В чем смысл новых инициатив правительства России по регулированию криптовалют

Information
[-]

***

Власти ужесточают подходы к блокчейну

Правительство РФ хочет направить развитие криптовалют в «цивилизованное русло», чтобы их владельцы могли защитить свои права, а создание теневых схем было затруднено. В четверг премьер-министр Михаил Мишустин пообещал внести изменения в Налоговый кодекс, где теперь цифровые финансовые активы будут признаны имуществом.

«Это относительно новый инструмент, интерес к которому постоянно растет, – отметил премьер, говоря о криптовалютах. – Правительство планирует направить развитие этого рынка в цивилизованное русло, чтобы владельцы таких активов могли защитить свои права и интересы, а создание теневых схем было затруднено». По его словам, теперь владельцы таких валют смогут рассчитывать на юридическую защиту в случае каких-либо противоправных действий и отстаивать свои имущественные права в суде.

Одна из первых и, пожалуй, самая популярная криптовалюта – биткоин – растет как на дрожжах, ее цена превысила 18 тыс. долл., рост за неделю составил свыше 10%. В России растет спрос на оборудование для майнинга цифровых валют. Аналитики немецкого банка Deutsche Bank считают драйвером роста стало желание криптоинвесторов получать высокую доходность, которая уже выросла до 147% годовых.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Операции с криптовалютами в России пока законодательно не регулируются, и власти торопятся закрыть этот пробел. Ранее сообщалось (см.«НГ» от 06.09.2020), что Минфин подготовил поправки в Налоговый, Уголовный кодексы и КоАП, которые вводят штрафы и лишение свободы за недекларирование операций с криптовалютами.

Граждане и организации будут обязаны декларировать сделки с криптовалютами на сумму от 600 тыс. руб. в год в эквиваленте, причем сумма для декларации рассчитывается по рыночной цене на момент каждой операции. За сокрытие операций перевода предусматривается штраф в размере 10% от наибольшей из двух сумм в рублевом эквиваленте – поступления или списания валюты. За нарушение сроков декларирования – штраф 50 тыс. руб. В случае сокрытия доходов или прибыли от криптосделок предложен штраф в размере 40% от суммы неуплаченного налога с таких операций. За нарушения в особо крупном размере (от 45 млн руб.) или группой лиц возможно даже лишение свободы до трех лет. В июле Госдума приняла в третьем чтении закон «О цифровых финансовых активах» (ЦФА), с 1 января 2021 года он разрешит сделки с криптовалютой и использование ее для сбережений и инвестиций. Однако приобретать товары и услуги будет запрещено. Под запретом и реклама платежей цифровыми деньгами. Эксперты отмечают, что принятие этого закона не устранило неопределенность в отношении налоговых последствий использования криптовалют. Эксперты поясняют, что под мошенниками премьер скорее всего имеет в виду как раз тех, кто обещает помочь с переходом криптовалют в реальный мир за счет обмена на обычные валюты.

«Криптовалюта – должна рассматриваться, не просто как имущество, а как «вновь созданное» имущество, которое возникает, вследствие активности человека с поправкой на ее цифровую природу»- уточняет вице-президент по развитию и регулированию рынка Российской ассоциации криптоэкономики, искусственного интеллекта и блокчейна Валерий Петров. По его словам, ее создание может быть, например, результатом расчетов в соответствии с установленным «алгоритмом консенсуса». С точки зрения фискальных органов, оценка финансового результат от этой работы не сильно отличается от каких то иных математических расчетов, таких же как, например, при работе программной части системы управления «Умный город». «Цифровая валюта- очень «конкретное» имущество, весь путь которого от создания до последнего собственника очень легко проследить благодаря блокчейну. И это обстоятельство рушит главный миф про то, что его часто используют для оплаты чего-то запрещенного.

Данные исследования ООН показывают, что на криптовалюты приходится не более 1,1% всех нелегальных расчетных операций. Второй миф – что речь о каком-то незначимом, с точки зрения экономики, имуществе. На самом деле капитализация этого рынка в мире достигла уже 0,5 трлн.долл»., - говорит Петров.

Эти мифы, по словам эксперта, подталкивают российские власти к излишне жесткому регулированию, которое может стать серьезной ошибкой, так как выкинет Россию из общемирового тренда использования цифровых финансовых технологий для оптимизации и развития национальной экономики, не позволит стране зарабатывать настоящую валюту.

«Профессиональное сообщество, работающее в криптоиндустрии, единодушно в отношении того, что криптовалюты не должны использоваться в качестве платежного средства альтернативного рублю на территории нашей страны Никто не хочет получить денежный суррогат, который будет мешать развитию экономики. Учитывая, что этот вопрос уже решен законодательно, то сегодня важно не запретить цифровую валюту избыточным налоговым и административным регулированием, а просто обеспечить прозрачность операций с ней для целей налогообложения. Как один из вариантов это обложение операций с цифровой валютой налогом на прибыль по аналогии того, как это прописано в налоговом кодексе в отношении с товарообменными сделками, только с учетом «цифровых особенностей» этого имущества. Контроль и защиту законных интересов граждан можно осуществлять по аналогии с правилами рынка ценных бумаг, что позволит подобным образом облагать налогом доходы от сделок с цифровыми активами.

Важно удержание налога сделать максимально простым с технологической точки зрения. Для этого целесообразно приять единые стандарты работы на таком рынке, отталкиваясь как от опыта решения этих вопросов на фондовом рынке, так и от принципов саморегулирования. Именно этим уже сегодня занимается РАКИБ. Тогда не только государство, но и сами профессиональные участники этого рынка не допустят, что бы цифровая валюта стала денежным суррогатом, платежным средством подменяющим единственное законное средство - российский рубль. Операции с цифровой валютой могли бы рассматриваться как разновидность инвестиций в некий актив, признаваемый имуществом с возможностью им владеть, менять и продавать. Налогооблагаемая база этого имущества тогда будет зависеть прежде всего от изменения ее натурального количества, а не только рыночной оценки, которую так же можно и нужно учитывать, по аналогии того, как учитывается изменение курсовой стоимости обычных фиатных валют. «При таком подходе и оплата налога могла бы быть осуществлена в натуральном выражении, то есть в криптовалюте в которой получен доход. Например, так, как это принято в Германии», - говорит Петров. По его словам, индустрия майнинга могла бы приносить стране в виде налогов порядка 10 млрд. долл. в год.

«Главное, не допустить дискриминации этих процессов в РФ по сравнению с мировыми подходами, иначе страна не только не получит дополнительные доходы, но и потеряет лучших специалистов, которые найдут применение за пределами России. Не секрет, что около 80% криптоиндустрии считает своим родным языком- русский», - предупреждает Петров. В четверг из Европы пришло еще одно подтверждение того, что криптовалюта, безусловно, – имущество. Налоговая служба Литвы впервые продала конфискованные криптоактивы. Как сообщают местные СМИ, весь процесс продажи занял почти сутки, а государственный бюджет пополнился на 6,4 млн евро. В начале ноября конфисковали 24 млн долл. в криптовалютах власти США.

Госорганы всегда будут настороженно относиться к криптовалютам, тормозя их интеграцию во внутренние экономические процессы и ужесточая регуляторные требования к владельцам криптовалют, рассказывал руководитель департамента корпоративных финансов и корпоративного управления Финансового университета Константин Ордов. «Фискальная система прошлого не сможет угнаться за изменениями в денежной сфере настоящего и будущего. Пока этого в России стараются не замечать», – сказал Ордов. Для сбора налогов с криптоопераций нужны простые и понятные автоматические алгоритмы, считает эксперт.

«Механизм контроля за оборотом криптовалют, учетом держателей ЦФА был прописан еще в 2018 году. Но, как и большинство подобных механизмов, этот контроль довольно сложно реализовать. Помимо технических возможностей, необходимо "добрая воля" самих держателей - собственно, в этом и заключается одно из наиболее значимых отличий от фиатных денежных средств - невозможность насильно контролировать эмиссию и оборот криптовалют, - сказал «НГ» коммерческий директор оператора дата-центров для размещения энергоемкого оборудования BitRiver Дмитрий Ушаков. В целом, стремление государства взять под контроль эту сферу естественно, считает эксперт. «Более того, мы считаем это необходимым условием для стабильного развития криптоэкономики. Чтобы сообществом налогооблажение криптовалют было воспринят благоприятно, необходим облегченный режим налогооблажения, пониженный процент и упрощенные процедуры регистрации и подачи отчетов, согласование с фискальной политикой в отношении фиатов», - говорит Ушаков.

«Без адекватной и вдумчивой внутренней регуляции, способствующей развитию и расширению рынка, ситуация с криптоактивами всегда будет находиться в «серой зоне» условно защищаемой законодательством, а в реальности провоцирующей людей на вывод активов из страны, переноса бизнеса в благоприятные юрисдикции других стран или реальному отъезду из страны», - сказал «НГ» исполнительный директор РАКИБ Александр Бражников.

«Никто не спорит, что налоговые отчисления необходимы. Но при условии существования, к примеру, облачного майнинга, да еще и без вложений, существующего исключительно и только в сети Интернет, а не в какой-либо юрисдикции, любому государству будет очень сложно претендовать на обложение получаемых доходов хоть какими-то налогами, не говоря о прозрачности бизнеса. Запаздывание с пониманием реальности в конечном счете будет только провоцировать напряженность и не способствовать развитию и богатству страны. При этом, при разумной постановке дела, этот сектор легко мог бы приносить в государственную казну доходов по налогам ничуть не меньше, чем доходы от продажи вооружений», - говорит эксперт.

Автор Анатолий Комраков

https://www.ng.ru/economics/2020-11-26/4_8025_economics1.html

***

Вместо криптоэкономики получается цифровая тюрьма

Лозунги о цифровом прорыве свелись в России к запрету цифровой валюты. Первым шагом был запрет на ее использование в качестве средства платежа. Вторым шагом станет введение уголовной ответственности с лишением свободы за сделки и даже, похоже, за сам майнинг («добычу»).

Такие новшества содержатся в предложенных Минфином поправках, которые хорошо сочетаются с запретительным настроем Центробанка. Российская ассоциация криптоэкономики, искусственного интеллекта и блокчейна (РАКИБ) пояснила «НГ»: после таких новаций Россия не сможет претендовать на мировое лидерство в области информационных технологий. Минфин шокировал IT-отрасль предложенными поправками в недавно принятый закон «О цифровых финансовых активах», а также в Уголовный, Уголовно-процессуальный и Административный кодексы. В текущем виде эти поправки запретят любые сделки с криптовалютой, предполагающие извлечение дохода, и даже – если понимать написанное буквально – сам майнинг. Запрет будет предполагать в том числе уголовную ответственность.

Таков итог длящихся не один год разговоров о цифровой экономике, которой, как уверял теперь бывший первый вице-премьер Игорь Шувалов, «заболел» Владимир Путин. Буквально три года назад на Петербургском международном экономическом форуме президент уверял, что цифровая экономика задаст «новую парадигму развития государства», и обсуждал блокчейн с основателем проекта Ethereum Виталиком Бутериным.

А теперь Россия как будто готова отказаться от притязаний на мировое лидерство в области информационных технологий. Так по крайней мере расценили поправки Минфина представители РАКИБ, о чем сообщил «НГ» исполнительный директор ассоциации Александр Бражников. «Мы отгородим страну от остального мира и сделаем невозможным наше участие в большом количестве международных проектов, – считает он. – Принятие поправок в текущей редакции поставит Россию на уровень Алжира, Бангладеш, Афганистана».

Закон «О цифровых финансовых активах», который был принят в конце июля и вступит в силу с 2021 года, можно назвать многострадальным. Представителям IT-отрасли удалось удержать законодателей от принятия более жесткой версии. При этом в законе уже есть запреты. «Речь идет о запрете использования цифровой валюты в качестве средства платежа любым способом, позволяющим предполагать оплату за товары, работы, услуги, и о запрете на распространение информации о предложении или приеме цифровой валюты в качестве оплаты», – напомнили в РАКИБ.

Но ведомство Антона Силуанова предлагает внести в закон новые ограничения. Судя по одной из поправок, в России не запрещается майнинг как набор определенных действий, но «запрещается получение цифровой валюты в качестве платы» за него – что, судя по всему, делает майнинг полностью бессмысленным. Получается, «добывать» цифровые деньги можно, но начислять их – нельзя. Также оговаривается, что физические лица, индивидуальные предприниматели, юридические лица имеют право получать цифровую валюту по наследству, в рамках процедур банкротства и исполнительного производства. Иные операции, предполагающие извлечение дохода из криптовалют, как можно судить по поправкам, будут запрещены. Что само по себе абсурдно: цифровую валюту можно получить в наследство, но нельзя затем продать – ею можно просто владеть, пока сам не умрешь или не станешь банкротом.

За нарушение запретов предлагается взимать штрафы и лишать свободы. Максимальный размер штрафа – 100 тыс. руб. для граждан, 1 млн руб. для юридических лиц, максимальный срок лишения свободы – 7 лет. «Запрет на данные виды деятельности не видится обоснованным и способствующим развитию российской экономики, – уверены в РАКИБ. – Предлагаемые меры ответственности несоразмерны общественной опасности деяний, образующих состав правонарушения». Поправки изобилуют дефектами и нормами, допускающими двоякое или неоднозначное толкование, добавили в ассоциации. «Полагаем, что тексты законопроектов в текущей редакции не могут быть поддержаны и требуют существенной переработки», – сообщается на официальном сайте РАКИБ (там же опубликован текст поправок). «Мы готовы активно участвовать в совершенствовании законодательства РФ по данному вопросу», – уточнил «НГ» Бражников.

Среди противников свободного обращения криптовалют также Центробанк (ЦБ). Например, в марте директор юридического департамента ЦБ Алексей Гузнов пояснял: «Никто не будет запрещать владеть цифровой валютой. Это и абсурдно до некоторой степени... Но с точки зрения функционирования финансовой системы и системы защиты прав потребителя легализация выпуска и, самое главное, организации обращения криптовалюты, – это неоправданный риск». «Мы против того, чтобы были институты, которые организовывали выпуск криптовалюты и способствовали ее обращению, – добавлял он. – Но если лицо, владеющее условно биткоинами, совершает свою сделку в юрисдикции, которая этого не запрещает, вряд ли мы сможем ограничить его в этом».

Дискуссии о перспективах криптовалют разгораются во многих странах. Например, в конце минувшей недели глава Банка Англии Эндрю Бейли в ходе онлайн-конференции сообщил, что ни биткоин, ни другие криптовалюты не имеют никакого отношения к деньгам, не могут использоваться в качестве платежного инструмента, их выгода для инвестирования сомнительна. Но он указал на пользу стейблкоинов – криптовалют, привязанных к обычным валютам, золоту, нефти и т.п. При этом Банк Англии занимался ранее разработкой собственной криптовалюты.

Однако, как поясняет Антонина Левашенко, руководитель Российского центра компетенций и анализа стандартов ОЭСР при Академии народного хозяйства и госслужбы, развитые страны все-таки «не устанавливают запреты, а тем более ответственность за выпуск и оборот цифровой валюты (криптовалюты)». «И если Россия пойдет против общемировой практики регулирования, то возникнет ряд последствий, связанных с оттоком цифровых компаний за рубеж, созданием серого рынка криптовалют», – предупреждает эксперт. По ее словам, такие поправки станут препятствием для создания крипторубля.

«Весь мир готовится к внедрению цифровых валют ведущими центральными банками, а мы обсуждаем уголовное наказание и штрафы для тех, кто завтра должен поддержать не частные криптовалюты, а государственную», – продолжает руководитель департамента Финансового университета при правительстве Константин Ордов. Российские разработчики окажутся в неконкурентных условиях, добавил он. «Возможно, министерство увидело признаки налоговых потерь государства или отмывания преступных доходов и решило таким образом ужесточить оборот криптовалюты, – пояснил доцент Российского экономического университета Алиев Аяз Аладдин оглы. – Минфин и Центробанк хотят более правильного регулирования, то есть полного контроля в этой сфере. И пока им не предложат такой механизм, который бы их устроил, ждать снисхождения не стоит».

Есть благая цель – защита прав инвесторов, борьба с отмыванием денег и мошенническими схемами, но «в конечном итоге баланс оказался значительно смещен в сторону обеспечения безопасности», пояснил управляющий партнер Mindsmith Руслан Юсуфов. Однако и само понимание безопасности в современном мире тоже меняется, при этом запретительная риторика может в итоге ограничить инновационное развитие, считает он. По его мнению, более перспективным было бы регулирование не за счет запретов, а за счет инновационных способов выявления мошенничества, регуляторных песочниц и четко выстроенного баланса между всеми сторонами инновационных экосистем.

Автор Анастасия Башкатова, заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

https://www.ng.ru/economics/2020-09-06/1_7956_economics.html

***

Контролировать нельзя, но можно закошмарить

Пару лет назад, когда был бум ICO и биткоин показывал свои максимальные значения, нам обещали, что в России появится самое дружелюбное законодательство по отношению к криптовалютам и органы власти создадут у нас в стране чуть ли не крипторай для проектов, которые хотят работать с этими технологиями.

Однако подготовка закона, призванного регулировать рынок криптовалют, сильно затянулась, и лишь во второй половине 2020 года нам показали legal framework (правовую рамку. — Ред.), которую в реальности собираются создавать для отрасли на территории Российской Федерации. За эти годы ветер подул совсем в другую сторону. Многим криптоэнтузиастам и предпринимателям, которые уже работают в сфере технологий распределенных реестров (то есть блокчейна. — Ред.), подход, предложенный в новом законе «О цифровых финансовых активах» (ЦФА), не пришелся по душе. В анонсированном Минфином пакете поправок к закону о цифровых финансовых активах предусматриваются достаточно жесткие санкции. В отсутствие отчетов об операциях с криптовалютами на сумму более 45 млн предпринимателю может грозить уголовная ответственность. Кроме этого, есть много вопросов к самому закону «О цифровых финансовых активах» (ЦФА), который вступает в силу уже с 1 января 2021 года.

Прежде всего, хотя в законе описаны основные технологии и дано определение цифровых финансовых активов, он оставляет открытым вопрос о том, что понимать под криптовалютами и что разрешается с ними делать. Законом о ЦФА, по сути, была поставлена точка в долгих юридических дискуссиях по поводу правовой природы криптовалют и токенов, созданных на технологии блокчейн. Однако законодатель избегает слова «криптовалюта» и вместо этого использует словосочетание «цифровая валюта». Законом установлено, что в качестве объекта гражданского права отныне цифровая валюта приобретает статус имущества во всех отношениях, связанных с антикоррупционным, антиотмывочным правом, банкротным и исполнительным правом. При этом закон прямо говорит, что цифровая валюта не может быть использована в качестве денежного эквивалента для оплаты услуг или товаров, что, конечно, не соответствует самой природе криптовалюты, ее прямому функциональному назначению, для которого она и была создана.

Революция биткоина произошла именно потому, что благодаря ему каждый человек на Земле, лишенный доступа к банковскому счету, получил возможность приобретать и продавать распределенный финансовый актив, оплачивать им товары и услуги. К сожалению, закон о ЦФА поставил точку в этом вопросе: криптовалютой владеть можно, но расплачиваться ею нельзя. И при этом правовая защита владельцем криптовалют будет предоставляться только в случае добровольного декларирования их в налоговый орган. В случае если что-то произойдет с вашими незадекларированными криптоактивами, государство не будет защищать ваши права как права собственников иного имущества и вещных прав.

Один из спорных моментов, связанных с поправками в КоАП, — это абсолютно неадекватные размеры административных штрафов вплоть до 500 000 рублей, особенно если такие штрафы сравнивать с другими административными составами. Это действительно значительная сумма для большого количества россиян. Штраф на такую сумму может очень сильно ударить по карману любого лица, которое обладает криптовалютой, и при этом привести к изъятию криптовалют. Такая мера ответственности является не менее жесткой, чем уголовная. Изначально регулятор предполагал взять под контроль лишь точки входа и выхода в фиатные деньги, то есть обменники и криптовалютные биржи. Но как мы видим из последнего законопроекта, Минфин решил пойти по пути запугивания всех участников крипторынка из-за невозможности его прямого контроля.

Почему российские власти не любят криптовалюты?

Власти любой страны относятся к криптовалютам настороженно, потому что понимают, что криптовалюта ставит под сомнение экономическую систему и классические финансовые институты, а соответственно и саму государственную власть, которая лишается контроля над финансовыми транзакциями и взаимоотношениями между гражданами и бизнесом. При этом наиболее стабильные экономические режимы относятся к криптовалютам более лояльно. Чем менее устойчива экономическая система и чем более централизована исполнительная власть, тем больше опасений вызывают вопросы, связанные с оборотом криптовалют, поэтому мы видим, что запреты в основном происходят в тех странах, в которых осуществляется достаточно жесткий контроль экономики и политической жизни, по примеру Китая («цифровой юань» криптовалютой считать нельзя, так как он выпускается и контролируется одним эмитентом), Вьетнама, Бангладеша и других.

Здесь кто-то может возразить на примере проекта Gram Павла Дурова, что и в США не рады подобного рода амбициозным криптовалютным проектам, но это не совсем так. Причиной фиаско Telegram с токенсейлом в Америке стали и собственные ошибки Дурова, и команды американских консультантов, которые выводили его продукт на американский рынок и которые пришли к однозначному выводу, что Gram не является ценной бумагой. Американские регуляторы же пришли к совершенно иному выводу (и действительно токены Gram скорее обладали свойствами ценной бумаги). В случае соблюдения американского законодательства в области ценных бумаг, Gram мог вполне бы развиваться на территории США, в этой стране есть много других криптовалютных проектов, которые успешно там продолжают развиваться.

Америка до сих пор является одним из крупнейших рынков в части оборота криптовалют — юрисдикцией, в которой работают многие компании в этой отрасли. Хотя, естественно, Америка не является идеальной площадкой для запуска криптовалютных проектов из-за сложного регулирования и достаточно высокой стоимости содержания компании. Это особенно важно для молодых проектов, которые запускаются в сфере финтеха. Они выбирают чаще в качестве домашней юрисдикции такие территории, как Белиз, Кипр или Гибралтар, в которых намного проще вести бизнес.

Как взгляды российских властей на криптовалюту менялись в последнее время?

На волне первого интереса к криптовалютам все были заинтересованы в том, чтобы заработать на них деньги. Это отчасти была мотивация для чиновников и депутатов не ограничивать хождение криптовалют, ведь многие из них были сами токенхолдерами — владельцами цифровых активов. К 2017–2018 годам многие из этих проектов оказались нежизнеспособными, а некоторые — откровенно мошенническими. Американские финансовые власти предприняли несколько шагов к регулированию рынка. Если мы посмотрим глобально, то регулирование идет не к запрету криптовалют, а к внедрению обязательных процедур KYC (know your customer) и AML (anti money laundering), которые существуют на традиционных финансовых рынках. Почти на всех крупнейших биржах были установлены обязательные правила, когда оператор должен идентифицировать своего клиента в целях соблюдения антиотмывочного, антитеррористического законодательства и соблюдения действующего в стране налогового законодательства.

Так что изменение криптовалютного регулирования в России я бы не связывал напрямую с политической ситуацией, так как она в России стабильно плохая уже на протяжении многих десятилетий в отличие от нестабильных криптовалют. При этом для российских властей криптовалюты все же могут быть проблемой в связи с возможностью финансирования криптовалютой различных (и не всегда лояльных к власти) некоммерческих и политических организаций и партий. Сейчас государство серьезно озадачено этой проблемой.

Стоит вспомнить хотя бы недавно принятый закон об иностранных агентах. Конечно, власти понимают, что контролировать традиционные источники финансирования намного проще. Мы знаем, что был определенный скандал и с криптоактивами Фонда борьбы с коррупцией, который ведет свои расследования на донейты. Все счета Фонда под арестом, личные счета Навального и его супруги тоже арестованы в связи с вынесением ряда судебных решений. Любую организацию можно задушить, перекрыв ей все финансовые потоки. Единственное, что не может сделать государство, это перекрыть потоки биткоина и других криптовалют, и это, конечно, является определенным вызовом и желанием контролировать эту сферу целиком.

Криптовалюта может использоваться как для вполне легальных, так и в нелегальных целях, и при этом имеет огромные перспективы для финансирования действительно независимых некоммерческих организаций и фондов политических партий, для которых принцип анонимности имеет крайне важное значение, особенно в нашей российской действительности, где государство может преследовать не только сами организации, но и лиц, которые осуществляют их финансирование, помогают им. Биткоин и другие криптовалюты обеспечивают тот самый высокий уровень анонимности, который крайне важен в подобного рода вопросах, позволяя любому финансировать любую понравившуюся ему организацию не только в России, но и по всему миру. Возможность использования криптовалюты для подобных организаций является крайне важным, потому что они могу обеспечить их реальную финансовую свободу и независимость для реализации поставленных перед такими организациями задач.

Саркис Дарбинян из Роскомсвободы и Иван Бегтин, эксперт в области цифровых данных OpenData:

Чего ждать российскому криптосообществу?

Конечно, закон о ЦФА и текущий законопроект с поправками в КоАП и УК трудно назвать тем самым регулированием, которое позволит активно развиваться российскому криптовалютному сообществу. Закон скорее отсылает к «новому дивному» деанонимизированному криптомиру, который хотят создать российские власти.

Хотя, сказать по правде, это и не самая худшая версия закона из тех, которые мы видели. По крайней мере, из последней версии исчезло несколько уголовных составов, но в настоящий момент на обсуждении уже лежат поправки, которые предусматривают весьма странную ответственность лишь за факт наличия незадекларированных криптовалют, причем начиная с весьма скромных сумм. В случае наличия транзакций и наличии активов на криптовалютных кошельках к лицу может быть применена административная и уголовная ответственность. Мне кажется, это странным, потому что есть общий уголовный состав за неуплату налогов в крупном размере, и здесь на самом деле не так важно, что у тебя: движимое имущество, криптовалюта, ценные бумаги. В данном случае мы видим совершенно другой подход.

Уже само обладание незадекларированной «крипты» с определенным количеством транзакций может привести к возбуждению уголовного или административного дела. При этом, конечно, никаких реальных механизмов отслеживание наличия криптовалюты на кошельках россиян до настоящего момента нет, и нет никакой возможности заставить человека передать свои приватные ключи, которые позволят иметь доступ к криптовалютам и распоряжаться ими. Даже в случае наложения юридического ареста на криптовалютные активы, нет никакой возможности эти активы забрать, если только лицо самостоятельно не предоставит ключи доступа.

Скорее всего, многие предприниматели, которые собирались либо уже начали работу, связанную с децентрализованными технологиями, будут медленно мигрировать в другие, более приемлемые юрисдикции, и это может сказаться как на оттоке части капитала и утечки мозгов, так и на том, что иностранные инвесторы, заинтересованные в подобных проектах, вряд ли придут на российский рынок ввиду очевидно высоких правовых рисков.

Автор Саркис Дарбинян, юрист, управляющий партнер юридической фирмы Digital Rights Center, сооснователь «Роскомсвободы»

https://novayagazeta.ru/articles/2020/11/27/88154-kontrolirovat-nelzya-no-mozhno-zakoshmarit


Infos zum Autor
[-]

Author: Анатолий Комраков, Анастасия Башкатова, Саркис Дарбинян

Quelle: ng.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 01.12.2020. Aufrufe: 56

zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta