25 лет интеграции Беларуси и России

Information
[-]

Что Беларусь получает и теряет от сближения с Россией

От интеграции с Россией Беларуси имеет льготные цены на энергоносители и доступ к рынку РФ, при этом в стране замедляются реформы и растет угроза ее независимости, считают эксперты.

Александр Лукашенко 9 сентября проводит в Кремле переговоры с Владимиром Путиным, одной из ключевых тем которых является углубление интеграции Беларуси и России и возможное подписание 28 союзных программ - их стороны обсуждали последние три года. В целом же построить более тесные отношения - и экономические, и политические - Минск и Москва пытаются с середины 90-х годов. Что из этого получилось и что в интеграционной сфере происходит сейчас - у DW.

Как начиналась интеграция Беларуси и России?

Александр Лукашенко еще до избрания президентом Беларуси активно использовал в своих целях тему интеграции с Россией. Вскоре после его победы на выборах стороны подписали соглашение о Таможенном союзе от января 1995 года, а через полтора месяца - Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве сроком на 10 лет. Формальным началом интеграционного проекта многие наблюдатели, однако, считают подписание 2 апреля 1996 года Борисом Ельциным и Александром Лукашенко Договора о создании Сообщества Беларуси и России.

Затем Минск и Москва одобрили еще ряд соглашений данной направленности, главным из которых стал Договор о создание Союзного государства от 8 декабря 1999 года. Он - в отличие от прежних документов - предусматривал уже и довольно тесную политическую интеграцию, в том числе создание общего двухпалатного парламента, конституции, суда, счетной палаты и валюты с единым эмиссионным центром. Впрочем спустя более чем 20 лет эти планы так и остались на бумаге. "Договор о Союзном государстве предполагался как временная конструкция на пути к полному объединению двух стран. В 1999 году Лукашенко задумывал стать во главе этого объединенного государства, но потом в России к власти пришел Владимир Путин, Лукашенко понял, что дверь закрыта, и сильно охладел к вопросу интеграции", - объясняет тогдашний интеграционный энтузиазм Минска белорусский политолог Валерий Карбалевич.

Между тем директор Центра европейской трансформации Андрей Егоров считает, что, говоря о сближении Беларуси и России, нужно учитывать все интеграционные объединения - не только Союзное государство, но и СНГ, и Евразийский экономический союз (ЕАЭС). "В экономическом смысле ЕАЭС - самая важная структура, в ней есть очевидно работающая таможенная интеграция, хотя и существуют проблемы с реализацией других положений. С Союзным государством сложнее, потому что формально почти ничего не работает, в политическом смысле это остается способом извлечения взаимных выгод друг от друга", - констатирует эксперт.

Плюсы интеграции: цены на энергоносители и единый рынок труда

С точки зрения выгоды для белорусской экономики все интеграционные образования эксперты оценивают позитивно. "После развала СССР Беларусь быстро поняла, что зависимость от российских поставок (не только нефти и газа) весьма критична для восстановления промышленности, и поэтому активно участвовала в двусторонних отношениях и региональных инициативах типа СНГ и Таможенного союза, чтобы поддержать экономику", - указывает директор Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра BEROC Катерина Борнукова.

С Россией, по словам экономиста, всегда были особые отношения - Беларусь получала преференциальный доступ к российскому рынку, отдельно договаривались о льготной цене на нефть и газ. "Но договариваться надо было каждый год, это вызывало дискомфорт. Поэтому для Минска тоже было выгодно институциализировать отношения и уложить их в рамках договора, который описывал бы, как работают рынки", - объясняет Борнукова пользу Беларуси от участия в интеграционных образованиях.

Политолог Карбалевич говорит, что интеграция двух стран успешно шла в тех направлениях, которые не создавали угрозу власти Лукашенко: "Неплохо она проявилась в социальных вопросах: белорусы в России и россияне в Беларуси пользуются определенными правами и льготами, белорусам не нужно регистрироваться в России. Да и сама шапка Союзного государства и этой идеологии дает возможность Лукашенко выбивать из России разные льготы на протяжении 20 лет". Катерина Борнукова также добавляет, что работающими продуктами Союзного государства и ЕАЭС можно назвать действительно объединенный рынок труда, что предоставляет много возможностей белорусам, а также свободное - до пандемии коронавируса - передвижение граждан двух государства между ними.

Интеграция заблокировала модернизацию Беларуси

Впрочем, по словам Борнуковой, даже в экономическом плане выполняются не все интеграционные договоренности. "В том же соглашении о ЕАЭС прописано, что все рынки должны быть едины - рынки товаров и услуг, труда, капитала, но это все не реализовано. Даже на рынке товаров до сих пор есть несогласованные вещи в плане технических регламентов. По сути, единого рынка нет во многих отраслях".

Политолог Егоров, в свою очередь, убежден, что никогда те амбиционные цели, которые ставились и заявлялись в плане интеграции, не соответствовали реальности. "Дело в том, что интеграция двигалась логикой политической выгоды сторон. Россия руководствовалась сохранением контроля над постсоветским пространством, а Беларусь продавала интеграцию за сиюминутные экономические блага", - говорит Андрей Егоров.

Однако основной проблемой в данном случае эксперты называют то, что помощь России практически заблокировала модернизацию Беларуси. "С одной стороны, интеграция с Россией - это необходимое условие выживания белорусской социальной модели и политического режима. С другой - российская помощь заблокировала рыночные реформы и политическое развитие Беларуси и искусственно конвертировала модель, оптимальную для удержания Лукашенко власти", - отмечает Валерий Карбалевич.

Углубление интеграции - угроза для суверенитета Беларуси

Если говорить о будущем, то какие-либо подробности о так называемой углубленной интеграции, которую Минск и Москва обсуждают уже на протяжении трех лет, практически неизвестны - "дорожные карты" или, как теперь их называют, союзные программы еще ни разу официально не обнародовали. Экономист Борнукова прогнозирует, что грядущее углубление интеграции коснется именно экономики: "Будут доработки по отдельным секторам и рынкам, где еще нет унификации. Возможно, еще какие-то моменты, увеличивающие прозрачной налоговой и таможенной систем".

Андрей Егоров напоминает, что подписание "дорожных карт" углубленной интеграции анонсировали неоднократно за последние три года и, возможно, в этот раз тоже ничего не произойдет. "Но нужно понимать, что это угроза. Любые "дорожные карты", которые формулируют какие-либо обязательства, - это вред для независимости Беларуси. Россия сможет использовать их как удавку для белорусского суверенитета", - подвел итог политолог.

Автор Арина Ползик

https://p.dw.com/p/4079V

***

Приложение 1. Лукашенко и Путин заявляют о полном консенсусе по интеграции государств

Встреча Александра Лукашенко и Владимира Путина 9 сентября с.г. на фоне заявлений чиновников о полном консенсусе по союзным программам возобновила в белорусском обществе дискуссию об угрозе независимости и суверенитету страны.

Некоторые эксперты считают, что одним из факторов, толкающих Белоруссию в интеграционные процессы, являются западные санкции. Другие аналитики утверждают, что нынешняя власть – сама по себе угроза независимости и санкции здесь ни при чем. Александр Лукашенко и президент России Владимир Путин встретились в четверг, однако обсуждение возможных последствий этой встречи на уровне экспертов началось задолго до визита белорусского руководителя в Москву. Основной вопрос для аналитиков и оппонентов власти – даже не сам факт одобрения либо неодобрения союзных программ, а те последствия, которые будет иметь такой шаг. В частности, речь идет о сохранении независимости и суверенитета страны.

Белорусские чиновники наличие какой бы то ни было угрозы независимости страны отрицают. «Что касается суверенитета, для меня кажется странной полемика по этой теме. Независимость была, есть и будет», – заявил по этому поводу заместитель премьер-министра Белоруссии Николай Снопков. «Сегодня мы настолько образованны и умны, что мы, Россия и Беларусь, не теряя суверенитета, способны выстроить такие отношения, которых нет у унитарных государств», – уверял Александр Лукашенко. Чиновники заверяют, что речь идет исключительно об экономическом сотрудничестве. По словам Снопкова, страны объединяются «в усилиях экономического сопротивления нездоровым третьим силам», а унификация законодательств будет происходить вовсе не обязательно по российскому образцу, а «на основе лучших практик». При этом консенсус найден по всем 28 программам, уверял чиновник. Даже по проблемному рынку газа.

Оппоненты власти и независимые аналитики такую точку зрения не разделяют. Начиная со скептического отношения к возможности использования «лучших практик» и заканчивая перспективой урегулирования энергетических и аграрных конфликтов. «Главная угроза таится в колоссальной разнице весовых категорий двух интегрирующихся субъектов, притом что больший из них продолжает мыслить в великодержавном духе», – отмечает политический обозреватель Александр Класковский. Причем даже если союзники в данный момент действительно ведут речь лишь об экономической интеграции, угроза суверенитету от этого не уменьшается, утверждают эксперты. Вливание Белоруссии в экономическое пространство Российской Федерации на ее условиях, под российскими регуляторами может угрожать Белоруссии утратой финансового и экономического суверенитета, считает, в частности, политолог Андрей Поротников.

«Подписание пакета союзных программ отнюдь не будет означать, что Беларусь вот так сразу сдалась на милость Москвы», – считает и Александр Класковский. При этом эксперт отмечет, что нынешнюю ситуацию все же осложняет слабость позиций официального Минска, вызванная внешнеполитическим кризисом и потерей западного вектора. «Тут уж особо не покапризничаешь», – замечает Класковский. В рассуждении на тему сохранения независимости Белоруссии в нынешних условиях довольно далеко зашел белорусский политик 90-х годов, давно находящийся в изгнании, экс-лидер белорусских правых Зенон Позняк. В нашумевшем интервью «Еврорадио» он призвал прекратить санкционное давление на власти Белоруссии: «Санкции принесут народу Белоруссии нищету и будут толкать страну, лишенную альтернативы, в объятия России». Позняк призвал ЕС приостановить санкции и вступить в диалог с Лукашенко ради прекращения репрессий в отношении гражданского общества и сохранения независимости страны. Впрочем, пока такую точку зрения поддерживают только власти. Независимые эксперты с Зеноном Позняком не согласны.

На встречу Путина и Лукашенко отреагировали и авторы российских общественно-политических Telegram-каналов. «Дальше в дело вступят премьеры - они должны будут ещё раз пройтись по проектам союзных программ и, если все в порядке, парафировать. Подписание возможно в октябре - на Высшем Госсовете, который проведут президенты», - предполагает «Темник». «Дело пахнет тремя миллиардами нерублей», - предполагают авторы «Беспощадного пиарщика».

Автор Антон Ходасевич, cобственный корреспондент "НГ" в Белоруссии

https://www.ng.ru/cis/2021-09-09/8_8248_belorussia.html

***

Приложение 2. Почему вокруг российско-белорусской интеграции столько секретов?

Нынешние российско-белорусские переговоры на высшем уровне могут пойти по одному из трёх сценариев — позитивному, негативному и нейтральному.

Подвести итоги строительства Союзного государства — одна из заявленных целей встречи президентов России и Белоруссии. Об этом в преддверии данной встречи проинформировал своего коллегу Александра Лукашенко Владимир Путин. Белорусский президент, в свою очередь, вспоминал о близости наших народов, об «одном корне» и утверждал, что будущее — «только вместе, только союз». Вместе с тем итоги государственного строительства за эти 20 лет очень скромные. Ни одного из ключевых положений, заложенных в качестве основы Союзного договора, не выполнено. Нет Конституционного акта, т. е. нет Конституции Союзного государства. Нет единой валюты, нет института гражданства и законодательного (парламента) или хотя бы представительного органа. Все, в чем заключается сейчас Союзное государство, — это ряд декоративных инстанций.

Начиная с 2019 г. интеграция постепенно сузилась от настоящего союзного договора до «31 дорожной карты», а после резкого охлаждения в российско-белорусских отношениях в конце 2019 года, после большого перерыва и потрясений августа 2020 г. — и вовсе до «союзных программ». Теперь интеграционных документов стало уже 28, что является явной заслугой белорусской стороны. Подозрение и даже раздражение у экспертного сообщества вызвала странная секретность вокруг «дорожных карт» (теперь — «союзных программ»).

Союзный договор публично обсуждался (с ним можно ознакомиться и сейчас), процесс интеграции был отражением массового запроса граждан России и Белоруссии к объединению. Почему же сейчас документы, которые должны ознаменовать новый этап интеграции, столь секретны? По утверждению некоторых аналитиков, они и должны оставаться таковыми (такое мнение, в частности, высказал в эфире программы «Место встречи» на НТВ Михаил Маркелов). Неужели их содержание настолько неприемлемо для наших граждан, что они не могут с ним предварительно ознакомиться? Ведь интеграция по-прежнему воспринимается и подаётся как отражение воли «двух братских народов». Или нет?

Лукашенко приезжает к Путину уже пятый раз. И каждый раз кажется, что вопрос поставят ребром — либо интеграция, либо добрососедское, но все же раздельное существование двух независимых государств. Но каждый раз мы сталкиваемся лишь с промежуточными итогами. Возможно, по результатам нынешней встречи мы увидим:

Позитивный результат. «Союзные программы» подписываются высокими сторонами, и они, столь секретные сейчас, становятся достоянием общественности. Из их содержания становится ясно, что интеграция, пусть и с опозданием на 20 лет, начинает наполняться реальным содержанием. Приятным сюрпризом оказывается возвращение «политической карты», создание наднациональных органов Союзного государства, размещение российских военных баз и объектов на территории Белоруссии, масштабное объединение экономических акторов, согласование внешней политики. Становится понятным, что Кремль принудил Лукашенко, находящегося в сложном положении, к исполнению Союзного договора, заключённого в далёком 1999 году.

Негативный результат. Стороны подводят итоги интеграции и констатируют, что она не состоялась. Что прийти к компромиссу невозможно ввиду взаимоисключающих требований сторон. Белорусская сторона требует дотирования своих политических и военных структур, масштабных субсидий для неэффективной экономики и убыточных отраслей и предприятий, даже для демпинга на российском же рынке. Российской стороне, в свою очередь, нужна политическая и экономическая интеграция, единые внешняя политика и оборона. Субсидирование в одностороннем порядке для России более оказывается неприемлемым. Стороны благодарят друг друга за сотрудничество и начинают строить отношения на новых основаниях.

Нейтральный результат. Из содержимого «союзных программ» или по другим признакам можно заключить, что согласовано много аспектов в области унификации таможенного и налогового законодательства, промышленной политики и транзита. Поток контрабандных белорусских сигарет и европейской «санкционки» в РФ кратно уменьшается или исчезает совсем, белорусский транзит перенаправляется в российские порты, создаётся ряд совместных предприятий. Политические вопросы, включая признание суверенитета России над Крымом, не рассматриваются и не обсуждаются. Лукашенко, находясь под давлением европейских санкций и на развалинах своей экономики, вынужден пойти на указанные выше шаги. Сохраняется субсидирование белорусской экономики, но уже в несколько меньших масштабах и под угрозой возможного сокращения. Интеграция сохраняется как потенциальный сценарий развития событий — особенно в свете возможного ухода Лукашенко от власти в будущем.

Наиболее вероятным представляется нейтральный результат. Позитивный сценарий маловероятен в силу восприятия Александром Лукашенко интеграции как угрозы своей личной власти. Негативного варианта не может допустить в России в преддверии выборов — большинство граждан по-прежнему выступает за интеграцию между нашими странами.

Автор Богдан Безпалько

https://regnum.ru/news/polit/3366294.html

***

Комментарий: Зачем Москве платить Минску за интеграцию?

Объединение государств в торговые и иные союзы обычно обосновывается взаимной выгодой. Наглядным исключением является интеграция России с постсоветскими республиками, которые воспринимают её только как донора, вечного должника по определению, обязанного в любых ситуациях поступаться своими интересами.

Взаимовыгодное сотрудничество России с постсоветскими образованиями часто не складывается масштабным, динамичным и показательно успешным именно потому, что их вклад во взаимную выгоду несоразмерен вкладу российскому. Во времена раннего СССР на дотациях РСФСР долго находились все советские республики. К концу XX века более половины из них оставались реципиентами союзного бюджета. После разрушения единой страны донорская миссия Российской Федерации в отношении большей части постсоветских республик воспринималась как нечто естественное, само собою разумеющееся. При этом любые попытки выстроить отношения на принципах паритета и взаимной выгоды воспринимались как «имперские амбиции», «выкручивание рук», подрыв традиций и даже покушение на «суверенитет и независимость».

В постсоветский период особые отношения у России сложились с Украиной и Белоруссией. Ежегодная «поддержка» их исчислялась миллиардами долларов. Особенно удачно ситуация сложилась для белорусского бюджета и экономики этой республики, полностью зависящей от поставок российского сырья и сбыта на российском рынке. Лишь в последние годы размер российской «поддержки» стал сокращаться. В случае Белоруссии он оценивается в $5−7 млрд ежегодно, что сопоставимо с её золотовалютными резервами, объёмом иностранных инвестиций и десятой частью ВВП. При этом у российского бизнеса в Белоруссии нет гарантий собственности. В 2020 году это было наглядно продемонстрировано на примере рейдерского захвата белорусскими силовиками дочерней структуры Газпрома — «Белгазпромбанка», третьего по величине банка этой республики. С российскими инвесторами рангами ниже у белорусских чиновников и силовиков разговор был ещё короче и жёстче. Об этих злоключениях можно (и нужно) писать объёмную монографию.

Официальный Минск до сих пор не признал территориальную целостность России, с которой как бы строит так называемое Союзное государство. Александр Лукашенко и глава его дипломатии Владимир Макей наотрез отказываются это делать, что выглядит как очевидный нонсенс. Побуждают их к признанию представители белоруской общественности. В условиях тоталитарного режима это выглядит жалко, трагично и унизительно — в том числе и для Москвы. Доходит до трагифарса: недавно Лукашенко публично заявил, что признает Крым не ранее, чем это сделает «последний олигарх России». Общественность возмутилась: фактический руководитель формально суверенного государства приравнял себя к российскому олигарху. Однако в этом полбеды, а беда в том, что олигархов в России давно нет — если понимать под олигархами и олигархией то, что понимают под этим авторы политических словарей, энциклопедий и учебников по политологии. То есть Лукашенко приравнял себя к чему-то отсутствующему как явление. 

Не только в последние годы, но и в предыдущие десятилетия официальный Минск обвинял Кремль в покушениях на «суверенитет и независимость», требуя при этом спонсировать «белорусскую модель». В частности, Лукашенко неоднократно обнародовал требования к России продавать Белоруссии газ по ценам ниже рыночных, по цен для Смоленской области. При этом инвестировать в российскую газодобычу и транспортировку или становиться субъектом Российской Федерации представители официального Минска категорически не желают. Нигде в мире таких отношений нет, и в этом тоже российско-белорусские отношения уникальны. 

Сакрализируя «суверенитет и независимость Белоруссии», её руководство категорически отказывается признавать ценность того же для России. Дело дошло до отрицания верховенства российского права на российской территории. Иначе трудно воспринимать постоянные требования к Москве выплатить «компенсацию» за упускаемую выгоду при изменении Россией своего национального налогового законодательства. Наглядно это продемонстрировано на примере многолетней эпопеи с требованиями Минска выплатить «компенсацию» за суверенное право России изменять своё налоговое законодательство в нефтяной сфере — пресловутый «большой налоговый манёвр». 

В теории Москва может игнорировать все эти «требования» и не уговаривать «союзника» покупать свои ликвидные товары. Лукашенко уже пробовал заместить российские углеводороды (и не только) поставками из Венесуэлы, Ирана, Азербайджана, Норвегии, Саудовской Аравии и США. Кремль прекрасно знает о пропагандистском характере и экономической несостоятельности таких прожектов, но почему-то подыгрывает Лукашенко. Вот и сейчас, как заявил 31 августа посол Белоруссии в России Владимир Семашко, Москва снова согласилась выплачивать «интеграционную дань» формально другому государству, которое даже не признаёт её. Выступая в Воронеже, он сообщил: «В следующем году, даже с конца этого года начинается определённая компенсация». 

Территория в определённых границах — первейший признак государства. Чем руководствуется правительство России, выделяя унизительную «компенсацию» такому недосоюзнику, проявившему себя в условиях украинского кризиса, военного конфликта с Грузией, в «деле вагнеровцев» и так далее, — вопрос риторический. За несколько лет он набил оскомину, но не теряет своей актуальности. Никто не может внятно объяснить, почему Москва пошла на выплату «интеграционной дани» Минску в ущерб российским национальным интересам. Политологи пытаются увязать два события — начало выплат Россией дани Белоруссии с очередным анонсом подписания двусторонних соглашений в формате давно замороженного Союзного государства. Однако официальные лица ни в Минске, ни в Москве не связывают эти явления. 

Выступая 31 августа на встрече с губернатором Воронежской области Александром Гусевыми и вице-спикером Госдумы Алексеем Гордеевым, посол Белоруссии в России заявил: «Мы, слава богу, спустя три года находимся на финише, когда из 28 карт осталась одна. Последнюю, я думаю, мы седьмого числа дожмём, и уже девятого числа президенты встречаются в Москве, где будут подписаны все дорожные карты и карты развития углубления интеграции». Наложив в 2019 году вето на подписание пакетного соглашения из 31 «дорожной карты», Лукашенко почти два года тормозил процесс их согласования. В конечном итоге «дорожные карты» были переименованы в «союзные программы», а общее их количество сокращено до 28. Они по-прежнему секретны, что порождает у граждан очень нехорошие опасения, подрывающие доверие к союзному строительству. 

Согласно официально обнародованной информации, в «дорожных картах» / «союзных программах» напрочь отсутствуют гуманитарная, политическая и военная стороны реализации союзного договора. Без этих составляющих можно вести речь только об экономическом союзничестве, да и то с большими оговорками. Полноценного союза не получится — в лучшем случае какое-то подобие картеля. Владимир Путин прямо заявлял, что Союзное государство России и Белоруссии уже не мыслится как полноценное государство. Ни Москва, ни Минск давно не горят желанием реализовывать подписанный ими в 1994 году союзный договор, под который народы выдали своим правителям огромные кредиты доверия. 

Сейчас по факту всё сводится к тому, что Российское государство будет кормить даже не Белоруссию, руководство которой считает Россию «соседней страной», а конкретно «режим Лукашенко». Правительству РФ пора откровенно и обстоятельно объяснить, почему оно считает его роднее и ближе сограждан, например, из Вологодской или Костромской областей, которые не отказались бы от $5−8 млрд ежегодной поддержки.

Автор Сергей Артёменко

Источник - https://regnum.ru/news/polit/3358702.html

***

Приложение. Не получается в Белоруссии «народного единства» по языку 

Объявленный указом Александра Лукашенко «год народного единства» не стал для жителей Белоруссии поводом ощутить единение. Наоборот, раскол расширяется и «слуги народа» делают всё для того, чтобы он ещё и углублялся.

Чиновники союзной с Россией Белоруссии продолжают сокращать сферы употребления русского языка в ущерб интересам русскоязычного большинства. На это обращают внимание граждане республики в социальных сетях. Очередным поводом для обсуждения наступления «слуг народа» на права и законные интересы белорусских граждан стала замена государственного русского языка на проездных талонах в Витебске — крупном областном центре Восточной Белоруссии, где «беларуская мова» почти не используется. Никаких общественных слушаний или местного референдума по этому вопросу чиновники не проводили, что вызвало резко негативную реакцию не только жителей Витебска.

«Провластный белорусизатор-дерусификатор Случак радуется, что витебские талончики теперь на белорусском языке. В русском городе Витебске убирается русский язык», — сообщила на своей странице в Facebook местная гражданская активистка Эльвира Мирсалимова. Упомянутый ею Игорь Случак получил скандальную известность несколькими годами ранее, когда инициированная Александром Лукашенко насильственная «белорусизация» набрала такие обороты, что на её критиков заводились уголовные дела с обвинением в «экстремизме» (статья 130 Уголовного кодекса Белоруссии). Случак писал доносы на подозреваемых в нелояльности к переводу всего и вся на «мову». Даже его коллеги не поняли настойчивости написания доносов на онкобольного ребёнка в Солигорский райисполком, а затем и в генпрокуратуру.

Случак требовал принятия мер в отношении мальчика, позволившего себе в социальной сети поддержать мнение о том, что «беларуская мова» не имеет широкого распространения и может быть отнесена к «мёртвым» языкам. Таких доносов «мовный инспектор» написал огромное количество, а вместе с группой сторонников, наверное, тысячи. Чиновники и правоохранители неизменно выступали на их стороне. Пользователи социальных сетей использовали повод «дерусификациии талончиков» для обсуждения более масштабных проблем — почему бюрократия не советуется с ними при принятии общественно важных решений, зачем внедряют непонятную и никому не нужную «латинку» — как в Казахстане. Там недавно оскандалился третировавший сограждан коллега белорусского «языкового инспектора» Случака — организатор «языковых патрулей» Куат Ахметов. Там же отбывает семилетний срок противник насильственной «казахизации» и защитник прав русских Ермек Тайчибеков. 

Преимущественно в закрытых группах и «подзамочных статусах» жители пока ещё союзной Белоруссии обсуждают, как быть в сложившейся ситуации. Витебская «дерусификация талончиков» — всего лишь повод и частный случай государственной политики. Ранее власти Белоруссии убрали русский язык с проездных документов в Минске, Бобруйске и других городах. Русский язык был удалён с указателей железнодорожных станций, остановок городского общественного транспорта и так далее. За использование русского языка в официальных документах реально привлекали к ответственности — по доносам таких, как Случак. 

Инициированный Лукашенко курс «белорусизации» горячо приветствовали местные националисты. На их поддержку несменяемый правитель Белоруссии рассчитывал во время президентской кампании 2020 года, однако жестоко просчитался. Вся выстроенная под него вертикаль власти была потрясена многотысячными акциями протеста, прокатившимся по десяткам городов под бело-красно-белыми знамёнами националистов. Эта символика до сих пор не запрещена, хотя за её использование в нарушение закона задерживают, арестовывают и даже приговаривают к штрафам и лишению свободы. На днях под минском задержали группу граждан за нанесение белых полос на полиэтиленовую белую упаковку тюков с соломой. 

«Следователи дали правовую оценку действиям задержанных и возбудили уголовное дело за злостное хулиганство», — сказано в опубликованном 2 сентября сообщении пресс-секретарши МВД Белоруссии. Общественные организации Белоруссии и граждане в частном порядке систематически ставят перед чиновниками вопрос о возвращении в Минский метрополитен русского языка. Среди пассажиров разговоры на «мове» услышать практически невозможно. Минск — такой же русскоязычный город, как и Витебск, как и другие областные центры, в том числе Западной Белоруссии. Тем не менее, чиновники упорно делают вид, что глухи, слепы и немы, не намерены реагировать на обращения и даже попросту руководствоваться здравым смыслом. 

Любопытный факт: все те чиновники, которые участвовали в принудительной «белорусизации» и, фактически, готовили очередной минский «майдан», усидели на своих местах. Исключение составил лишь экс-министр культуры и бывший посол в странах Евросоюза Павел Латушко. В жарком августе 2020-го он прельстился на щедрые посулы кураторов белорусской прозападной оппозиции и сбежал в Варшаву на автомобиле польского посла. Теперь этот несостоявшийся вожак ЛКСМБ, как и многие другие представители запрещённого и разграбленного, а затем догнившего в лоне прозападной оппозиции белорусского комсомола, пытается выступать от имени фейкового «Народного антикризисного управления». 

Ещё один функционер ЛКСМБ, перековавшийся из строителей коммунизма в системные националисты Валерий Воронецкий тоже привлёк внимание белорусской общественности. Белорусская художница Светлана Жигимонт в своём телеграм-канале напомнила, как этот деятель участвовал в подготовке почвы для августа 2020-го и занял в тех событиях вовсе не сторону Лукашенко (которому обязан всем, как и Латушко). «Сколько уж говорилось с высоких трибун о том, что иудам во власти не место, что для того, чтобы не повторился август 2020, нам надо почистить ряды прежде всего тех, кто несёт ответственность за долгое предварительное расшатывание страны, за загаживание мозгов людям националистическими идеями, за работу над искажением истории и попыткой отрыва Беларуси от её истинных корней, проталкиванием в систему образования всяческих змагарских русофобских мифов и прочейй гнили, которая сработает в своё время как динамит. И что же мы видим? Спустя год мы всё ещё отлавливаем пацанов, которые стояли в сцепках (это правильно, но всё-таки прежде кто-то засрал им мозги), а тучная бчбэшная гнида восседает в своём кресле и в ус не дует. Он настолько уверен в своей безнаказанности, что даже не удосужился почистить фейсбучную ленту», — поведала Жигимонт (орфография и пунктуация сохранены — С.А.). 

Валерий Воронецкий не сделал ничего особенного по сравнению с такими «коммунистами», как Нурсултан Назарбаев — бывший первый секретарь ЦК Коммунистической партии Казахстанской ССР, член политбюро ЦК КПСС и Центральной ревизионной комиссии КПСС, Сапармурат Ниязов — бывший первый секретарь ЦК Коммунистической партии Туркменской ССР, а также многие другие ренегаты. Явление одно и то же, масштабы другие. Жигимонт, как и многие другие лоялисты, фактически призывают к продолжению политических репрессий до полной «зачистки» (как выражаются в белорусском КГБ) всей прозападной националистической оппозиции. Они беспощадны к врагам «сильной и процветающей Белоруссии» ровно в той же степени, что и их внесистемные оппоненты. Случаку не жаль больного раком ребёнка и его мать, Жигимонт и иже с ней беспощадны к Случаку, Воронецкому, Латушко и прочим внесистемным «белорусизаторам», их детям и матерям. 

Проблема, однако, глубже. Игорь Случак, Валерий Воронецкий, Антон Мотолько, Игорь Марзалюк, Николай Чергинец, Лилия Ананич, Елена Анисим, Павел Якубович, Геннадий Давыдько, Игорь Копылов, Олег Трусов, Валентин Голубев, Станислав Зась, Александр Лукашанец, Юрий Беленький и многие другие националисты-«белорусизаторы» находятся на одной ценностно-мировоззренческой платформе. Критериями их классификации выступают методы достижения своих идеалов, предпочитаемые формы и способы. Системные националисты предпочитают использовать госаппарат, поэтому в условиях авторитаризма вынуждены проявлять лояльность к Лукашенко. Внесистемные националисты менее терпеливы и более заносчивы, уповают на помощь западных кураторов (и небезосновательно), работают с массами «снизу» и делают ставку на принуждение госаппарата, окормляя его своими идеями и символами в тандеме с националистами системными. 

В этом контексте понятно, почему новая волна «белорусизации» не появилась на пустом месте, и почему у Лукашенко изначально не было дефицита ни с обоснованием «перехватывания знамён» у внесистемных националистов, ни с исполнителями. Всё было готово к отмашке, после которой работа закипела так, что украинские «побратимы"-необандеровцы заглядывались. После 2020 года темпы «белорусизации» заметно снизились, однако политика эта проводится и сейчас. Витебский инцидент выступает наглядным тому подтверждением. О «белорусизации» меньше говорят с высоких трибун, критику её уже не приравнивают к экстремизму, она стала менее публичной, но продолжается. 

Нынешняя ситуация в Белоруссии отчасти напоминает украинскую накануне свержения Виктора Януковича, который тоже заигрывал с националистами и своими руками создал почву «майдана» 2014 года. Лукашенко, кстати, госпереворот в соседней республике поддержал и, как только началась гражданская война, оказал всемерную поддержку киевским мятежникам. Впрочем, это не прибавило ему лояльности ни среди белорусских националистов, ни среди украинских. Русские люди в Белоруссии не могут объединиться — им запрещают даже провести шествие «Бессмертного полка». Они не могут получить поддержку от России — МИД РФ убедительно продемонстрировал, на чьей будет стороне. Они ждут удара с любой стороны, а отступать им некуда, и помощи ждать им ждать не от кого — разве что со стороны российской общественности. Однако сочувствие в локальных СМИ и соцсетях, как показывает практика Казахстана (Ермек Тайчибеков), Литвы (Альгирдас Палецкис), Латвии (Александр Гапоненко), Эстонии (Сергей Середенко) и других постсоветских республик — это вовсе не то, что позволит улучшить ситуацию. 

Поэтому белорусская общественность, горячо поддержавшая идею объединения с Россией хотя бы в форме союзной конфедерации, сегодня глубоко разочаровалась и в проекте Союзного государства России и Белоруссии, и в выхолостивших идею политиках. Новым лидерам и новым партиям банально не позволяют действовать легально, что в условиях тоталитаризма вполне естественно. Союзная бюрократия занята паразитической имитаций интеграции. Ей дела нет ни до гуманитарного аспекта строительства Союзного государства в целом, ни до гуманитарных проблем в одной из частей этого самого как бы государства. Из Москвы часто слышатся оправдания многомиллиардной ежегодной «поддержки Белоруссии». Проблема в том, что сами жители Белоруссии не ощущают эту поддержку. Они видят поддержку персонально Лукашенко, финансовую и прочую поддержку его пресловутых посиневших пальцев, намертво вцепившихся в трон.

Автор Сергей Артёменко

Источник - https://regnum.ru/news/polit/3361400.html


Infos zum Autor
[-]

Author: Арина Ползик, Антон Ходасевич, Богдан Безпалько, Сергей Артёменко

Quelle: p.dw.com

Added:   venjamin.tolstonog


Datum: 09.09.2021. Aufrufe: 101

zagluwka
advanced
Absenden
Zur Startseite
Beta