Чего достигла Украина за семь лет после Евромайдана

Information
[-]

Девальвация достоинства

Очередную, уже седьмую, годовщину Евромайдана на Украине встретили как-то необычно тихо, без привычных в таких случаях громких акций и мероприятий с участием первых лиц государства. Почему?

Эпидемия, конечно, налагает свой отпечаток практически на все. Так, глава государства, Владимир Зеленский, в то время еще находившийся на самоизоляции в связи с коронавирусом, ограничился записью очередного видеообращения, в котором заявил, что Евромайдан всегда будет символом того, что, цитируем, «в определяющие времена истории главное и решающее слово всегда будет не за политиками, а за украинским народом».

Традиционное шествие по центру Киева на сей раз тоже выдалось немноголюдным. И даже Мустафа Найем, прославившийся семь лет назад легендарным призывом выходить на майдан с «зонтиками и хорошим настроением», в своем Facebook почти не скрывал некоторого сожаления в связи с происходящим. «Сегодня многие будут говорить о разочаровании и реванше. Потери, угрозы и страхи мы воспринимаем острее, чем надежды, достижения и победы. Я не стану скрывать, что тоже вижу признаки отката»,— сетует политик. Впрочем, в конечном итоге, убежден Найем, в 2013–2014 годах все было не зря. «Спустя годы еще больше уверен — если бы в тот промозглый дождливый вечер мы не вышли на улицы и не дали отпор, убитых, искалеченных и потерянных судеб было бы куда больше»,— убеждает своих читателей он.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Не упустили случая подчеркнуть свое скептическое отношение к событиям семилетней давности и многие другие блогеры-политики. «За день чести и свободы сегодня можно пить не чокаясь»,— уверен нардеп от «Слуги народа» Александр Дубинский. «Где Крым? Где Донбасс? Где достоинство? Где европейские ценности? Где уровень жизни, хотя бы 2013 года? Где вообще хоть что-то, из-за чего стояли, убивали и умирали? Где это все?» — интересуется его коллега Максим Бужанский. «Выдохся праздник, все, бабушка приехала,— подводит он итог торжествам в другой публикации.— Еще хорохорятся из принципа, чем-то бахвалятся, вяло убеждают себя самих, что для них это важно, а безразличие остальных не интересует и не касается».

Не до воспоминаний

Здесь следует учитывать, что у современных граждан Украины хватает тем для обсуждения и помимо бесконечных и в целом бесплодных рефлексий по поводу событий семилетней давности. На дворе 2020-й, в разгаре эпидемия коронавируса, на повестке дня — очередной локдаун, который наверняка нанесет мощный удар под дых и без того не благоденствующей экономике. Тем, кому коронавирус как тема для обсуждения уже надоел, украинская новостная повестка предлагает другие вопросы. Хотите — сложности взаимоотношений с МВФ, отказывающимся давать вторую часть кредита, обещанного в обмен на открытие рынка земли. Хотите — притихший, но вовсе не улаженный конфликт президента Зеленского с Конституционным судом. Хотите — итоги местных выборов 25 октября. А хотите — конфликты между Киевом и Закарпатьем, уж слишком пристально глядящим в сторону Венгрии. Дошло до того, что новоизбранные депутаты Сюртовской сельской объединенной территориальной громады открыли свою первую сессию исполнением государственного гимна соседнего государства. По поводу этого уже возбудилось СБУ и (очень кстати к годовщине Евромайдана) то, что осталось от некогда сверхвлиятельного «Правого сектора» (организация запрещена в РФ.— «О»).

На фоне всех этих свежих событий, разворачивающихся прямо на наших глазах здесь и сейчас, даже самые эпохальные свершения семилетней давности невольно тускнеют, и это неизбежный процесс. С другой стороны, если анализировать Евромайдан и его последствия по существу, то картина получается и вовсе какая-то уж безрадостная.

Ключевое, а точнее, изначальное требование «майдановцев», впрочем, в целом выполнено. Соглашение об ассоциации с ЕС подписано и даже вожделенный безвиз получен. Причем в ситуации с безвизом реальность даже примерно соответствовала ожиданиям: поездки в Европу (хоть на отдых, хоть на заработки) действительно стали более простыми и доступными, пусть и со скрипом, но потянулись на Украину западные авиакомпании типа RyanAir и WizzAir… Однако стоило ли это всего того, чего Украина в результате Евромайдана лишилась?

Посчитали — прослезились

От ассоциации с ЕС ждали стремительного роста объемов торговли с Евросоюзом. Результат же оказался более чем скромным. Да, объем экспорта в ЕС за последние 7 лет вырос с 17 до 26 млрд долларов США. Однако «добавочные» 9 млрд экспорта явно меркнут на фоне снижения на 19 млрд (с 25 до 6 млрд) объема торговли со странами ЕС.

Надежды на приток в украинскую экономику европейских и вообще западных инвестиций также не оправдались, и даже более того. По итогам 2013 года в экономике Украины насчитывалось прямых иностранных инвестиций на общую сумму в 53 млрд долларов США. К 2019 году этот показатель сократился до 36 млрд долларов. Ежегодный приток инвестиций сократился с 5,4 до 2,5 млрд. А по оценкам главы Государственной налоговой службы Украины, только за последние три года из Украины вывели 22,5 млрд долларов, причем выводили деньги преимущественно в страны Европы — Великобританию, Нидерланды, Кипр, Германию, Австрию. Как говорится, движение капиталов бывает в обе стороны и свобода такого движения — палка о двух концах.

Усиленная евроинтеграция Украины порой имеет довольно неожиданные последствия. К примеру, в ноябре 2020 года Еврокомиссия констатировала, что Украина уже обогнала большинство стран ЕС… по стоимости электроэнергии: на Украине средняя стоимость 1 мегаватт-часа составляет 40 евро, тогда как в среднем по Европе — 24 евро. За газ граждане Украины платят тоже больше европейских соседей. Если на спотовом рынке голландского хаба TTF в октябре 1 тысячу кубометров природного газа можно было приобрести за 150 долларов, то украинские граждане покупают голубое топливо у своего же государства примерно по 226 долларов за тысячу кубометров. Впрочем, адепты Евромайдана нередко говорят, что «на самом деле майдан стоял не за это» и что в сложившейся обстановке трудности неизбежны. Но как насчет других стратегических требований протеста 2013/2014 годов — например, борьбы с коррупцией?

Борьба ради борьбы

На первый взгляд, к этой проблеме на Украине подходят серьезно и внушительно. За минувшие 7 лет создана целая батарея антикоррупционных органов: Национальное антикоррупционное бюро, Специальная антикоррупционная прокуратура, Государственное бюро расследований, Высший антикоррупционный суд. За минувшие 6 лет расходы на содержание этих органов превысили 10 млрд гривен. Результаты — в сравнении с затрачиваемыми средствами — не впечатляют. Для сравнения: от реализации и управления конфискованными у изобличенных коррупционеров активами за это время госбюджет получил… 35 млн. Даже добавив сюда еще 450 млн гривен имущества, которое арестовано, но пока не реализовано, мы получим лишь что-то около 5 процентов от затраченных на борьбу с коррупцией средств.

Не видать и громких разоблачений, тех самых «посадок», на отсутствие которых нередко сетует Владимир Зеленский. Последним громким делом этого рода была история с закупкой МВД (еще при Порошенко) партии рюкзаков у фирмы, связанной с сыном министра внутренних дел Авакова. Помимо него фигурантами дела числились заместитель министра Чеботарь и бизнесмен Владимир Литвин (не путать с одноименным украинским политиком). Дело закончилось практически ничем. Обвинения против сына Авакова и замминистра Чеботаря были сняты, Литвин, взявший всю вину на себя, получил… два года условно и в сентябре 2020 года был освобожден от наказания со снятием судимости.

Не слишком поменялась ситуация и при Зеленском.

В конце декабря 2019 года полиция завела достаточно крупное дело по вмешательству в работу автоматизированных систем тогда еще единой Государственной фискальной службы (сейчас она разделена на две службы: Государственную таможенную и Государственную налоговую). В списке фигурантов были директор департамента обслуживания налогоплательщиков Наталья Калениченко, директор департамента налогов и сборов юридических лиц Елена Антипова и ряд более мелких чиновников. Обвиняли их в том, что они с помощью программистов частной фирмы осуществляли вмешательство в работу информационных систем налоговой службы и модифицировали хранящиеся там данные путем создания фиктивных кредитов по НДС. Речь идет о так называемых скрутках — об одном из коррупционных бичей современной Украины, которые обходятся госбюджету, по оценкам экс-министра финансов Игоря Уманского, в 4–5 млн гривен ежемесячно.

Обратите внимание: такое громкое и определенно коррупционное дело расследовала почему-то обычная полиция, а не хваленое антикоррупционное бюро. Результат расследования, впрочем, был даже более скромный, чем в деле с аваковскими рюкзаками, а точнее, вообще никакого. И более того, упомянутая выше подозреваемая по данному делу Наталья Калениченко нынче пошла на повышение и работает заместителем главы новосозданной Государственной налоговой службы по… цифровой трансформации!

Ну а совсем недавно разразился громкий коррупционный скандал в музее Революции достоинства: оказалось, что из 150 млн гривен, выделенных музею на строительство Мемориала героев Небесной сотни, 111 испарились в неизвестном направлении. Причем выяснилось все это буквально за несколько дней до 21 ноября — даты празднования годовщины Евромайдана!

А теперь следите за руками: реагируя на обвинения в адрес сотрудников музея, в Офисе президента Зеленского… попрекнули правоохранителей тем, что, озвучивая такие обвинения в преддверии праздника, те «не способствуют общественному согласию в государстве». «Неужели было обязательно именно сейчас проводить эти обыски, даже если следствие считает их нужными?» — вполне официально интересуются у Зеленского в соответствующем заявлении. Похоже, в Офисе президента полагают, что для разоблачения коррупции есть время удачное, а есть — не очень. Ну что же, может быть, просто все предыдущие 7 лет были неудачным временем в этом смысле и осталось всего лишь дождаться, когда начнется удачное.

Пять лет за портрет Брежнева

А что же со свободой слова, той фундаментальной и, не побоюсь этого слова, сакральной ценностью, которую тоже отстаивали на Евромайдане? И с ней ситуация неоднозначная. Западные блюстители этой самой свободы, например в «Репортерах без границ», утверждают, что все хорошо и в некотором смысле даже замечательно. К примеру, в соответствующем рейтинге, составляемом данной организацией, Украина за последние 7 лет поднялась аж на 30 мест: со 129-го на 96-е. Изнутри страны, впрочем, ситуация выглядит немного иначе.

На повестке дня Верховной рады уже долгое время находится законопроект «О медиа в Украине», разработанный кабинетом министров. В нем, среди прочего, прямо закрепляется перечень вопросов, официально запрещенных к освещению. Например, запрещены «материалы, содержащие популяризацию или пропаганду органов государства-агрессора, ее должностных лиц, лиц и организаций» (определение, под которое в целом подпадают любые материалы, в которых Россия, российские органы власти или политики освещаются в позитивном ключе). Для нарушителей, а также для тех, кто нарушит иные пункты документа (например, не предоставит достаточно полных сведений о структуре собственности), предусмотрены штрафы, аннулирование регистрации и даже блокировка вещания (в том числе и блокировка доступа к веб-сайту).

Впрочем, пока все это лишь проекты. А вот другие нормативно-правовые акты, напрямую влияющие на свободу слова, уже существуют и действуют, например, пресловутый закон о декоммунизации, а точнее, «Про осуждение коммунистического и национал-социалистического режима». Но если «национал-социалистическая» часть закона пока особо не используется, то вот «коммунистическая» применяется довольно активно, и одним лишь переименованием улиц, площадей или целых населенных пунктов дело здесь не ограничивается. В частности, 17 ноября Новотроицкий районный суд (Херсонская область) приговорил пенсионерку из поселка Аскания-Нова к 5 годам лишения свободы за то, что она… опубликовала на своей страничке в «Одноклассниках» фото Брежнева. «Когда меня спрашивают, кто такой Брежнев, я объясняю: это период в истории страны, когда народ жил спокойно и был уверен в завтрашнем дне»,— подписала фото пенсионерка.

Правда, от реального пребывания за решеткой ее освободили, отсрочив исполнение приговора на год испытательного срока. А вот материальные издержки в размере 11 500 гривен женщине придется выплатить (для сравнения: средняя пенсия на Украине составляет около 3 тысяч гривен).

Незадолго до празднования седьмой годовщины Евромайдана крупнейшая украинская социологическая группа «Рейтинг» опубликовала результаты исследования, продемонстрировавшего: подавляющее большинство граждан Украины не верят в то, что страна движется в правильном направлении. Такого мнения придерживаются 68 процентов опрошенных, и это наихудший показатель с момента избрания Зеленского. Для сравнения: аналогичные показатели (64–71 процент) фиксировали социологи накануне Евромайдана, чуть более высокие (68–78 процентов) — в дни правления Петра Порошенко. И в этом, пожалуй, заключается один из важнейших выводов, которым уместно завершить статью о 7-й годовщине Евромайдана: что тогда, что сейчас, в лучшее будущее своей страны граждане Украины в массе своей не верят.

И практика показывает, что в этом смысле они пока не ошибались.

Источник - https://www.kommersant.ru/doc/4593810

***

Стала ли Украина ближе к Европе

Шесть лет назад, 27 июня 2014 года, новоизбранный президент Украины Петр Порошенко подписал соглашение об ассоциации Украины и ЕС. Политическое значение этого события сложно переоценить: именно отказ предыдущего президента Януковича подписать документ стал поводом для начала массовых акций протеста, позже ставших известными как Евромайдан. С другой стороны, подписанный документ ознаменовал собой окончательное закрепление курса «прочь от Москвы» и переориентацию экономики Украины на западные, в частности европейские, рельсы.

Тогда президент Петр Порошенко называл соглашение «вторым по важности в истории после обретения независимости». Сегодня позиция уже бывшего президента Украины по этому поводу не изменилась: «Заключив соглашение об ассоциации с Европейским союзом, Украина как европейское государство разделяет общие ценности демократии и верховенства права, зафиксировала свой суверенный выбор в пользу будущего членства в ЕС»,— заявил он 27 июня 2020 года.

Сторонники ассоциации с Европой в свое время тоже не уставали подчеркивать, насколько мощные позитивные изменения ждут украинскую экономику после подписания соглашения. Стране обещали миллиардные инвестиции, свободный доступ украинских товаров на богатые европейские рынки, за чем неизбежно должно было последовать бурное экономическое процветание. «Что такое соглашение с Европейским союзом для каждого из вас? Это зарплата в пять раз выше, чем сегодня, это современная медицина, которая по карману каждому. Это высокие технологии, значительные инвестиции, большой рынок, дешевые кредиты, новые рабочие места. Это право каждого украинца свободно путешествовать по Европе без виз и границ»,— агитировал будущий премьер Арсений Яценюк. Картина скорого благополучия манила, об Остапе Бендере и Нью-Васюках никто не вспоминал…

Прошло 6 лет. Сегодня мы можем оценить результаты евроинтеграции Украины с цифрами в руках.

Внешняя торговля

На первый взгляд может показаться, что надежды «евромайдановцев» оправдались хотя бы в плане внешней торговли. Действительно, в 2013 году в Европу из Украины (не считая Крыма и ныне неподконтрольной части Донбасса) экспортировали товаров на 16,8 млрд долларов США. Импорт из ЕС на Украину в том же году составил 28,3 млрд долларов США. В 2019 году Украина экспортировала в ЕС товаров уже на 20,8 млрд долларов. Казалось бы, результат налицо! Но есть нюансы.

Во-первых, совокупный экспорт из Украины во все страны мира с 2013 по 2019 год сократился с 62 до 50 млрд долларов США (повторимся: в показателях 2013 года Крым и Донбасс уже не учитываются). Падение произошло за счет экспорта в страны СНГ, и в первую очередь в Россию: если в 2013 году Россия закупила украинских товаров на 14,8 млрд долларов США, то в 2019-м — всего на 3,2. Потери — свыше 11 млрд долларов чистыми! Конечно, часть экспорта в Российскую Федерацию (а равно как и импорта из нее) по политическим соображениям «проводят» через третьи страны (Белоруссию, Молдавию и др.), однако факт остается фактом: укрепление позиций Украины на западных рынках не смогло окупить потерь, понесенных ею на рынках стран СНГ.

(Впрочем, не все на Украине считают это проблемой: тот же Порошенко, к примеру, считает сокращение экспорта в Россию достижением. «Доля экспорта России была 33 процента, сейчас — 7,7 процента. И больше у нее нет рычагов давить на Украину»,— заявил Порошенко в феврале 2019 года.) Кроме того, следует учитывать, что рост экспорта в ЕС вовсе не обязательно обусловлен только и исключительно подписанием соглашения об ассоциации! К примеру, с 2007 по 2013 год экспорт из Украины в Европу вырос с 14,7 до 17 млрд долларов, то есть на вполне весомые 15,6 процента, и это без всяких соглашений об ассоциации!

Стоит также остановиться на, если можно так выразиться, качественных показателях внешней торговли. В 2013 году экспорт Украины (опять же без учета Донбасса и Крыма) на 28,1 процента состоял из металлургической продукции, на 14,2 процента — из продукции растениеводства, 11,5 процента составляли минеральные продукты, 11 процентов — продукция машиностроения, 6 процентов приходилось на продукцию предприятий химической промышленности, по 5,6 процента — на масла и жиры, а также на готовые пищевые продукты.

А по итогам 2019 года украинский экспорт уже на 25,8 процента состоял из продукции растениеводства, доля жиров и масел выросла до 9,5, доля минеральных продуктов составила 9,7, экспорт готовых пищевых продуктов — 6,4, химпром — 3,9, машиностроение — 8,9 процента. Бросается в глаза резкий рост зависимости Украины от экспорта сельскохозяйственной продукции при ощутимом уменьшении значения тяжелой промышленности, то есть переход от индустриальной к аграрной экономике. Что всеми актуальными экономическими теориями считается синонимом деградации. Так что в плане внешней торговли ассоциация себя, похоже, не окупила. «Европа нас надурила по экономическим соглашениям. Они нам дали квоты на поставку наших товаров в Европу, которые Украина выбирает за первые два-три месяца каждый год»,— возмущался еще в 2019 году украинский нардеп Виктор Бондарь.

Инвестиции

Долгожданного и обещанного нашествия на Украину иностранных инвесторов также не произошло. К примеру, если в 2013 году приток прямых иностранных инвестиций в экономику Украины составил 5,46 млрд долларов США, то к 2019 году этот показатель сократился до 2,53 млрд, то есть более чем вдвое. Украинская статистика фиксирует отток инвестиционных капиталов из Украины: с 2013 по 2019 год сумма вложенных в страну иностранцами денег сократилась с 53,7 до 32,9 млрд долларов США (как и везде, данные приводятся без учета Крыма и неподконтрольных территорий Донбасса). 21 млрд долларов — более чем существенная плата за «разворот на Запад», не правда ли?

Конечно, можно было бы объяснять случившееся одним лишь бегством с Украины российских инвесторов, чему многие украинские «турбопатриоты», безусловно, только рады. И действительно, объем российских инвестиций в украинской экономике за 6 лет сократился с 3,5 до 0,6 млрд долларов. Да вот только и европейские инвесторы, на которых так рассчитывали на Евромайдане, предпочитают держаться от Украины подальше: за 2014–2016 годы объемы европейских инвестиций в украинскую экономику сократились с 41 до 26 млрд долларов. Парадоксально, но европейским инвесторам Украина была более интересна до подписания соглашения об ассоциации с ЕС!

К примеру, свернул производство на Украине финский производитель красок Tikkurila, закрылась сеть супермаркетов стройматериалов Praktiker, был свернут проект строительства деревообрабатывающего завода турецкой Beta Ltd в Днепропетровске, закрыт завод Tetra Pack в Киеве. Предпочли избавиться от украинских «дочек» многие европейские банки, такие как британский HSBC, Dresdner Bank и Bayerische Landesbank из Германии, польский Bank Pekao S.A., французская Societe Generale Group и т.п. Особенно впечатляет изменение объемов инвестиций в разрезе регионов Украины. К примеру, в 2013 году в экономику Харьковской области было вложено 2,2 млрд долларов. К 2019-му от них осталось лишь 652 млн.

Туризм и эмиграция

Одним из важнейших следствий подписания соглашения об Ассоциации с ЕС стало предоставление Украине безвизового режима. И хотя изначально речь шла лишь о краткосрочных туристических поездках, довольно быстро оказалось, что многие страны ЕС с радостью воспользовались возможностью упростить доступ на свои рынки рабочей силы дешевых работников из Украины: Польша, Чехия и ряд других стран запустили специальные программы, легализующие трудоустройство украинцев, въехавших туда в безвизовом порядке.

Анонсируя «безвиз», тогдашний президент Петр Порошенко заявлял, что отныне любой украинец может легко слетать, к примеру, в Вену, чтобы посетить знаменитую оперу или выпить чашечку кофе. Надо сказать, что зарубежный туризм и правда стал более популярен среди украинских граждан за минувшие 6 лет: если в 2013 году в организованные туристические поездки за рубеж (по официальной статистике) съездили 2,5 млн граждан, то в 2016 году их было уже 3,5 млн. Впрочем, сколько в этом числе реальных туристов, а сколько скрытых трудовых мигрантов, сказать практически невозможно.

Однако куда более впечатляющие изменения произошли в сфере трудовой миграции. По данным Немецкой консультативной группы на Украине, в 2012 году в странах ЕС работали 779 тысяч граждан Украины. К 2017 году, по тем же данным, их количество выросло до 1,18 млн человек. А в 2019 году речь шла уже о 4 млн граждан Украины, причем только за 9 месяцев 2019 года из страны выехали 1,5 млн человек, сообщил министр Кабинета министров Украины Дмитрий Дубилет.

Интересно, что миграция, в прошлом распространенная преимущественно в сельской местности, да к тому же в наименее экономически развитых западных регионах, сегодня является обычным делом на юге и востоке. Например, в относительно благополучной Одессе власти внезапно столкнулись с нехваткой водителей маршруток, а также… дворников: выяснилось, что представители этих профессий могут зарабатывать за рубежом на порядок больше денег и не желают упускать такую возможность. Так, в 2017 году из одесского ЖКС «Вузовский» уволились сразу 12 дворников, последовавших примеру своего товарища, нашедшего лучшее применение своим навыкам в соседней Польше.

Жить стало веселее?

Если посмотреть на ситуацию с точки зрения рядового украинца, то с началом евроинтеграции жизнь существенно лучше не стала. Согласно данным обследования условий жизни домохозяйств, которое ежегодно проводит Государственная служба статистики Украины, в 2013 году средняя украинская семья располагала в среднем 4470 гривнами в месяц, что эквивалентно 559 долларам США. К 2018 году этот показатель в гривне вырос до 9904 гривен, а вот в долларах сократился до 366. При этом доля расходов на оплату, к примеру, резко подорожавших коммунальных услуг выросла с 8 до 14,8процента.

Украинцы банально стали меньше есть: к примеру, если в 2013 году средняя украинская семья съедала 5,2 килограмма мяса и продуктов из него, то к 2018 году — уже 4,7 килограмма. Потребление рыбы сократилось с 1,8 до 1,3 килограмма в месяц, фруктов и ягод — с 4,1 до 3,7 килограмма и так далее.

Не в лучшую сторону изменилась криминогенная обстановка. В 2013 году на Украине было зарегистрировано 536 тысяч преступлений, в том числе 13 776 особо тяжких. В 2019 году общая численность зарегистрированных преступлений снизилась до 444 тысяч, зато численность особо тяжких преступлений выросла до 15 368.

В этой ситуации довольно цинично звучит оценка итогов 6 лет работы соглашения об ассоциации, данная в ходе шестого заседания Совета ассоциации Украина — ЕС в Брюсселе в январе 2020 года. «Совет приветствовал конкретные результаты, которые реализация соглашения об ассоциации продолжает приносить пользу гражданам ЕС и Украины»,— говорится в заявлении. Конкретным результатом считается «позитивное влияние безвизового режима на налаживание личностных контактов между Украиной и ЕС». Сторонники европейского курса Украины могут сказать (и говорят!), что все вышеизложенное является не следствием подписания соглашения об ассоциации, но результатом войны на Донбассе: мол, о каком развитии экономики можно говорить в стране, фактически находящейся в состоянии войны? Однако тогда логично было бы поставить вопрос: а почему украинские власти практически ничего для прекращения этой войны не делают? Впрочем, это уже совсем другая история.

Можно придумать и другие объяснения происходящему, не бросающие тень на сияющий облик великой украинской евроинтеграционной мечты. Однако пока над этой задачей бьются лучшие умы государства, среди более широких слоев населения набирает все большую популярность шутка-вопрос: «Это еще Европа или будет хуже?»

Источник - https://www.kommersant.ru/doc/4397495?from=doc_vrez


Infos zum Autor
[-]

Author: Юрий Ткачев

Quelle: kommersant.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 09.12.2020. Aufrufe: 52

zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta