2020 год: итоги работы федерального правительства России под руководством премьер-министра Мишустина

Information
[-]

ГЛАВНЫЙ ВЕКТОР ЗАДАЛ КОРОНАВИРУС

Изначально новое правительство собиралось фокусироваться на реализации нацпроектов, но основной вектор его деятельности в минувшем году определил коронакризис – пришлось оперативно реагировать на стремительно ухудшающуюся экономическую ситуацию.

Для бизнеса

В части поддержки бизнеса одной из наиболее значимых мер стала выдача беспроцентных кредитов на выплату заработных плат. Средства предоставлялись банками-агентами при поддержке Банка России в первые шесть месяцев, а ставка составила 0%, при этом гарантии по кредитам обеспечивались поручительством ВЭБ.РФ (до 75%).

Также была запущена программа поддержки занятости компаний из пострадавших отраслей, ставка по которой составила 2%. При этом предприятиям, которые сохранят не менее 90% сотрудников к 1 апреля 2021 года, кредит будет списан вместе с процентами. Производилось льготное кредитование МСП по ставке 8,5%. Осуществлялось кредитование на поддержание оборотных средств и сохранение рабочих мест для системообразующих компаний, были значительно смягчены условия предоставления кредитов. МСП были предоставлены кредитные и налоговые каникулы, а выплаты малому бизнесу из пострадавших отраслей производились из расчета 12 130 руб. на сотрудника. В 2020 году аэропортам и организациям были предоставлены субсидии из бюджета за счет средств Резервного фонда РФ в размере 10,9 млрд руб., а в условиях пандемии было принято решение оказать поддержку авиакомпаниям в 23,4 млрд руб.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Строительный сектор получил значимую поддержку в виде программы льготной ипотеки, которая стимулировала спрос, доведя объем выдачи ипотечных кредитов до рекордного. Были предоставлены ипотечные каникулы заемщикам, а для проектов с низким уровнем реализации проектное финансирование обеспечивал «Банк ДОМ.РФ». Производилось субсидирование процентных ставок по кредитам застройщиков, предоставлялось льготное кредитование застройщиков, относящихся к МСП. Были отменены санкции за неисполнение сроков ввода и оказаны дополнительные меры поддержки застройщикам – системообразующим предприятиям.

Одновременно с этим ажиотажный спрос привел к подорожанию недвижимости в отдельных регионах. В рамках реализации нацпроекта «Жилье и городская среда» были перевыполнены плановые показатели по расселению аварийного жилья и стимулированию регионального жилищного строительства. Указанные меры позволили ограничить рост безработицы в стране и сохранить рост реальных заработных плат. Кроме того, удалось избежать негативных тенденций в корпоративном кредитовании. Реализация мер поддержки также способствовала сохранению банковского кредитного портфеля на стабильном уровне, а к концу 2020 года в рисковом сегменте МСП было зафиксировано снижение доли просроченной задолженности по кредитам. Заметное улучшение ситуации наблюдалось и в отраслях, в наибольшей степени пострадавших от пандемии.

Негативным последствием кризиса стало снижение числа ИП на 134 тыс., а числа юридических лиц – на 189 тыс. Еще одной проблемой стал возросший риск формирования ипотечного пузыря из-за выданных 3,74 трлн руб. ипотечных кредитов. В части продовольственного рынка на фоне пандемии обострилась проблема незащищенности российского потребителя от резких изменений конъюнктуры мировых рынков продуктов питания и сельскохозяйственного сырья. Кроме того, текущие решения правительства РФ по ограничению экспорта сельхозтоваров в среднесрочной перспективе могут стать причиной очередного витка цен на базовые продукты АПК из-за сокращения их производства.

Для людей

В части поддержки граждан наиболее значимыми мерами стали выплаты пособий на детей в возрасте от трех до семи лет включительно, единовременные выплаты в размере 10 тыс. руб. на каждого ребенка в возрасте от 3 до 16 лет, ежемесячные выплаты в течение апреля–июня 2020 года семьям с детьми до трех лет, дополнительная выплата на каждого ребенка в возрасте до восьми лет по 5 тыс. руб. и увеличение размера пособий по уходу за ребенком в возрасте до 1,5 лет в два раза – до 6752 руб.

Помимо этого производилась поддержка граждан, потерявших работу. Так, был увеличен максимальный размер пособия по безработице – до 12 130 руб., минимальный размер – до 4500 руб., а в случае наличия несовершеннолетних детей пособие выплачивалось в повышенном размере. Осуществлялись выплаты медицинским работникам и работникам социальных служб, волонтерам. Была снижена долговая нагрузка на граждан, которые имели ипотечный или потребительский кредит. Они могли воспользоваться кредитными каникулами на срок до шести месяцев в случае снижения доходов на 30% и более.

Указанные меры смогли ограничить снижение доходов населения и, следовательно, поддержать потребительский спрос. Реальные располагаемые денежные доходы населения замедлили темпы падения в третьем квартале 2020 года до 4,8% в годовом выражении после падения на 8,4% во втором квартале, а падение оборота розничной торговли по итогам 11 месяцев 2020 года сократилось до 4,1% в годовом выражении при сравнении с падением на 6,1% за первое полугодие.

В части поддержки исполнения бюджетов субъектов РФ наиболее значимыми мерами поддержки стали выделение дополнительного объема финансовой помощи регионам в размере 300 млрд руб., увеличение сроков и лимитов на предоставление казначейских кредитов и их рефинансирование. Также была осуществлена реструктуризация федеральных бюджетных кредитов, а указанные меры помогли своевременно повысить сбалансированность исполнения консолидированных бюджетов субъектов РФ, а также заместить банковские кредиты.

В целом темп восстановления российской экономики в условиях все еще сохраняющихся рисков пандемии и необходимости соблюдения ряда ограничений во многом зависит от дальнейшей реализации мер поддержки как бизнеса, так и граждан, занятости, региональных бюджетов, которые будут испытывать повышенную нагрузку еще несколько лет. Важно учитывать, что многие из реализованных мер поддержки только отложили необходимость выплат и могут потребовать продления в случае более медленного, чем ожидается, восстановления экономической активности.

Автор Диана Каплинская – вице-президент Центра стратегических разработок

***

ЭКЗАМЕН ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ ПРИДЕТСЯ СДАВАТЬ В 2021 ГОДУ

В правительственном календаре 2021 года январь отмечен первой круглой датой – позади первые 12 месяцев напряженной работы в обстоятельствах по-настоящему исключительных. Экономический кризис, спровоцированный эпидемией COVID-19 и карантинными ограничениями, нешуточные испытания для финансовой стабильности, выстраивание с колес мер поддержки населения и бизнеса, организация борьбы с коронавирусной инфекцией, планирование последующего восстановления российского хозяйства с лечением его аритмии и ориентацией на достижение наццелей – уже этого достаточно, чтобы засчитывать исполнившийся срок с коэффициентами, обычно применяемыми к службе в условиях боевых действий.

Предварительные макроитоги тоже имеют значение. Без антикризисных усилий экономика упала бы глубже как минимум на 2 п.п. Более выраженными оказались бы и сокращение реальных располагаемых доходов населения, и рост безработицы, и увеличение бедности. Количественный расклад результатов-2020 (в скором времени он будет представлен Росстатом), бесспорно, важен и существенен. Между тем еще примечательнее, пожалуй, качественная сторона управленческих решений и действий, им поспособствовавших. У каждого человека в характере всегда есть сильные и слабые стороны. То же свойственно и правительствам, что отражается на стиле их деятельности и коммуникаций. В этом смысле нынешний кабинет министров в течение года вполне ясно обнаружил несколько примечательных черт.

Во-первых, весьма заметно возросла скорость принятия и исполнения регулятивных решений вместе с адекватностью понимания болевых точек, нажимать на которые необходимо для сохранения жизнеспособности экономики и социальной сферы.

Во-вторых, такая акупунктура явно тяготеет к системности, складываясь в итоге в восстановительное и наццелевое планирование как живой процесс, корректируемый возможностями наращивания социальной отдачи от динамики ВВП.

В-третьих, налицо жесткая увязка прогрессирующей социализации экономического роста с преодолением его структурных ограничений. Под этим углом зрения вся правительственная повестка по возвращению экономики на докризисный рубеж по количественным макропоказателям оказывается своего рода ключом на старт ускорению формирования новой модели развития. Критерий успеха тоже понятен и, кстати, определен самим же кабинетом министров – двукратный выход за границы инерционной макродинамики в 1,5–2% годового роста ВВП на основе его новых источников: запуска инвестиционного цикла, активной роли малого и среднего бизнеса, увеличения несырьевого неэнергетического экспорта и, конечно же, повышения совокупной факторной производительности труда, невозможного без обновления институциональной оснастки экономики, ее инфраструктуры, гибкой организации рынка труда и технологических прорывов, одним из которых является постоянно остающаяся на слуху цифровизация.

Еще одна стилевая особенность истекшего правительственного года – на порядок возросшая интенсивность коммуникаций с бизнесом и обществом, способствующая большей доказательности проводимого курса. Резервов на этом поприще немало. Нередко действия заметно опережают их разъяснения. Тем не менее на глазах экономическая политика из «потока ордонансов» сверху вниз превращается в систему постоянных отношений между предпринимательским классом и гражданами и государством по поводу принятия и исполнения его решений, касающихся деловой жизни и ее социальных проекций. На то, что коммуникации далеко не односторонни, указывает и история с принятием закона о соглашениях по защите и поощрению капиталовложений, включая поправки к нему, учитывающие реакцию бизнес-объединений, и корректировки по ходу административной реформы, прямо отражающие предложения экспертного сообщества, и многие другие «кейсы» такого рода.

Содержательные перемены в деятельности правительства, на мой взгляд, решающим образом стали возможны благодаря поправкам к Конституции РФ, касающимся организации системы публичной власти. По большому счету их можно сравнить с вакцинацией госуправления от иммунодефицита эффективности. Сильные стороны в работе кабинета министров в минувшем году позволяют предположить, что лечение может принести плоды. Тем не менее листья для лавровых венков еще не распустились. Причем позитивные подвижки могут перейти в свою противоположность, если действия, обещающие добротный экономический результат с высокой социальной отдачей, будут приостановлены или вовсе свернуты. Непоследовательность правительств и их неспешная реакция на очевидные изъяны экономической структуры по опыту прошлых лет отнюдь не способствовали устойчивому развитию.

В этом смысле едва ли не самый принципиальный вызов-2021 – как не попасть в ловушку-2022, когда восстановление экономики в ее нынешней структуре (с теми же долями в ВВП секторов услуг, малого и среднего бизнеса и т.п.) обусловит возвращение к темпам роста в рамках потенциального выпуска в интервале 1,5–2,5%. Причем верхняя граница достижима лишь при суперкомфортных внешних условиях.

Как уклониться от последовательности «упали–отжались–расслабились» – вопрос в принципе риторический. Ответ – по гамбургскому счету – сложился в антикризисной практике 2020 года и замыслах на среднесрочную перспективу с упором на обновление условий ведения бизнеса и гарантии их стабильности. В то же время уверенность граждан в реализации такого рода сценария все еще не слишком высока. Индекс экономической надежды по итогам последнего опроса Gallup International (проводился в ноябре-декабре прошлого года одновременно в 41 стране) у россиян оказался вдвое ниже, чем в среднем в мире. Это означает, что расслабляться преждевременно. С зачетной сессией – 2020 правительство справилось, впереди, однако, экзаменационная –2021.

Автор Никита Масленников – экономический эксперт.

***

ЧТО СТОИТ ЗА НАЛОГОВЫМИ НОВАЦИЯМИ ПО НДФЛ В ПЕРИОД КОРОНАКРИЗИСА

В кризисном 2020 году было принято несколько небольших, но крайне важных инициатив развития налоговой политики в части налогообложения доходов граждан. Выделим три из них: введение налогообложения доходов по вкладам; введение ставки 15% на доходы, превышающие 5 млн руб. в год; введение упрощенного порядка подтверждения налоговых вычетов по НДФЛ, внесенное правительством РФ в Госдуму.

С одной стороны, вектор повышенного внимания к налогообложению граждан обусловлен несколькими объективными факторами: дефицитностью региональных бюджетов, в то время как НДФЛ является одним из основных их источников; высоким уровнем общественного запроса на социализацию НДФЛ; низкой социальной эффективностью налоговой политики в сфере налоговых вычетов по НДФЛ; снижающимся, но все еще высоким уровнем теневых доходов граждан. И если тема легализации налоговой базы по НДФЛ не сходит с повестки на протяжении всей новейшей налоговой истории, то расширение налоговой базы за счет введения новых объектов налогообложения – это достаточно редкое и, конечно, непопулярное решение.

Вполне понятно стремление купировать проблему сжатия доходной базы региональных бюджетов за счет введения нового объекта налогообложения – доходов, полученных по банковским вкладам. Но давайте рассмотрим это решение как с фискальной точки зрения, так и социально-экономической. Если смотреть под углом заботы о наполнении региональных бюджетов, то в первую очередь необходимо было бы обратить внимание на региональную структуру формирования налоговой базы по доходам от вкладов. Даже неискушенному обывателю будет очевидно, что наибольший бюджетный эффект будут получать традиционно и так обеспеченные налоговыми доходами регионы, просто в силу того, что объем больших вкладов, доходы по которым будут превышать пресловутый миллион рублей, сосредоточен буквально в нескольких городах. А основной массив регионов так и останется за чертой дополнительного источника доходов.

Наряду с этим снижение доходности по вкладам может оказать косвенное влияние на отток сбережений в спекулятивный сектор экономики, что, в свою очередь, может оказать негативное влияние как на банковскую ликвидность, так и на сокращение кредитных ресурсов банков со всеми вытекающими отсюда последствиями. То есть и без того низкие ставки просто отобьют у части вкладчиков желание сохранять свои сбережения в банках, а значит, снизится и потенциальная налогооблагаемая база. Признавая в целом необходимость развития института налогообложения доходов граждан, в том числе и в части расширения объектов, вызывают сомнение глубина проработки принятого решения, целесообразность его принятия в текущем году.

Вдогонку к новому объекту налогообложения принимается решение и о введении повышенной ставки (15%) для доходов, превышающих 5 млн руб. в год. Безусловно, говорить о сколь-нибудь значимом объеме дополнительных поступлений в бюджетную систему не приходится. Напомним, по оценкам Минфина, годовой объем дополнительных поступлений оценивается в пределах 60 млрд руб., что составляет порядка 1,5% от суммарного объема НДФЛ. Однако данное решение носит отнюдь не фискальный характер, хотя бы в силу того, что повышенная ставка будет носить «окрашенный» характер, а сборы по ней направляться на финансирование отдельных направлений в части детского здравоохранения. Безусловно, это решение следует рассматривать исключительно с социальной точки зрения – «богатые должны больше финансово участвовать в решении государственных задач».

При всей неоднозначности достижения цели по формированию справедливого подхода к налоговым изъятиям в зависимости от уровня дохода следует признать, что данное решение является, по сути, компромиссным и достаточно взвешенным между сохранением единой плоской шкалы и введением полноценного прогрессивного налогообложения доходов. Многими экспертами оно воспринимается как подготовительная площадка для дальнейшего развития прогрессии в системе налогообложения доходов граждан.

Вместе с тем перспективы существенного повышения социальной функции НДФЛ достаточно широки и находятся в плоскости не управления налоговой ставкой, а управления налоговыми вычетами. В частности, давно назрел вопрос инвентаризации стандартных налоговых вычетов, пересмотра пороговых значений по вычетам, исходя из фактических реалий сегодняшнего дня. Ну и главное поле социализации НДФЛ – это, безусловно, внедрение в России передовых мировых практик налогового администрирования доходов граждан в части установления необлагаемого минимума. Наиболее перспективным в этом смысле представляется реализация внедрения необлагаемого дохода через установление стандартных налоговых вычетов в размере, сопоставимом с кратными размерами минимального размера оплаты труда (МРОТ).

Конечно, лобовой прямолинейный расчет показывает, что внедрение подобного рода стандартных налоговых вычетов по НДФЛ может привести к весьма существенным выпадающим доходам региональных бюджетов. Что и является ключевой проблемой реализации практики применения стандартных налоговых вычетов для малозарабатывающих граждан.

И в связи с этим интересной выглядит правительственная инициатива значительного упрощения процедур получения гражданами налоговых вычетов по НДФЛ. Отмечу, обладая уникальными информационными массивами и технологиями, сегодняшняя Федеральная налоговая служба в системе контроля за обоснованностью применения гражданами налоговых вычетов вполне может обойтись заявительным порядком волеизъявления гражданина на получение того или иного вычета. Однако, несмотря на это, для того чтобы получить тот же имущественный вычет при покупке квартиры, гражданину по-прежнему нужно заполнять декларацию, прикладывать документы, ждать больше трех месяцев возврата ранее уплаченного НДФЛ.

Собственно, именно на это – внедрение заявительного порядка на получение вычета по НДФЛ – и направлена еще одна инициатива властей в ушедшем году. Проект соответствующего закона был внесен в Госдуму 17 декабря. Учитывая значимость данной правительственной инициативы, есть все основания полагать, что удастся избежать волокиты и законопроект будет принят до наступления декларационной кампании в 2021 году. Пока же, согласно предварительному плану работы Госдумы, законопроект может быть рассмотрен в первом чтении до конца января 2021 года.

Автор Вадим Засько – декан факультета налогов, аудита, бизнес-анализа Финансового университета при правительстве РФ, доктор экономических наук.

***

https://www.ng.ru/economics/2021-01-20/5_8061_2020.html

***

Год Мишустина, или Можно ли найти хоть 10 отличий от премьерства Медеведа?

«Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе – науке неизвестно», или Не все элитные форумы одинаково полезны.

Предшественник Мишустина на посту председателя правительства Российской Федерации очень любил международные форумы. Их производство было поставлено на поток. Сейчас их стало меньше, проходят в гибридном формате, но ни тогда, ни сейчас отчетов об их результатах, а также докладов об итогах конгрессно-выставочной деятельности в целом, которые Минпромторг обязан ежегодно представлять в правительство, в открытом доступе найти невозможно.

Пользоваться пресс-релизами глупо. Они вообще пишутся для отвода глаз. Правительственных решений по результатам форумов тоже не принимается, хотя всякий раз обещают это сделать обязательно. Всё заканчивается дежурным сообщением: по своему масштабу и результатам именно данный форум вывел дискуссию на новый уровень, ознаменовался новыми интеллектуальными достижениями и его справедливо можно назвать прорывным, новаторским и технологическим. Если же удастся пригласить к участию в форуме президента, то и многомиллионные затраты, проведенные через сайт госзакупок или осуществленные иными способами, будут оправданы априори. Поэтому всякий раз приходится просматривать мегабайты видеозаписей, чтобы в обнаружить хоть что-то важное и существенное.

В этом году «деловой сезон», как 2021 год окрестили организаторы, открыл XII Гайдаровский форум. Тема — «Россия и мир после пандемии». Глобальный заголовок. Как и у всех его предшественников. Напомню, какие были: «Россия и мир: вызовы нового десятилетия», «Россия и мир: в поисках инновационной стратегии», «Россия и мир: 2012−2020», «Россия и мир: вызовы интеграции», «Россия и мир: новый вектор», «Россия и мир: взгляд в будущее». «Россия и мир: цели и ценности». Двенадцать лет, двенадцать форумов. Оттенки тем разные, а суть одна, но всё равно договориться никак не могут.

Главный организатор, ректор президентской академии В. Мау, как и его единомышленники, продолжает считать, что Россия является частью глобального мира, частью глобальных процессов. Всё, что в период пандемии должно было произойти и произошло в других странах, произошло и в России. И наоборот. Все страны и в период пандемии, и период кризиса 2008−2009 годов пожертвовали темпами экономического роста ради благополучия народа и качества его жизни. Так же поступила и Россия. Возможно, что невысокие темпы экономического роста и в будущем — это благо, позволяющее переосмыслить такой экономический индикатор, как рост ВВП. Потому что электронная книга дешевле обычной, а весовой вклад в ВВП «цифрового» издания минимальный.

Другие специалисты, как правило, аффилированные с правительственными структурами, продолжают методологию Д. Медведева, под чьим руководством и проводился обычно форум. Они всегда подчеркивают исключительность и специфику нашей страны, создающую свой путь социально-экономического развития.

Так, А. Силуанов, министр финансов, на форуме подчеркнул: народное благосостояние — это цель, а экономический рост — это инструмент достижения цели. Более того, важно качество экономического роста. Например, копали яму, закопали яму, все пыхтели, все трудились, получали зарплату, но никакого добавочного продукта не получили. М. Решетников, министр экономического развития, считает, что никакого противоречия между экономическим ростом и ростом благосостояния нет. Более того. Без роста доходов населения экономического роста не произойдет. Э. Набиуллина, руководитель Центробанка, имеет свою точку зрения: цель экономической политики государства — благо народа, а не темпы экономического роста. Главное — не столько рост доходов населения, а и распределение и доходов, и активов, что требует осмысления. Дискуссия, которая завязалась между В. Мау, А. Силуановым, М. Решетниковым и Э. Набиуллиной, называлась «Непростой разговор об экономическом росте».

М. Мишустин не принимал участия в этой ключевой дискуссии. С делегатами, в отличие от Д. Медведева, он вообще решил пообщаться в одностороннем порядке, через видеообращение. Начал интригующе, так, как будто только что вернулся с саммита премьеров ведущих государств и спешит всем сообщить: «Правительства многих стран сейчас ищут ответ на ключевой вопрос: каким будет мир после победы над новой инфекцией? И этот ответ будет определять суть долгосрочных стратегий — как в области экономики, так и многих социальных программ».

Согласитесь, действительно интригующее начало. Всем нам было бы чрезвычайно полезно узнать, что думают в правительствах других стран. И чем раньше, тем лучше для управления. Ведь Всемирный экономический форум в Давосе перенесен с зимы на лето 2021 года, а цифровое мероприятие высокого уровня «Давосские диалоги», в ходе которого ключевые глобальные лидеры поделятся своими взглядами на состояние мира в 2021 году, состоится после того, как завершится Гайдаровский форум. Однако Мишустин «по ключевому вопросу» ничего не сообщил ни 400 спикерам форума, ни 100 тысячам подключившихся к ним через интернет. Так что, «есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе — науке неизвестно».

На самом деле, что там думают в других правительствах, и насколько быстрее, чем в других странах, мы пройдем пандемический этап жизни, — никакого значения для нас не имеет. Никому эти фантазии Баранкина и лжесоперничество не нужны, как и правительственный прогноз, что «период восстановления у нас пройдёт значительно быстрее». И в отношении преувеличенных масштабов вакцинации — тоже не надо бахвалиться. Мы пока находимся далеко не на первом месте по прививкам в расчете на 100 жителей. И во-вторых, мы уже слышали от правительства, что второй ковид-волны у нас не будет.

Плохую службу сослужили помощники премьера, заложив в его приветствие «ключевой вывод» — «важно не оставаться в плену у старых догм и привычных удобных решений». Абсолютное большинство участников форума — не из правительственного аппарата, которых действительно надо бы поучить этому, а интеллектуальный цвет нации и эксперты с мировыми именами. И они были вправе ожидать от первого после года работы публичного выступления председателя российского правительства ответа на два действительно ключевых вопроса: сумел ли кабинет министров избавить себя и страну от пороков предшественников и чем прославит себя и страну в 2021 году? Иначе говоря, чем новый кабинет министров отличается от предшествующего, который жил и работал исключительно в духе законов Паркинсона? Мишустину стоило бы откровенно попросить у экспертов совета, предварительно хотя бы сформулировав вопросы правительственного уровня. Как это сделал в своем обращении к форуму президент. Иначе — незачем тратить деньги на форумы, если сами с усами.

Главный порок предшествующего кабинета министров заключался в том, что ему хронически не удавалось:

  • по-хозяйски распорядиться средствами, безропотно выделявшимися Государственной думой в форме закона о федеральном бюджете и его бесчисленных изменениях. Сотни миллиардов рублей постоянно зависали на казначейских счетах в конце каждого бюджетного года;
  • обеспечить системное стратегическое программирование социально-экономической жизни страны, хотя именно это является прямым указанием федерального законодательства и главной функцией правительства;
  • наладить системное взаимодействие и совместную синхронную деятельность федеральных министерств и субъектов Российской Федерации в реализации государственных программ, как бы они ни видоизменялись.

Все эти проблемы — сверхактуальны и сегодня.

Например, на 2021 год не распределено и вновь зарезервировано 639 млрд рублей, а прирост государственного долга запланирован с 19,1% ВВП на начало 2021 года до 21,4% на начало 2024 года. Мишустин объявил, что под национальные цели на ближайшие три года выделено 39 триллионов рублей. И тут же сообщил, что завершенных планов по их освоению еще нет и, возможно, не будет. Видимо, это уже согласованная линия поведения.

Раньше его первый заместитель Белоусов на встрече с представителями Общероссийского народного фронта ошеломил своей откровенностью: единый план достижения национальных целей развития (350-страничный документ) — незаконченный материал. «И, не побоюсь сказать, он никогда не будет закончен. Единственное, что здесь константа, — это цели». Тогда же министр экономического развития РФ Решетников тоже заявлял: «Реализация единого плана будет происходить в условиях серьезных структурных изменений мировой и российской экономики и нового баланса между глобализацией и регионализацией экономики. Пандемия, очевидно, изменила условия хозяйствования, и нам еще предстоит выяснить характер и последствия этих изменений».

Оставим без расширенных комментариев абсолютно не соответствующие действительности слова Решетникова о каких-то структурных изменениях в связи с пандемией и пр. Важнее, что на Гайдаровском форуме федеральные министры разошлись между собой в оценке приоритизации стратегических направлений социально-экономического развития страны. Удостоверим факт: стратегирование — было самым слабым звеном в деятельности правительства Медведева. Таким же оно оказывается и сегодня. Так что зря Мишустин разоткровенничался, выступая перед депутатами Государственной думы в первой половине 2020 года, что он недавно впервые прочитал Федеральный закон о стратегическом планировании, хотя на государственной гражданской службе уже давно, а закон принят в 2014 году.

И, наконец, третья проблема — отсутствие системного сотрудничества с регионами. Как таковое оно, конечно, есть, но вертикальное, структурное, по принципу субъект-объектного взаимодействия. Шаг в сторону не допускается, а регионы совершенно зажаты в средствах и сверхзакредитованы. Рост трансфертов из федерального центра действительно увеличивается из года в год, но происходит за счет увеличения связанных субсидий на реализацию национальных проектов, на борьбу с пандемией и пр. Размер несвязанных дотаций практически не меняется. Насколько контрпродуктивна такая бюджетная политика, видно на примере расхваленных региональных программ модернизации первичного звена здравоохранения, созданных и по усредненным лекалам, и под копирку.

Т. Голикова, курирующий заместитель председателя правительства, М. Мурашко, министр здравоохранения, утверждая программы чохом, вряд ли прочитали хотя бы одну из них. Хоть пятидесятистраничную, хоть тысячелистную. Они не удосужились увидеть то, чего не имели права не увидеть. К примеру, что территориальные минздравы, подчиняясь прихоти московских чиновников, вынуждены писать в программах и представлять расчеты того, что по определению подсчитать еще невозможно, планировать то, что запрограммировать нельзя. Как, например, Минздрав РФ и все остальные минздравы рассчитают ключевой стартовый показатель программ — долю охвата населения первичной медико-санитарной помощью, если не выяснена зона доступности? Даже безотносительно к ее качеству? Доля охвата говорит как минимум о доступности помощи. Этот же показатель прямо свидетельствует об обоснованности затрат на текущее содержание медицинских учреждений и домовых хозяйств скорой помощи.

Несколько наиболее самодостаточных регионов с умными губернаторами и министрами отказались заполнять этот показатель из-за отсутствия федеральных методик расчета. Все другие территории под угрозой срыва московского финансирования то ли наврали, то ли нахвастались, то ли всё рассчитали верно, то ли еще что-то, но чудо свершилось — и было насчитано. И все — по-разному. В результате доля охвата населения первичной медико-санитарной помощью в Калужской области составляет всего 9 процентов, в Тульской области — 40 процентов, в Брянской области — 72,9%, в Иркутской области — 73,7%, в Оренбургской области — 85%, в Курской области — 97%, в Республике Алтай — 98,2%, в Чувашской Республике — 99,9 процента, в Костромской, Новосибирской, Московской, Ростовской, Тамбовской, Тюменской, Псковской областях — 100 процентов. На тему программирования здравоохранения ИА REGNUM уже подробно высказался, поэтому ограничимся вышеприведенными примерами.

Как будто не замечая сложности процесса и бессодержательности вывода, Мишустин заявил: «План (единый план достижения национальных целей развития — А. М.) связывает воедино национальные цели, проекты и госпрограммы. Национальные проекты уже скорректированы в соответствии с обновлёнными целями (до 2030 года — А. М.). Сейчас такая же работа ведётся по государственным программам. Трансформируется и система институтов поддержки — устраняется дублирование функций». Видеовыступление М. Мишустина удивило отсутствием содержательной связи с тем, что от имени правительства Российской Федерации уже говорилось раньше, на гайдаровских и других международных форумах.

Приведу лишь один пример. Медведев гордился, что особое место всегда занимала цифровизация всех сторон жизни и управления. Что Россия впервые вошла в число стран с очень высоким, по оценкам Организации Объединённых Наций, уровнем развития электронного правительства. По индексу E-Government наша страна заняла 32-е место из 193 стран, по соседству с Израилем и Бельгией. Наша страна впервые вошла в десятку стран — лидеров цифровой экономики за счёт высокой вовлечённости людей. Мы занимаем первое место в Европе и шестое в мире по количеству пользователей интернета — во многом благодаря тому, что он дешевле, чем во многих развитых странах. Москва по уровню внедрения «умных решений» заняла второе место после Лондона. А по оценкам ООН, которым мы верим больше, — первое место в мире. Теперь о цифровизации всей страны в правительстве говорят, скорее, как о наборе тех или иных мероприятий.

Видимо, это не проблема личности. Это — проблема института премьерства в нашей стране. Может быть, из-за этого в материалах выступлений почти 400 спикеров Гайдаровского форума не удалось обнаружить хоть какой-то ссылки на мишустинское приветствие. Ничего не запало в голову? А что по итогам форума возвратится в голову правительства? Пока же М. Мишустин «уверен, что активное участие экспертного сообщества в проработке тактики и нашей стратегии поможет найти оптимальные решения. Важно объединить усилия, чтобы сделать нашу экономику сильной».

Было бы хорошо. Меры, которые наметило правительство по разным направлениям, в принципе, такие же правильные, как и те, о которых мечтал Д. Медведев. Дело за малым: организовать общероссийское продвижение к национальным целям развития, определенным президентом Российской Федерации.

Автор Андрей Маленький

https://regnum.ru/news/economy/3171156.html


Infos zum Autor
[-]

Author: Вадим Засько, Диана Каплинская, Никита Масленников, Андрей Маленький

Quelle: ng.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 30.01.2021. Aufrufe: 31

zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta