемент неопределенности, могут начаться протесты из-за нечестного подсчета голосов и т. д.);
  • остаться у власти пожизненно и сохранить за собой максимум власти де-юре, в том числе ключевой момент — контроль за силовиками;
  • ту власть, которую сохранить за собой не удалось, максимально распылить на множество разных институтов, чтобы не образовался еще один новый мощный центр власти.

Как решить эти три задачи одновременно? Вариант остаться президентом пожизненно, отменив поправку на число сроков, не решает первую задачу — избежать выборов. Должность должна быть невыборной.

Многие наблюдатели ссылаются на опыт Казахстана, где Нурсултан Назарбаев решает сходные задачи. В 2019 году Назарбаев объявил о своей отставке с поста президента. При этом полномочия президента в соответствии с Конституцией перешли к председателю сената Касым-Жомарту Токаеву. Токаев — человек без харизмы, с 2007 года занимал должность главы сената: то есть не имел серьезного опыта в правительстве и возможности выстраивать там личные связи, создавать свою команду, был максимально зависим от Назарбаева.

В преддверии транзита пост президента Казахстана лишился ряда полномочий. Ряд функций были переданы Совету безопасности Казахстана. Статус самого Совбеза был изменен с консультативно-совещательного на конституционный. Совбез получил контроль над силовиками, центральными и местными исполнительными органами, а Назарбаев — право пожизненно его возглавлять. Вдобавок Назарбаев остался председателем правящей партии «Нур Отан» и, как лидер «правящей» партии, контролирует премьерский пост (принятые в 2007 г. поправки к Конституции ослабили полномочия президента Казахстана, введя новую процедуру утверждения премьер-министра парламентом).

В преддверии ухода Назарбаева с президентского поста также были расширены полномочия сената, получившего право утверждать председателя Нацбанка, генпрокурора, председателя и судей Верховного суда, а также председателя Комитета национальной безопасности. На позиции главы сената (который замещает президента в случае отставки или недееспособности) после ухода Назарбаева с поста президента Токаева сменила дочь Назарбаева Дарига.

Таким образом, Назарбаев де-факто сохранил — через Совбез — контроль над силовиками и исполнительной властью и — через правящую партию «Нур Отан» — контроль над законодательной властью. Параллельно дочь Назарбаева контролирует верхнюю палату парламента, прокурора, Нацбанк и судебную ветвь. Получается, власть расщеплена как минимум на четыре института (президент — председатель Совбеза — глава сената — премьер).

Судя по Посланию, похоже, что Путин осуществляет тот же сценарий. Скажем, намечен тренд на ослабление президента с усилением Госдумы: по задумке, ГД должна получить право утверждать кандидатуры премьера и всех вице-премьеров и федеральных министров, а президент будет обязан назначить их на должность (раньше президенту было достаточно получить согласие Госдумы). Это ровно тот же новый функционал, который парламент Казахстана получил в результате поправок 2007 года.

Однако важное отличие Казахстана от России — это огромная роль родственных связей. Казахстанское законодательство не запрещает родственных отношений между госслужащими, а родственники Назарбаева играют существенную роль в казахстанской политике. Скажем, племянник Назарбаева Самат Абиш является зампредом Комитета национальной безопасности Казахстана, ранее ту же должность занимал другой родственник Назарбаева — муж Дариги Назарбаевой. Родственники с большей гарантией выполнят взятые обязательства и с ними проще делиться властью.

Путин, в отличие от Назарбаева, не вводит своих родственников во власть. Поэтому у него меньше доверенных лиц — людей, с которыми можно властью делиться. По сути, за все 20 лет у Путина появился один лишь Медведев, оправдавший доверие и отдавший трон назад в 2012 году и сильно смахивающий на Токаева по своим базовым характеристикам.

Что делать Путину в ситуации, когда доверенных лиц мало? Вероятный сценарий — это максимальное распыление полномочий между разными структурами власти и создание верховной неизбираемой позиции, которую Путин сможет занимать пожизненно, контролируя все структуры власти одновременно. Такая схема напоминает систему власти позднего СССР.

Госдума, Совфед и президент по-прежнему будут «избираться», эту процедуру можно даже дополнительно «демократизировать» под лозунгами «развития парламентаризма в России». Но настоящая власть будет не у них — а у новых неизбираемых институций. Они возникнут над прежними в виде настройки. Неслучайно Путин сегодня заявил, что особое внимание при создании нового законодательства надо уделить Госсовету.

Госсовет — это достаточно большая по размеру структура, аналогичная ЦК партии в СССР, которая не является всенародно избираемой. Туда попадают в основном по должности — главы субъектов Федерации, члены правительства, спикеры Госдумы и Совета Федерации, полпреды президента в федеральных округах. Путин — председатель Госсовета, избираемый его членами каждое n-ное количество лет.

Из состава Госсовета «избирается» Совет безопасности, куда кооптированы по должности важнейшие силовики. Это аналог советского Политбюро. Путин — глава Совбеза, избираемый его членами через n-ное количество лет, но де-факто пожизненно сохраняющий за собой этот пост.

Госсовет и Совбез стоят над Госдумой, Совфедом, премьером и президентом, утверждая все их решения.​​​​​ Параллельно полномочия Думы, Совфеда, премьера и президента максимально ослаблены и распылены между собой за счет взаимных сдержек-противовесов. Контуры этого «распыления» уже намечены в Послании.

Скажем, как уже неоднократно намекал Путин, один и тот же человек не сможет избираться на пост президента более двух сроков подряд, а возможно, и само число сроков будет сокращено до одного. Под лозунгами усиления институтов и парламентаризма часть функций от президента и премьер-министра перейдут Госдуме и Совфеду. С целью максимально распылить их полномочия будут введены взаимные дополнительные сдержки и противовесы. Это придаст Госсовету и Совбезу дополнительную координирующую функцию. Такой сценарий будет сопровождаться обязательными официальными лозунгами развития парламентаризма и укрепления институтов «развивающейся» российской государственности.

Иными словами, вероятно,15 января Путин явил нам не казахстанский, а советский сценарий организации властной системы. Сам Путин станет новым Брежневым, а не Елбасы. А насколько успешно пройдет реализация такого сценария, мы увидим в самое ближайшее время.

Автор: Мария Снеговая, политолог

https://novayagazeta.ru/articles/2020/01/17/83495-brezhnev-a-ne-elbasy

***

Россия без Путина: как избежать катастрофы?

Выступление президента России Владимира Путина с посланием Федеральному собранию очень сложно уподобить чему-то аналогичному в истории, но возникает знакомое ощущение апрельского Пленума ЦК КПСС 1985 года. Именно там был провозглашён курс реформ и произнесены термины «ускорение» и «перестройка». В воздухе запахло долгожданными переменами и надеждой.

Всякая аналогия с Горбачёвым может показаться плохой услугой Путину, но дело не в личностях и не в итогах их дел. А в том, что механизмы исторических действий подчас схожи, так как схожи порождающие их причины. Горбачёв начал новую эпоху коренной реконструкции пришедшей в упадок существовавшей 70 лет заскорузлой политической системы. У него не получилось, процесс-то «пошёл», но вышел из-под контроля, в результате чего он потерял власть, а страна распалась и погрузилась в смуту. Но тогда, в апреле 85-го, перемен жадно ждали, а Горбачёв был символом надежды, и его популярность зашкаливала.

То, что возникло в результате перестройки, было её детищем и порождением. В 2020 году система откровенно исчерпала потенциал дальнейшего развития. В нынешнем виде использовать её нельзя — если всё оставить как есть, возникшая в эпоху перестройки Россия закончит так же, как СССР. Если использовать другую шкалу оценок — что период с 2000 года был периодом сознательной «заморозки» распадающейся системы, то вывод будет тем же — период «заморозки» распада подошел к концу (система всё больше стала работать на «холостом ходу», свидетельством чего стала стагнация с реализацией нацпроектов).

Чтобы система не впала в ступор и чтобы сильная внешняя политика не стала заложницей слабой экономики, как, кстати, это и произошло в СССР, единственной стратегией может быть только стратегия развития. Владимир Путин 15 января 2020 года начал перестройку перестройки. Этот день должен войти в историю так же, как 23 апреля 1985 года. И хотя в этот раз не звучали такие хлёсткие мемы, как «ускорение» и «перестройка», смысл происходящего аналогичный.

Нам нужно ускорение темпов экономического развития, и для этого нужна перестройка системы государственного управления. Нам нужна прозрачность в деятельности органов государственного управления. Нам нужна подотчетность олигархов в интересах государства и общества. Нам нужна социальная справедливость.

Путин стоит перед необходимостью революции сверху, чтобы устранить порождённую предыдущей революцией сверху уродливую систему власти. Созданная перестройкой политическая система будет отменяться так же, как создавалась. Для этого требуются такие же действия, ибо сюжет тот же: требуется смена кадров, смена идеологии и купирование сопутствующих политических рисков.

Почти три десятилетия Россия существовала в рамках отрицания советской системы госуправления, где в центре власти находился некий надвластный целеполагающий орган в виде ЦК КПСС с Политбюро в его ядре. Избавляясь от той системы, создали парламентско-президентскую форму, но она показала неспособность к стратегическому управлению.

Власть наполнилась аферистами, временщиками с двойным гражданством, халифами на час, избегавшими стратегии и саботировавшими всякую попытку поставить политику на рельсы долгосрочных целей развития в соответствии с национально-государственными интересами страны.

Почему? Да потому что многие государственные служащие, оставшиеся еще со времен «благословенных» 90-ых, видели цели национального развития именно в том, чтобы прислуживать и обслуживать США и иных западных «партнеров».

Путин попал в сложившуюся задолго до него систему элитного консенсуса и потому ранее не имел возможности приступить к серьёзным изменениям. Только затяжной экономический кризис в сочетании с рядом внешнеполитических побед и усилением враждебного внешнего давления привёл перестроечную компрадорскую элиту в ослабленное состояние, и это дало возможность именно сейчас начать перестройку перестройки. Не называя этого вслух и вообще не применяя никаких подобных терминов.

Система больше не нуждается в заморозке — она распалась, пришло время строить новую.

Путин начал глубокую реконструкцию системы власти и принципов рекрутирования политической элиты. Никакие копирования и возвраты к прошлым схемам невозможны и не нужны. Однако некие общие принципы видны — Госсовет становится неким аналогом ЦК КПСС. Местом, где неподконтрольная олигархату новая государственная элита, свободная от двойного гражданства и прошедшая через региональные выборы, ставит долгосрочные цели и спускает свои установки техническим исполнителям.

Термин «перестройка 2.0» стал ругательством и предупреждением о либеральном реванше. В таком случае то, что начал делать Путин, можно назвать антиперестройкой. Та перестройка сломала Советский Союз, устранив из политсистемы надсистемные институты и потому развалив федерацию. Путин возвращает эти институты, создавая предпосылки для нового формирования любой формы интеграции бывших территорий СССР.

Госсовет России легко трансформируется в Госсовет Союзного государства с любым количеством участников, при этом сохраняя своих президентов по аналогии с руководителями союзных республик в рамках СССР. Принцип усиления регионов не для того ли заложен в основу грядущей конституционной реформы, что нацелен он именно на интеграционную конфедеративно-федеративную стратегию в долгосрочной перспективе?

Без учёта этого целеполагания все предлагаемые конституционные реформы теряют своё связующее начало и превращаются в набор мероприятий, суть которых понять невозможно, и потому появляется множество разных трактовок, подобных гаданию на кофейной гуще. Внимание смещается во второстепенные детали: на состав правительства, на гадания, какая из башен победила и какая группировка и на какой срок выбилась наверх.

Но если принять во внимание, что таким образом Владимир Путин создаёт долгосрочную систему, способную на десятилетия бороться за реинтеграцию в пространстве бывшего СССР, то всё встаёт на свои места. Однако возникает опасение: а что будет, если Путин когда-то уйдёт из политики? СССР был на пике могущества только при условии, что его возглавлял Сталин. И Де Голль, и Чан Кайши предсказывали, что с уходом Сталина СССР ждёт упадок, и они не ошиблись. Если посмотреть на ничтожества типа Хрущёва, Брежнева или Горбачева на фоне Сталина, то становится понятно, как уязвима ориентированная на лидера система власти при отсутствии надёжных институтов.

В России таких институтов никогда не было — неограниченная монархия была тому одной из причин, и потому уход Путина грозит обернуться для неё тем же самым, чем для СССР обернулся уход Сталина.

Любой новый президент будет гарантированно много лет слабее Путина. Думать, что эти годы враги России будут сидеть сложа руки, никому в голову не придёт. Именно по этой причине Путин не имеет ни права, ни возможности уйти из политической системы до тех пор, пока не созданы предпосылки к её устойчивому саморазвитию.

Вероятнее всего, Путину придётся делать что-то похожее на то, что делал в перестройку Горбачёв, только с противоположным содержанием. Тот начал ломать прежнюю идеологию. Путину придётся делать то же самое в отношении идеологии нынешней. И мы это уже видим: первые пропагандистские залпы по Польше касались истории войны и направлены на активное положительное позиционирование СССР. Это анти-ГУЛАГ, перестройка перестройки. Для того чтобы национализировать элиту, по этому пути придётся пойти дальше.

И для этого в Конституцию вносятся изменения о преобладании национального законодательства над международным. О запрете госслужащим на двойное гражданство. Ведь после принятия этого закона придётся существенно поменять не только депутатский корпус, но и существенно проредить ряды чиновников. Так, у ротации элиты появляется идеологическое обеспечение.

Когда Путин отойдёт от непосредственного руководства исполнительной властью, например, в Госсовет, Россия должна стать подобием кадрированной дивизии: в наличии офицерский корпус и структура штабов, а личный состав по мобилизации наполняет штатное расписание в любой момент. Путин в России создаёт оболочку для будущего Союза, формирует для этого кадры и пишет для них инструкции и уставы. По сути, в России началась мобилизация, и в этот момент менять Главнокомандующего — означает ставить под угрозу поражения исход войны. Исторически в России в 2024 году в самом разгаре будет развёртывание сил, и потому для Путина, образно говоря, возможен только переход из статуса генсека партии в статус руководителя Ставки Верховного Главнокомандования.

Накануне больших сражений и битв управление войсками консолидируется, а командный состав забывает об отпусках и увольнении в запас. До Победы увольнительные отменяются.

Автор: Александр Халдей

https://regnum.ru/news/polit/2836568.html

***

Приложение. Конституционный раскол: Как Кремль навязал обществу свою повестку

Кремлевские планы на «конституционную реформу» пока известны лишь в самых общих чертах, но оппозиция уже успела перессориться по этому поводу. Часть участников летних протестов поспешила заявить о том, что нужно отстаивать «старую» Конституцию, которая хоть и не без греха, но зато дает платформу для защиты базовых прав человека. Алексей Навальный заявил, что «Конституция 1993 года омерзительна», именно она легализовала нынешний авторитаризм, и бороться за ее сохранение нет никакого смысла.

В феврале начнутся первые митинги в поддержку Основного закона страны, но сделать их массовыми без поддержки сторонников Навального, скорее всего, не получится. Более того, основные усилия либеральной общественности рискуют быть растраченными на выяснение вопроса о том, кто же на этот раз предал демократию. Вместо консолидированной позиции по вопросу изменения Конституции и собственной контригры нас ждет раскол. Уже ради этого кремлевским тактикам стоило вбрасывать как можно менее конкретную историю про «улучшение Основного закона» — при большом участии спортсменов, музыкантов и других представителей уважаемых сословий.

При желании понять позицию Навального в отношении Конституции можно. Немало специалистов, юристов, политических ученых и политиков, критиковали политическую систему образца 1993 года, созданную на руинах Верховного совета. Радикальная ревизия наследия Ельцина и Путина предполагала бы проект новой Конституции — некоторые (но вроде бы не Навальный) мечтают, например, о парламентской республике для России. С другой стороны, сейчас у оппозиции нет возможностей ставить подобные задачи — все последние годы она ведет арьергардный бой с авторитарным катком, уничтожающим все неподконтрольные Кремлю формы политической жизни.

Среди потенциальных избирателей Навального есть немало последовательных сторонников действующей Конституции, которые к тому же испытывают эстетическое неприятие от тех форм, которые принимает ее «модернизацию». Этих союзников можно было удерживать, а реформу Основного закона использовать как политический триггер для усиления оппозиционных настроений. Вместо этого Навальный — уже не в первый раз — пытается повышать ставки и играть в ленинизм — «чтобы объединиться, нам нужно сначала решительно и определенно размежеваться».

Платформой для размежевания выступает готовность безоговорочно разделять политические оценки самого Навального — часто, надо признать, очень талантливые. Размежевание происходит и по линии оценок «сотрудничества с режимом». Если прежде критически настроенное в отношении действующей власти общество было склонно различать людей в погонах и «технократов» из финансового блока правительства, причем вторые нередко оценивались нейтрально и даже комплементарно, то теперь сторонники Навального настаивают: нормальных людей в госструктурах к 2020 году быть не может в принципе.

Досталось сначала изданию «Медуза», которое назначило руководителем своей московской редакции Татьяну Лысову: Навальный яростно атаковал это назначение, поскольку Лысова прежде сотрудничала с «Интерфаксом». Затем представителям «московской интеллигенции правых взглядов», которые позволили себе говорить хорошие слова о бывшем главе ФНС и новом премьере Михаиле Мишустине. Хороших технократов во власти быть не может, настаивает Навальный, все они там одинаковые.

В «двадцатые» российское общество входит предельно разобщенным, и Кремль наверняка сумеет воспользоваться этим.

Автор: Кирилл Мартынов, редактор отдела политики

https://novayagazeta.ru/articles/2020/01/18/83516-konstitutsionnyy-raskol


Infos zum Autor
[-]

Author: Арнольд Хачатуров, Дарья Козлова, Анастасия Тороп, Дарья Кобылкина, Мария Снеговая, Александр Халдей, Кирилл Мартынов

Quelle: novayagazeta.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 01.02.2020. Aufrufe: 79

Kommentare
[-]
 lbj123 | 02.03.2020, 03:24 #
A sphygmomanometer is an instrument for measuring blood pressure, also called a Blood Pressure Monitor. According to the design principle of measuring blood pressure, there are mainly auscultatory sphygmomanometers and oscillometric sphygmomanometers. There are two types: desktop and vertical. The height can be adjusted arbitrarily.
 lbj123 | 02.03.2020, 03:24 #
A sphygmomanometer is an instrument for measuring blood pressure, also called a Blood Pressure Monitor. According to the design principle of measuring blood pressure, there are mainly auscultatory sphygmomanometers and oscillometric sphygmomanometers. There are two types: desktop and vertical. The height can be adjusted arbitrarily.
Ihre Daten: *  
Name:

Kommentar: *  
Dateien anhängen  
 


zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta